Ритуал Старлинга - Девни Перри

Девять

Каспия

Кончиками пальцев я провела по углублениям в форме полумесяцев на стене корабля. Теперь они стали глубже от стольких лун, проведенных на носу, когда я смотрела на воду. И их когда-то грубые края разгладились от моих постоянных прикосновений.

Надеюсь, когда это путешествие закончится, Кэп не будет слишком сердиться из-за того, что я пометила «Сиррину».

Две луны висели низко в небе, их свет тускнел по мере приближения рассвета. Прошло много солнц с тех пор, как мы покинули Нелфинекс, а мы все еще не видели земли. И все же я чувствовала зов ритуала, такой же ровный, как биение моего сердца.

Резкий стук сапог по палубе за моей спиной был моим единственным предупреждением, прежде чем Кэп появился рядом со мной. Его челюсть все еще была сжата, и этим утром он выглядел таким же сердитым, как и в прошлую луну.

Льняная ткань рубашки туго обтягивала его широкие плечи и мускулистые руки. Чем дальше мы отплывали, тем холоднее становилось, и команда, ходившая без рубашек, скрылась за горизонтом.

— Доброе утро. — Может быть это приветствие смягчит его гнев.

— Мы возвращаемся, — рявкнул он, скрестив руки на груди.

Вот вам и смягчила.

Вздохнув, я отвернулась от моря и расправила плечи, чтобы продолжить спор с пиратом.

— Пока нет.

— Здесь ничего нет, принцесса. — Он протянул руку за борт корабля, указывая указательным пальцем на бескрайние просторы волн и водной глади. — Это самое далекое место, куда я когда-либо отплывал от Кенна, и там ничего нет.

— Есть. Я чувствую это. — Зов ритуала становился все сильнее и сильнее с каждым заходом солнца.

— Мне наплевать на то, что вы чувствуете. Мы слишком долго плыли в соответствии с вашими чувствами. У нас осталась половина рациона. Если мы сейчас же не повернем назад, вы обречете нас всех на смерть.

— Еще одно солнце.

— Нет. Мы поворачиваем назад.

Я покачала головой.

— Еще одно солнце.

— Вы говорили это три солнца назад.

— Ага. Пожалуйста, просто дайте мне еще одно. Завтра я не буду спорить. — Я прижала кончики пальцев ко лбу. — Клянусь.

Он нахмурился.

— Ваша клятва будет очень мало значить, когда мы умрем от жажды.

— Вы можете забрать мой запас воды для своей команды.

— Этого будет недостаточно.

— Возможно. Но может пойти дождь.

— Милостью Божества, — пробормотал он, проводя рукой по бороде, которую отрастил за время нашего пребывания в море.

Мы были окружены водой, и все же нам не хватало воды.

Кэп не станет винить Зендру, не после всего того времени, что они провели вместе, деля постель. Этот мужчина был без ума от моей симпатичной кузины. Но она была еще одним человеком на этом корабле, которому требовались еда и вода. Человеком, которого они не планировали брать с собой в это путешествие.

Проблему нехватки продовольствия решить было достаточно просто. Мужчины занялись рыбной ловлей, чтобы пополнить запасы. Но без дождя достать пресную воду было не так-то просто, а запасы в бочках, хранящихся под палубами, начали таять.

Нам нужен был дождь. Или добраться до суши.

В этом ли направлении отправились Эмери с Максом? Кэп не знал, куда его брат увез мою сестру. Но что-то здесь должно было быть. Мы не могли повернуть назад, пока нет.

— Пожалуйста. Еще одно солнце?

Он зарычал.

— Одно. Завтра я не буду спрашивать.

Я вздохнула.

— Спасибо.

Кэп что-то пробормотал себе под нос и зашагал прочь, отдавая приказы команде, такой же раздраженной, как и их командир.

Мы все были более чем готовы покинуть этот корабль.

Я подавила зевок, когда Зендра присоединилась ко мне на носу, заняв место Кэпа. Она оперлась локтями о стену и уставилась на горизонт.

Мы были одеты одинаково, в темно-коричневые брюки и жилеты. Этим утром было достаточно прохладно, и она надела одну из курток Кэпа.

— Ты спала? — спросила она.

— Нет.

В последнее время сон стал роскошью. Стоило мне закрыть глаза, как видения начинали преследовать меня почти каждую луну. Люди и места, которые я видела, были незнакомыми, и видения приходили так часто, что детали начинали сливаться воедино.

Все, чего я хотела, — это чтобы они прекратились.

— Что ты видела? — спросила Зендра.

— На полу сидел мальчик. У него были шелковистые черные волосы и глаза, такие темные, что казались очень глубокими. Вокруг него были разбросаны книги. Он взял одну и подбросил в воздух. Но книга не упала. Она поднималась все выше и выше.

— Летающие книги? — Зендра подняла брови.

Я кивнула.

— Летающие книги. Может быть, это был просто сон, и мое воображение разыгралось.

— Это было похоже на сон?

— Нет. — В видениях была реалистичность, которая делала их четкими. У снов были нечеткие границы, и в тот момент, когда я просыпалась, они начинали исчезать. Видения оставались в памяти, как воспоминания.

— Затем у меня было видение о молодом мужчине в лесу. Он охотился с луком и стрелами. Его плащ был таким же зеленым, как деревья. Он наткнулся на золотого кота, попавшего в капкан. Зубцы капкана вцепились зверю в лапу и отломили коготь. Как бы кот ни сопротивлялся, он не смог освободиться. Мужчина подошел к коту, и зверь взмахнул своим шипастым хвостом, предупреждая его не приближаться. Он зашипел, сверкнув острыми черными зубами. Но зверь был пойман в ловушку на несколько солнц, и его сила таяла.

Я никогда не видела животных, подобных коту из моего видения. Ходили слухи о золотистых котах, которые жили в южных странах Кенна, но звери, подобные тому, что был в моем видении, не бродили по диким местам Нелфинекса. Его шерсть была кожистой и гладкой, а цвет — чистым и ярким, как желтый свет заката.

— Он рухнул, — продолжила я. — И когда мужчина приблизился, он не сопротивлялся и не пытался бороться. Мужчина открыл ловушку и отступил, подняв руки в знак капитуляции и мира. Кот не напал на него, но, прежде чем уйти, он подтолкнул к нему свой отрубленный коготь. Затем он исчез в лесу. Мужчина взял черный коготь и надел его себе на шею.

Я видела, как он возвращался домой с охоты к своей очаровательной молодой жене. Я видела, как он стал отцом очаровательного мальчика с карими глазами и вьющимися черными волосами. Мужчина всю жизнь улыбался, пока, в конце концов, не состарился, и его черные волосы не тронула седина.

— Он носил коготь всю свою жизнь. Он никогда не болел и не ослабевал. Никогда не испытывал боли. И вот однажды утром он подарил это ожерелье своему