Чудовище Темного леса - Юлия Александровна Пульс

Бумажный пакет невольно выронила. Зазвенели склянки.

Я хватала ртом воздух в отчаянной попытке не задохнуться. Попыталась вырваться, но он приподнял меня от земли. Не нашла опоры, ноги повисли в воздухе. Одной рукой царапала руку мужчины, затянутую в кожаную перчатку, а другой нашла рукоять кинжала. Стиснула его изо-всех сил, судорожно вспоминая, чему успел научить Сай.

— А я говорил Люцию, что не твои это кости. В лесу поселилась, ведьма! Ну, ничего. На этот раз мы тебя точно сожжем!

Казалось, у меня сейчас вытекут глаза, шея сломается и голова отвалится от тела. Каждая мышца напряглась до боли. Если промахнусь, то ни мне, ни Эгри не выжить. Шли секунды, а я все никак не находила подходящего момента для нападения. Решила обмякнуть и притвориться, что лишилась сознания, чтобы он ослабил хватку.

Повисла и ощутила, что инквизитор сдавил горло еще хлеще. Рядом раздался утробный рык. Сквозь пелену слез я увидела волков. Нас окружала целая стая.

— Пошли вон! — кричал мужик и тормошил меня из стороны в сторону.

И вот настал миг, когда его рука на долю секунды оторвалась от моей шеи. Собравшись с последними силами, я резко развернулась и вонзила клинок в его горло. Даже не думала, что войдет так легко, как нож в масло. Испугалась, заглянув в стекленеющие глаза. Вырвала кинжал из его плоти и пошатнулась.

Он опал сначала на колени, а потом повалился на бок. В себя прийти не успела, как волки набросились на инквизитора и стали рвать его в клочья. Заполошно подняла с земли пакет и кинулась, куда глаза глядят.

Непонятно как, но добежала до хижины с окровавленным кинжалом в руках. Ворвалась в дом и швырнула клинок в умывальник. Мельком взглянула на себя в маленькое зеркальце и ужаснулась. Вместо здоровых белков, глаза налились кровью. Но было некогда о себе думать.

— Синти! — подошел ко мне Сай, но я отмахнулась и не повернулась к нему лицом. Боялась испугать. Сейчас не время обсуждать мою вылазку.

Скинула с плеч мантию и подбежала к кровати. Прижалась ухом к волку и ощутила замедленное дыхание. Живой!

— Не мешай! Отойди! — хрипло отозвалась, высыпая из пакета лекарства. Разложила их на тумбе и начала очищать рану от бесполезных травяных примочек. Промыла, засыпала заживляющим порошком.

— Приподними его! — приказала, и он молча выполнил просьбу.

Я плотно перебинтовала рану и откупорила склянку с жидким лекарством.

— Открой ему пасть. Скорее!

У меня даже руки не тряслись, когда я все до последней капли влила Эгри в пасть. А когда закончила, то отошла на шаг и посмотрела на Сая, а он в ужасе приоткрыл рот. Вот тогда силы и покинули тело.

— Синти! — подхватил он меня на руки до того, как я лишилась чувств.

Глава 19

— Баю-бай, баю-бай, ты, собаченька, не лай, Белолапка, не скули, мою детку не буди. Баю-бай, баю-бай, спи, малышка, засыпай. Ночь пришла и дрему привела. Тишина в лугах, в лесах. Звезды ходят в небесах… — доносились до меня слова знакомой колыбельной, но я никак не могла вспомнить, где и когда ее слышала. — Ветерок дудит, дудит, играет, сладко песню напевает. Да не громкая она. Только звездам и слышна, — качало меня на руках чудовище, словно дитя малое, а я делала вид, что продолжаю спать, хотя уже давно проснулась. Мне хотелось слушать эту детскую песенку бесконечно. Его тихий голос успокаивал, прогонял тревоги. Но даже колыбельная не в силах стереть из моей памяти взгляд стремительно стекленеющих глаз, а волчий вой так и раздавался на задворках сознания. — Баю-бай, баю-бай, спи, малышка, засыпай, — веки задрожали от накатывающихся слез.

Не открывая глаз, я нащупала густую гриву и обхватила руками крепкую шею Сая. Прижалась к нему до дрожи, вдыхая ворох теплых ароматов его тела. А он продолжал тихо мурлыкать колыбельную и качать меня из стороны в сторону. Я никогда не знала ни материнской, ни отцовской ласки и сейчас мне было приятно представлять себя крошкой в заботливых руках родного человека. Это чувство не выразить словами. Оно обволакивало мягким, уютным коконом и прогоняло страхи. Но оно не могло длиться вечно. Эгри всхрапнул и Сай замолчал. Флер полного забвения рассеялся, и я открыла глаза, ощупывая взглядом окружение.

Сай сидел на полу рядом с кроватью, привалившись спиной к стене. Крепко прижимал меня к торсу коленями и смотрел на волка. Эгри не шевелился, но дышал бодрее. Изредка посапывал и поскуливал во сне. Бинты налились подсохшей кровью. Пора было их поменять.

— Что случилось в лесу? — Сай поймал мой взгляд в ловушку и пытливо вцепился глазами в глаза. Не отвертеться от ответа.

— Я человека убила, — признавшись, пожала плечами. — Инквизитор накинулся сзади и начал меня душить. А потом, откуда не возьмись, появилась волчья стая. Они отвлекли его, и я сумела вырваться и воткнуть кинжал в его плоть. Помню, как волки накинулись на мужика, а я побежала, — Сай прикоснулся к моей ноющей от боли шеи и утробно зарычал.

— Нельзя тебе больше здесь оставаться. Безопаснее будет уехать из города. Купишь домик в поселении и…

— Нет! — ошарашенная его словами, отпихнулась и подскочила на ноги. Пошатнулась, ощущая слабость, но устояла, вцепившись в спинку кровати. — Ты снова меня гонишь? — слезы, что давно уже требовали выхода, горячими ручьями потекли по щекам. Я смотрела на чудовище сквозь искаженный влагой мир и мотала головой.

— Мне тоже нелегко далось это решение, — поднялся он с пола исполинской горой и закрыл своим мощным телом окошко, за которым царила глубокая ночь. — Пойми, Синти, они больше никогда не оставят нас в покое. Я хочу тебя защитить. Отправляйся в поселение в наемном экипаже, купи себе домик на окраине и живи мирно. Я разберусь с Люцием сам, даю слово, — чтобы не сойти с ума от этой ранящей сердце тирады, склонилась над Эгри. Начала аккуратно убирать испорченные бинты.

— Принеси чистой воды, — произнесла со злостью.

— Ты меня слышишь, Синти?! — повысил он тон и коснулся моего плеча.

Я резко стряхнула с себя его ладонь.

— Воды принеси! — только тогда за спиной услышала звон бьющейся о металлическое ведро ручки. Хлопнула дверь и я позволила себе выпустить изо рта жалобный стон. Еще немного и разрыдаюсь в голос. Поэтому тут же его проглотила, но он распирающим комком застрял в горле, выдавливая изнутри еще больше слез. Они капали на серую шерстку волка, а