Боевая магия не для девочек – 2 - Екатерина Сергеевна Бакулина

за собой. У Миро из плеча торчит стрела, но он не обращает внимания. Я подскакиваю, бросаюсь к нему.

Бен! Там Бен! Он тащит Бена!

* * *

Нас с Миро поили горячим чаем, щедро плеснув туда рома.

И паника начинала понемногу отходить.

Бена уложили на скамейку, врач-природник с одного из кораблей внимательно осматривал его. За это время Бен уже успел слегка прийти в себя, но даже сидеть пока удавалось с трудом. Ничего, главное, что живой!

В небольшую комнату портовой охраны набилась куча народа, в основном моряки со стоящих у причала кораблей.

– У вас на удивление крепкий друг, – усмехнулся природник, глянув на нас. – В него такую лошадиную дозу снотворного залили, что удивительно, как он вообще от такого копыта не отбросил. А если еще и сам от них сбежал, что это прям совсем невероятно. Тут и снотворные зелья, и ментальное воздействие до кучи. Кому-то он был нужен.

– У него двое друзей пропали недавно, – сказала я. – Один тоже огневик с его курса, другой водник. И вот Бен все их найти пытался. Те оба на «Арабелле» за сокровищами летом плавали…

– На «Арабелле», – природник хмыкнул, оглянулся на остальных.

Там зашептались, кто-то понимающе усмехнулся.

– А что не так с «Арабеллой»?

– Да как тебе сказать, парень… – отозвался один из моряков. – Странная у них команда. Что-то там не так, особняком держатся. И дела какие-то свои мутят…

– Так они с Вально, еще б не мутить, – поддакнул другой.

– А сейчас что за корабль был? – спросил Миро. – Вот тот, из которого стреляли?

Теперь снова в море ушел. Догонять его не стали, потому что нереально так догнать, да и непонятно – есть ли смысл. Но точно запомнили.

Миро – такой весь мокрый и взъерошенный, тоже бледный после всего нашего приключения, но довольный собой. Стрелу из него вытащили, но она, к счастью, не задела ничего серьезного, а плечо скоро заживет. От попытки подлечить его Миро только отмахнулся, сказал, что маг, у него своя регенерация быстрая. Вы вон, Беном займитесь.

– Который уплыл, вообще не наш, – сказал тот же моряк. – Ултайский вроде… но они по-нашему почти не говорят, их не поймешь, у них только один или двое, кто говорить могут. «Летящая ласточка». Ткани привезли в тюках, бочки с какой-то засолкой, пряности. Да хрен их разберет.

– У них людей там полные трюмы, – хрипло сказал Бен, пытаясь сесть. – Все в цепях.

* * *

Потом нас, конечно, повезли в полицию – записывать показания и разбираться. Но хоть в экипаже, не пешком, а то у меня после всего этого колени трясутся, идти невозможно.

Бен изо всех сил старался держаться, хотя его сильно шатало, и плохо ему было все равно, несмотря на все усилия природника. Тут действительно отоспаться бы. Его усадили между мной и Миро. Страшно хотелось обнять, прижаться, но я же мальчик, мне обниматься не стоит.

Бен сказал, что сам не понимает, как это вышло.

Да, он вчера был в полицейском участке, хотел поговорить с Торресом, но того не было. Бен решил посидеть, подождать немного, может, придет, потому что ничего однозначного ему не сказали. И вот там какой-то парень в полицейской форме подошел… И вроде бы видел этого парня раньше… а может, и нет… Но Бен почти уверен – все именно тогда началось. Парень подошел, спросил, давно ли Бен ждет майора, и еще о чем-то, так, между делом. Обычный, ничего не значащий разговор. Предложил кофе. Принес две кружки – ему и себе.

Да, Бен, конечно, виноват сам, не нужно у незнакомых людей ничего брать. Но вроде полиция же, все нормально должно быть, все под контролем. И вот после этого кофе сознание поплыло, и дальше помнилось очень смутно.

Потом о чем-то еще с тем парнем в форме говорили вроде. Потом Бен вышел на улицу… А потом… потом совсем никак, только туман и звон в ушах.

Вроде Бен куда-то шел.

Потом совсем провал.

Очнулся в трюме корабля, когда отходили от берега. Плеск волн, скрип мачты – паруса ставили… Руки и ноги связаны, голова словно соломой набита, в глазах все плывет. Даже себя толком не осознавал, просто какой-то инстинкт сработал, понял – нужно бежать. С веревкой справиться удалось быстро, подпалить и порвать, силы на это Бену хватило. И дверь тихо выломать, не шуметь. И прыгнуть за борт. Ну, а дальше мы все уже и сами видели – Бен доплыл до мола, а корабль развернулся и пытался догнать его.

Кто эти люди и чего хотят – Бен не понимал. Возможно, еще там, на корабле, стоило попытаться узнать хоть что-то, но тогда он испугался и решил, что самое правильное – поскорее сбежать. Да, внизу в трюме, заглянув за решетку, видел людей в цепях. По большей части, взрослые мужчины, но какие-то… странные. Тоже под ментальным воздействием?

Чудо, что вовремя очнуться удалось. Повезло, что его похитители неправильно ментальную защиту оценили, а защита была хорошая. Защита сначала прогнулась и дала слабину, но не слетела совсем, восстановилась. В кофе, похоже, какое-то зелье было, которое защиту ломало, но его действие довольно быстро кончилось. И это спасло.

И если бы мы с Миро не успели вовремя, Бена, скорее всего, поймали бы и вернули. Никуда бы он сбежать не смог.

– Спасибо, – Бен очень серьезно и виновато смотрел на меня и на Миро. – Я вам обоим теперь жизнью обязан.

– Не делай так больше, – тихо сказала я, погладила его по плечу. – Будь осторожен.

А Миро как-то кривовато и ехидно заулыбался.

– Да пусть делает. Я только за.

– Что?! – удивилась я.

– Если человеку важнее справедливость, то пусть ищет, – плечами пожал. – Пока он где-то там бегает, тайны раскрывает, я – тут, с тобой, – и бровкой многозначительно дернул. – И, кстати, учти, Бен, если снова куда-нибудь влезешь, я, конечно, пойду снова тебя спасать. Исключительно ради Мари. Но снова рвение проявлять – мне смысла никакого нет. Пусть тебя уже сожрут там.

И улыбается так, зараза.

– Миро!

Да чтоб тебя! Очень хочется возмутиться, но тут я отлично его позицию понимаю. И то, что это по большей части ирония и подколка – понимаю тоже.

И то, что он точно не обязан никого спасать.

И Бен понимает. Вот так сейчас хмурится, губы поджимает.

– Да, – немного хрипло говорит Бен. – Ты, главное, тогда смотри, чтобы с ней ничего не случилось.

Звучит так, словно он почти готов смириться.

– Эй! –