Ольга Резниченко - Друзья

…но давно уже стала бесхребетным, безвольным существом…)

— Чего надулась?

— А?

Я?

Ничего.

— Между прочим, ненавижу таких людей, — вдруг продолжил Марат. — Слишком гордые, слишком самостоятельные…

Так что прошу — выброси эти глупости из головы. И не вздумай такой становиться…

Ведь как можно тогда быть рядом с таким человеком? Какая дружба? Какие чувства?

С одной стороны — выгодно… Но увы, однажды и твердость стены утомит… и тебе придется искать другое, более уютное, приятное место.

— Так… у меня… есть еще шанс тебя отблагодарить за все это?

— Шанс?

(игриво вздернул бровью)

Есть.

Умеешь печь пирожки… с капустой?

— Эм… пару раз пробовала.

— Вот твой шанс. Как-нибудь, как будет время и желание — …

— Договорились, — спешно закивала я головой

(счастлииивая, как дурочка)

— Бабушка у меня такие пекла. Давно это было…

(задумался на мгновение)

Эх, вечность… уже прошла.

— Да не такой ты уж и старый, чтобы целая вечность могла улечься в этот промежуток.

(криво улыбнулся,

игриво цыкнул)

— Внешность обманчива, Патти…

(разворот, открыл дверку — выбрался наружу)

— Ага, еще скажи, что тебе девяносто лет… -

(запричитала я, выскакивая за ним на улицу из машины) —

И если бы не эликсир молодости, то ты выглядел как дряхлый старик?

(замигал, задергал бровями туда-сюда)

— Что-то в твоих словах есть…

— Ой, ой. Хватит уже строить из меня дурочку. Умоляю… Я и так своей неполноценностью уже сыта по горло.

— Неполноценностью?

(застыл, уставился в глаза)

Что-то я не заметил, что ты…

— Ой, да ладно. Вечно вся в проблемах и неприятностях. Зачуханное стервозное существо… да и еще…

… теперь…

— Патти, ребенок — это не неполноценность. Это — радость и настоящий дар. Так что… перестань нести глупости.

Как по мне, ты должна быть самой счастливой женщиной на земле. У тебя будет — малыш.

— Честно? — (щенячьими глазами уставилась в его)

— Честнее не бывает.

…

(в его словах, в его движениях — не было наигранности)

Странно, Марат действительно верил в эти слова…

А, может, он и прав?

Глава Двадцать Шестая

— Ну, что? Может, приготовить что? Ты голоден?

— Я — нет. Но если ты хочешь…

— Нет, я тоже — молока напилась, булочек наелась — и теперь живот, как арбуз…

(мило улыбнулся)

— Тогда, может, фильм какой посмотрим?

— Фильм?

— Да.

— Я думала, ты только книги читаешь.

— Нет, конечно. И потом, думаю трактат по ядерной физике тебя не сильно развеселит, так что… уж лучше фильм.

— А что любишь? Фантастику?

— Всё подряд, лишь бы снято было качественно, игра актеров подобающая, да сюжет — позаумнее…

— Всего-то?…

Ну-ну…

"всё подряд".

— Я про жанры.

(и снова эта милая улыбка — черт, кажется…. нет, нет! так нельзя!

… я не могу влюбиться в него, НЕ МОГУ!

это — ЗАПРЕЩЕНО!!!!!!!!

на кой черт я ему сдалась такая?… да еще с ребенком…)

(пристыжено отвела взгляд в сторону)

— Выбирай ты. А я пока схожу, чай заварю… Тебе какой? С лимончиком? — язвительно передернула я.

(расхохотался)

— Да. И без сахара.

— Бе, какой ужас.

— А то…

Черт, кажется, я заснула под этот фильм… И не я — одна…

Хм, а мне этот диванчик прежде казался таким маленьким.

… но мы неплохо вместе на нем поместились.

Невольно обнялись — и тю-тю…

(эм, мои мысли — сама себе несу чушь, лишь бы не провернуть в голове факты и не сделать удивительные, заставляющие краснеть-синеть от смущения, выводы)

Эй, стой! Патти, ну ты даешь. ВРЕМЯ!!!!!!!!

(спешно подскочила я на ноги)

— А? Что? — взволнованно задергался Марат на месте.

— Прости, не хотела тебя будить.

Я, просто, на работу опаздываю…

(во даю! во даю!!!)

Спешно улететь в спальню — натянуть джинсы, переодеть футболку… почистить зубы…

…

— Ты бы перекусила что…

(все еще сонным голосом… прошептал мой Лимончик — облокотился на лутку облицовки двери и уставился пристальным взглядом на меня)

— Шпашибо, — (спешно прошептала, отозвалась я через набитый (полный пены) рот;

живо прополоскать зубы), -

Спасибо, Марат, но я очень спешу. И так меня Эльза за вчерашнее убьет.

— Да не думаю. Она очень распереживалась, когда узнала, что с тобой.

И была рада твоему решению остаться дома — отдохнуть.

— Ясно. Но…. Тем не менее. Долг зовет.

— Я чуть позже к тебе зайду.

(замерла я, взгляд в глаза)

— Буду рада.

(улыбнулся —

аааа, черт! Марат, не улыбайся ты так. Иначе точно сведешь меня с ума)

(спешно отвернулась)

Отыскать свои шлепанцы, быстро вскочить в них — и к двери.

— Патти.

— Да?

— Пообещай, что сейчас же придешь — и что-то перекусишь. Что-то нормальное, а не сухой бутерброд. Ясно?

— Марат…

— Не-а.

(закачал головой)

Так не пойдет.

— Ладно.

— Обещай.

— Обещаю.

— И пообедаешь хорошо.

— Ну ты даешь… Как хлеб, так и с маслом?

— Патти! — злобно (наигранно) зарычал.

— Ладно. Ладно.

(пристальный взгляд на меня, требуя продолжение)

Обещаю.

Доволен?

— Да.

Удачного тебе сегодня дня.

— Только сегодня?

(съязвила я, уже стоя у дверей лифта)

(улыбнулся)

— И завтра, и послезавтра, и послепослезавтра… и после-после…

(заскочила в кабинку)

— И тебе удачи.

(невольно улыбаюсь, казалось бы, уже сама себе)

— И после-после-после-после…

(послышалось в ответ, когда уже две половинки сомкнулись — и я поехала… вниз)