Тушемля. Дети Велеса - Тина Крав

Склонившись, опустила на пень горшочек с медом и отступила на пару шагов.-Вот тебе угощеньице, милый бер. За доброту твою и помощь, отведай медку сладкого.Осьмуша медленно пятилась назад, к избе, вглядываясь в темноту в глупой надежде разглядеть хотя бы тень того, кто за медом придет. А вдруг то Зорян ее окажется? Несколько дней прошло, а сердце истосковалось по любому. Где он? Может помощь какая нужна, а она и не ведает о том.Осьмуша сдержала горестный вздох и бросив последний взгляд на смутные очертания деревьев поднялась на крыльцо и вошла внутрь. Бабушка Агидель, натянув на себя одеяло из выделанных шкур тихо похрапывала у очага на лавке. Там было теплее, а в ее возрасте хотелось погреть старые косточки. Сняв платок и расплетя косу, Осьмуша присела на свою лавку, задумчиво глядя на подрагивающий огонек пламени в очаге. Сняв с шеи лунницу поднесла ее к огню так, чтобы в ее гранях отражался его блеск.-Отец Сварог, прошу тебя, - прошептала она, не отводя взгляда от своего амулета, - как ты нам путь сюда указал, так и сейчас направь его верной дорожкой. Чтобы не заплутал на перепутьях миров и пусть моя любовь и свет лунницы ему путеводной звездой будет. пусть знает, что жду и тоскую… Небольшая полуобгоревшая палка с громким треском сорвалась на дно очага, рассыпав вокруг себя множество искр. Осьмуша сжала в ладони лунницу и вновь повесила на шею, не скрывая улыбки. Сварог услышал ее. А коли так, позаботиться о Зоряне. Скинув с себя навершник и платье, оставшись в одной нижней рубахе, она забралась на лавку. Подтянула ноги к груди и прикрыла глаза. Ей так хотелось видеть любого. Хотя бы о сне... В свете сверкнувшей молнии она увидела мелькнувшую серую тень. Нахмурившись, она сделала шаг в ее сторону, но раздавшейся откуда-то сбоку грозный рык вынудил ее вздрогнуть. Сердце подскочило и забилось где-то в горле, отзываясь болезненными толчками по всему телу. Она обернулась. Грозно порыкивая из темноты к ней медленно приближался медведь. Замерев в паре шагов от дрожащей от страха девушки, бер приподнял голову и словно принюхался, водя мордой из стороны в сторону. Прижав руки к бурно вздымающейся груди, Осьмуша наблюдала за хозяином леса. Переступив на лапах, косолапый повернул к ней морду. Осьмуша тихонько ахнула, чувствуя, как дрожат ноги и видя в темных глазах медведя свое отражение. Тихо рыкнув бер мотнул головой и стал медленно приподниматься на задних лапах.-По душе мне пришлось твое угощение, красна девица, - сквозь грозный рык услышала она и удивленно посмотрела на лесного зверя. Это он говорит?-А то кто ж? – бер казалось усмехнулся и потряс лапой, ударив себя в мощную, покрытую темной шерстью грудь, - радует, что помнишь о нас, к зверью дикому чутко относишься. Лишнего в лесу да в поле не возьмешь. Да и благодарить нас не забываешь. Каждому деревцу и кустику поклонишься. Не ошибся я, в своем выборе. Да и Макошь, затейница, ловко узор свой связала. Иш ты, как самого Перуна обхитрить сумела. – Осьмуша заметила, как мишка склонил голову, словно задумался о чем-то, - гневится Перун, но не на тебя. На меня, что тебя себе забрать сумел. Так что ты сама на него не серчай. В тебе его сила. А он поугомонится, да смирится. Верно, так лучше для всех будет -Что все? – пискнула Осьмуша не понимая ни слова из того, что говорит ей бер. И лишь смутное подозрение стало закрадываться в ее душу. Медведь поднял косматую голову. Его глаза вспыхнули странным светом, а вокруг заклубился сизо-белый плотный туман. Черты медвежьей фигуры стали расплываться, принимая иную форму. Когда же туман рассеялся перед Осьмушей стоял седовласый старичок с посохом в руке и длинном, почти до самой земли, кафтане с широкими рукавами. Он тепло, по-отчески смотрел на девицу.-Правильно догадалась, - молвил он, и его губы в белой бороде растянулись в приветливой, согревающей сердце улыбке, - наши вы дети, но отныне за мной следовать будете.-Велес…- выдохнула Осьмуша, растерянно моргая. Но тут же спохватилась и прижав руку к груди склонилась пред ним в земном поклоне. - Не ошибся Перун, силой своей тебя наделяя. Женой достойной моему сыну будешь. Но и я тебя не обделю. Помощников много на пути встретишь, коли слышать их научишься, они тебе верную службу сослужат.По-прежнему ничего не понимая, Осьмуша только и могла, что смотреть на Велеса широко распахнутыми изумлёнными глазами, чувствуя, как трепещет сердце в груди.-Благодарю, тебя, батюшка Велес, - вновь склонилась в поклоне Осьмуша, и осмелев добавила с надеждой вглядываясь в доброе лицо старичка, - позволь молвить…Велес великодушно слегка опустил голову вниз, давая ей возможность высказаться. Девушка робко шагнула к нему, прижимая ладони к груди. -Есть у меня муж, -начала она, -сердцу милый. Другого мне не надобно. Не в обиду тебе и сыну твоему, не разлучай с милым, а защити и помоги ему. Ведь бером по лесу ходит.Велес поднял могучую ладонь вверх, вынуждая ее замолчать. Его взгляд, скрытый под полуприкрытыми веками и кустистыми бровями скользнул по ней. -Судьба твоя не мной сплетена, - проговорил он, - но в твоих силах ее изменить.-Как? – потянулась к нему Осьмуша. -Вижу в тебе огонь любви пылает. Это самая великая сила, способная и богов свое решение поменять, -его взгляд подернулся задумчивой дымкой, а у ног вновь заклубился туман, - а милому твоему помогу. Недолго ему по лесу бродить. Воротится скоро к тебе. Будет по твоему, коли любовь в своем сердце сберечь сможешь.-Смогу, батюшка Велес, смогу! – порывисто воскликнула Осьмуша бросаясь к нему и …просыпаясь. Заозиралась по сторонам, откидывая с лица взмокшие прядки пшеничных волос. Агидель спокойно сидела на своей лавке, наблюдая за ней. Одернув подол рубахи, Осьмуша спустила ноги на пол.-К советам Велеса прислушаться тебе надобно, - неожиданно проговорила Агидель, вынуждая Осьмушу удивленно поднять на нее глаза, - он по делу всегда молвит. Лишнего не скажет.-Откуда ты… - начала было Осьмуша, но в этот момент в дверь громко ударили и до них донесся громкий окрик. -Эй, есть кто живой?

Глава 17 Праздник бера

Глава 17 Праздник бера Разбудило его легкое, почти невесомое прикосновение упавшего на лицо листика. Смахнув его с лица, Зорян потянулся и зевая присел. Пальцы зарылись в медвежью шкуру и он опустил взгляд вниз. Между бровей пролегла глубокая морщинка и мужчина устало провел рукой по