Шеррилин Кеньон - Инферно

- Лучшее изобретение со времен туалетной бумаги. Если не считать того, что оно уничтожает невидимые штучки, которые убивают людей… эта часть отстойна для меня, но могу сказать, я обожаю его использовать. Может, оно и не спасает мне жизнь, но помогает не сойти с ума… вот как сейчас.

И только сейчас она заметила, что Грим покрыл всю поверхность стола белыми бумажными салфетками, без единого просвета.

- Мне кажется странным, что Смерть такой гермафоб.

Он пожал плечами.

- Просто потому что я знаю сколько людей каждый год умирают от бактериальных инфекций из-за не доготовленной еды, и отсутствия навыков базовой гигиены.

- Но ты бессмертен.

Он скривил рот.

- Не оправдывает нечистоплотность. Я может и иммунен, но я все равно не хочу касаться человеческой грязи, или чтобы она касалась меня, не говоря уж о том, что я ем.

«Мне не выиграть этот спор,» - в этом вопросе у Смерти была четкая позиция.

Безумная, но четкая.

Грим вытер рот.

- Ну и как твоя миссия? Надеюсь, лучше.

- Твой маленький трюк с девушкой было то, что нам нужно было, чтобы подтолкнуть его, с чем тебя и поздравляю.

- Полезно знать людей и нелюдей. Мне повезло, что я отследил ее происхождение и предназначение.

Она это не прокомментировала.

- Хотя, Никода все еще может быть проблемой. Если она еще не убила его…

- Я бы не стала волноваться о ней. У нее слабая и глупая симпатия к нашему Малачай. Скорее всего, она не убьет его. Так что не будем терять время, разговаривая о ней. Именно Ника нужно контролировать. И быстро.

- И я доставлю его тебе, - она замолчала, когда вернулся официант с ее заказом, и она расплатилась за еду. Взяв простую белую кофейную кружку, она сузила глаза. – Но я хочу удостовериться, что наша сделка все еще в силе, и ты не приготовил мне гадкий сюрприз. Ты можешь и освободишь моего брата, верно?

- Абсолютно. Я уже связался с необходимым участником, который сказал мне, что хоть она и не рада, но не будет препятствовать. Повернешь Ника к нам, и Завид будет свободен, обещаю.

Надеясь, что ей не врали и ее не разыгрывали, Зарельда отвернулась, когда волна вины накрыла ее. Века назад, Завид занял ее место в адской дыре, чтобы обезопасить ее. Она даже думать не хотела через что он там прошел. Лишь бы он остался тем же братом, которого она знала давным давно.

Пытки и отчаяние меняют людей…

Одна ужасная сделка, совершенная из страха.

И обе их жизни были навсегда разрушены, и все лишь потому, что она не обратила внимание на маленькую приписку. Не подумала о всех последствиях ее эгоистичных мечтаний.

Боги, как бы она хотела не страдать из-за этого. Она не должны была позволить Завиду быть таким самоотверженным. Глядя на прошлое, было бы намного проще перенести его заключение самой, чем знать, что его пытали из-за ее глупости, его любви и желания защитить ее, из-за которых он был таким альтруистом.

Идиот.

Но не важно как, она достанет его оттуда. И в конце концов спустя века попыток, она наконец нашла способ.

Кроме того, Грим не был коварнее последнего злобного существа, с которым она заключила сделку.

Никогда не верь ревнивой богине, особенно там, где замешан мужчина.

- Ну как тебе твое новое тело? – спросил Грим. – Наверное странно получить еще одно, спустя все это время.

Проглотив свой кофейный напиток, она сморщила нос от горького вкуса и потянулась за сахаром.

- Какое-то время привыкала, и оно натирает немного. Но думаю, я приспособилась, - но лишь после того, как прокусила гигантскую дыру в языке, когда впервые пыталась поесть. Если честно, было много проблем, когда ты заперт в материальном теле, о которых она забыла. Неприятный запах изо рта. Путаются волосы. Горячие жидкости. Обжигающая вода в ванной. Мебель, таившаяся в темных комнатах, и этот вечно попадающий не туда локоть.

И это не говоря о бессчётных часах проведенных в поисках более-менее чистого туалета. Ее передернуло от неприятных воспоминаний.

- Скажи мне кое-что, Грим… как люди переживают старшие классы и не становятся бесноватыми чокнутыми? Уф! Я так рада, что родилась до изобретения школ, и я бы все отдала, чтобы пропустить это бедствие, которое мне приходится терпеть.

Она поставила свою кружку.

- Я должна убить ее родителей, когда все закончится. Они… нелепые.

Она сделала голос грубее, чтобы передразнить их.

- Помой посуду, вынеси мусор, делай домашнее задание, ты опоздаешь. Почему ты все еще не спишь? – она скорчила рожицу. – Они все разглагольствуют и разглагольствуют. Один голос ее отца вызывает у меня желание взорвать его к чертям. Не удивлена, что ты хочешь уничтожить мир. Почему люди ноют по пустякам?

Он рассмеялся, затем сменил тему.

- Она борется за контроль?

Она согнула руку, чтобы убедиться, что она на сто процентов контролирует тело, затем тяжело вздохнула.

- Иногда, но она слаба. Мне нужно, чтобы мой брат высосал ее душу из меня, как только он освободится. Ненавижу, что она вечно плачет и умоляет. Она такая несчастная и надоедливая. Я буду рада, когда перестану нуждаться в ее воспоминаниях, и смогу избавиться от нее навсегда.

Она посмотрела на группу подростков девочек через три стола и сморщилась.

Фу, как она их всех презирала.

Повернувшись к Гриму, она снова тяжело вздохнула.

- Но маленькая дурочка мне нужна сейчас. Я освобождаю ее каждый раз, когда мне нужно остаться наедине с тупицей, с которым она встречается, - она скривила губы от отвращения. – Никогда не понимала, зачем женщины связываются с такими животными, как Стоун.

Да и вообще с любыми мужчинами.

- О вкусах не судят.

Она отсалютовала ему кружкой, мечтая вернуться назад во времени и свести счеты с конкретным мужчиной.

Откинувшись на спинку стула, Грим скрестил руки на груди.

- Как думаешь, сколько еще времени понадобится?

Она медленно отхлебнула кофе, словно прикидывая.

- Тяжело сказать. Как ты знаешь, после своих контактов с ним я поняла, что у него сильная воля. Но при всей его хвастливости и позерстве, в нем совершенно нет уверенности в себе. И это, мой злобный друг, слабость на которую я давлю и использую. Он считает, что ничего не заслуживает, и это раскрывает его… и не важно, насколько сильна его воля.

- Подло… мне нравится это.

- Ну, ты знаешь старую поговорку. Построй, чтобы потом снести. Ты говоришь им то, что они хотят услышать, пока они не перестанут слушать тех, кто говорит им правду. Тогда они твои.

Человеческое эго и зависть. Два самых потенциальных оружия для уничтожения любого человека.

А еще они неплохо работают с богами и демонами.