Вайлет. Изменчивыми тропами - Юлия Арниева

там в другом мире, а ещё у Верины, но по опыту знаю, что к каждой надо приноровиться, и уж если есть рядом мужчина, то пусть он позаботится о добыче огня.

– Спасибо, – поблагодарила, не отвлекаясь от нарезки, на мелкие кубики, колбасы, прикидывая её количество, чтобы заполнить ломтик хлеба.

– Тогда я вас оставлю Тьяна ненадолго, – проговорил мужчина, покидая кухню.

– Хм… надо же какой, – задумчиво пробормотала, стоило только мистеру Ичену выйти. Вежливый, обходительный… Решилась всё же его, как следует расспросить. Не верю, что такой мужчина всегда работал извозчиком, да и домик у него неплохой, сразу заметно, что мистер Ичен не стесненный в средствах. И галантен он слишком, что я извозчиков почтовых дилижансов здесь не встречала. А Верина женщина доверчивая и добрая, вон как по Шимусу переживает, когда узнала, что творил дурное от любви к ней.

– Тьяна, аромат выгнал меня из комнаты, – со смешком в голосе проговорил мистер Ичен, незаметно вернувшийся на кухню, или я была настолько увлечена своими мыслями, что не услышала его появления.

– Почти готово, осталось тарелки на стол поставить, – проронила, сдвигая сковороду на край печи, как можно равнодушней, спросила, – у вас столько посуды, видимо, семья большая?

– Нет, Тьяна. Не было у нас детей, не дал бог нам испытать такого счастья, – едва слышно проговорил мужчина, тряхнув головой, словно избавляясь от неприятных воспоминаний, с лукавой улыбкой, продолжил, – а родственники давно со мной не общаются.

– Хм… почему? Простите, это не моё дело.

– Женился не по указке отца, – с горькой усмешкой ответил мужчина, некоторое время невидяще смотрел перед собой, наконец, заговорил, – у моего отца лавки торговые были во всех крупных городах побережья. Богат был, в ратуше часто бывал, господ привечал, вот ему и подсказали, как из торговца в благородные попасть. Узнал, что для дочери обедневшего и сосланного в Абер графа мужа побогаче искали… я не согласился, из дома меня выгнали, а вот младший братец не решился спорить с отцом.

– И всё это ради Хильды, – шмыгнула носом, расчувствовавшись от поведанной истории.

– Нет, её я встретил уже здесь в Лурде, – покачал головой мужчина, – спустя пять лет, как покинул родных, на ярмарке она звонче всех смеялась.

– А Верина? – Всё же не удержалась и спросила напрямую, – вы приглашали её в Лурд, в качестве кого?

– Супруги, конечно, – снисходительно улыбнулся мужчина, – я понимаю вашу тревогу Тьяна и скажу, что Верина эта та женщина, рядом с которой спокойно, её хочется оберегать, заботится… благодаря ей вырастают крылья и хочется свернуть горы ради неё. Я не молод, но хочу, чтобы в доме звучал заливистый смех Мей, слушать ворчание Рори и каждый день видеть улыбку Верины, но она…

– Боится? – продолжила за мистером Иченом, подливая ему чай. За неспешным разговором, поздний ужин, состоящий из фаршированного ломтика хлеба колбасой, помидором и омлетом, был давно съеден. И выпито уже не по одной кружке чая, но уходить ни мне, ни мужчине с кухни не хотелось.

– Боится… она не одна, ей есть о ком беспокоиться, – вполголоса проговорили мистер Ичен, благодарно кивнув, сделал глоток уже порядком остывшего чая, продолжил, – но терпения мне не занимать, и я дождусь, когда Верина, наконец, насмелится.

– Время покажет, мистер Ичен, – улыбнулась мужчине, поднимаясь из-за стола, – идёмте спать, уже поздно, а завтра предстоит тяжёлый день.

– Добрых снов Тьяна…

Глава 20

Утром наскоро позавтракав, а точнее, выпив пустой чай, я и мистер Ичен отправились в ратушу добывать патент на изготовление ирисок. Идти было до центра города прилично, поэтому мы воспользовались почтовым дилижансом.

Выглядывая в окно, я с любопытством рассматривала прибрежный городок, который разительно отличался от тех, где я успела побывать. Небольшой с узкими улочками он растянулся вдоль моря, упираясь, с одной стороны, в горы, с другой – сливался с лесом. Чудесный милый Лурд, с невысокими домиками максимум в два этажа, тёмными переулками, где, прячась от констеблей, таились личности не самого дружелюбного вида. С небольшими магазинчиками и лавками, где гостеприимно были распахнуты двери, из которых зазывали криком продавцов и ароматами сдобы желанных покупателей, удивительным образом не опасаясь грабежа.

Приближаясь к центру города, улицы становились шире и чище, нищие и воришки исчезли, дамочки праздно разгуливали вдоль магазинов, которые уже выглядели побольше и поярче. Двери у них были закрыты, но на витрине красовались наряды, сумочки, шляпки и прочий товар, привлекая богатых покупателей.

– Ратуша на площади святой Луриды, там же у часовой мастерской, лавка с выпечкой моего старого друга, – проговорил мистер Ичен, прежде постучав по стене дилижанса, – сначала зайдём к нему, узнаем, возможно ириски у него есть, и мы зря сходим в ратушу.

– Хорошо, – отозвалась, с трудом удержавшись, чтобы не высунуть голову в окно и посмотреть, что там впереди. Рассматривать бесконечные однотипные домики мне порядком надоело. Местных жителей тоже, да и неприятный запах от мешка под сиденьем, становился с каждой минутой невыносим. Но, радует, мучиться от нетерпения пришлось недолго, ещё метров двести и почтовый дилижанс, наконец, остановился.

– Пройдём пешком, на площади запрещено передвигаться на каретах и двуколках, – сообщил мужчина, любезно распахивая дверь.

– Хм… мистер Ичен, там в мешке что-то сдохло и воняет.

– Это специальное удобрение для каких-то очень редких цветов, – тихонько рассмеялся мужчина, извиняюще улыбнулся, добавил, – забыл вытащить, Анна заказала привезти из Сугрени.

– Ясно, – кивнула, покосившись на мешок, с трудом представляя, что там могло так пахнуть и как от такого зловония не передохнут цветы, поинтересовалась, – значит, по площади нельзя ездить на каретах, а верхом?

– И верхом тоже, – ответил мистер Ичен, закрывая дверь, – прошлой осенью приказом его величества запретили. До Лурда дошли слухи, что кто-то проехал на двуколке по площади в Вистерии и пострадало много людей.

– Разумно. Её бы ещё огораживать, когда ярмарки проводят, а то мало ли кто вдруг вздумает прокатиться.

– Согласен, – кивнул мужчина, с усмешкой добавив, – жаль, твоё предложение не дойдёт до его величества.

– Ну да, – невнятно пробормотала, торопливо переводя разговор, – святая Лурдина? И город получается, назван в честь неё?

– Ооо, это старая легенда, в которой рассказывается, что девушка была любимой последнего дракона и когда он погиб, защищая Гиторию, сжигая корабли врагов своим пламенем, она осталась здесь и не сходила с этого места.

– Эээ… драконы? – переспросила, взглянула на провожатого, уже ничему не удивляясь, возможно, в мире Скайдор и жили когда-то драконы.

– Это всего лишь красивая легенда, – снисходительно улыбнулся мужчина, кивком указав на двухэтажный домик из красного камня, с небольшими окнами на втором этаже и широкими на первом, – лавка «У Оьи».

– Там есть столик и подают чай? Я бы не прочь чем-нибудь перекусить.

– Уверен, Барри нас накормит, – ответил мистер