Франциска Вульф - Сердце Фатимы

Ясмина поклонилась, приложив руку ко рту и лбу, и улыбнулась. Однако ее глаза смотрели на Беатриче пристально и изучающе. Казалось, от них невозможно было ничего утаить. По всей видимости, Ясмина поняла, что она никакая не родственница. Но почему тогда не поднимает тревогу? Почему не приказывает слугам вышвырнуть ее из зала и заковать в кандалы? Или решила отложить это на другой, особый случай?

Остаток вечера для Беатриче был лишен всякого удовольствия. Она совсем не прикоснулась к еде, оставив нетронутой даже тарелку со сладостями: печеньем, пахнущим миндалем и медом, розовыми лепестками и корицей, блинчиками с сиропом и спелыми персиками. Она почти не замечала танцовщиц, которые под улюлюканье, хлопки и заливистый смех совершали весьма фривольные телодвижения. Она пыталась понять, как поступит с ней Ясмина и что ей самой предпринять в свою защиту. Каждый раз, когда Беатриче поднимала глаза, она встречала на себе ясный взгляд Ясмины.

Ужин подошел к концу. К счастью, гости поднялись разом, так что Беатриче смешалась с толпой и незаметно покинула зал. С большим трудом она добралась до своей комнаты, беспрестанно оглядываясь, не следит ли кто за ней. Но все обошлось.

Была уже поздняя ночь. Беатриче лежала в постели, но сон не шел к ней. Разглядывая на белом потолке пляшущие тени, отбрасываемые сальной лампой, она думала о Ясмине. Беатриче не сомневалась в том, что та ее раскусила. Но почему ничего не сказала за ужином? Почему не позвала слуг?

Неожиданно дверь отворилась. На пороге возникла фигура, облаченная в длинное белое одеяние. Беатриче интуитивно поняла, что это Ясмина.

По ее тяжелому прерывистому дыханию она поняла, что та медлит, раздумывая, что делать дальше.

– Ты не спишь? – довольно резко спросила Ясмина.

Беатриче поднялась. Молодая женщина быстро подошла к ней. Слабый свет лампы освещал ее бледное лицо. В ее руках блеснул кинжал.

Беатриче даже поперхнулась. Но уже в следующий момент страх сменился яростью. Какого черта эта юная нервическая особа изображает из себя героиню? Ее маленькая Мишель сейчас в опасности, и она ни за что не прекратит свои поиски.

– Что тебе нужно? – сухо спросила Беатриче. Она была готова вступить в схватку с Ясминой. – Ты пришла, чтобы зарезать меня?

– Все зависит от тебя, – сквозь зубы процедила Ясмина, сжав рукоятку клинка, словно была готова в любую минуту вонзить его в сердце Беатриче. – Если скажешь правду, я, может быть, даже отпущу тебя.

– Спрашивай, – ответила Беатриче, глядя ей прямо в глаза. – Мне нечего скрывать.

– Кто ты на самом деле? – Ясмина осторожно присела на край кровати, словно перед ней был тигр или кобра. – Только не вздумай морочить мне голову. Я точно знаю, что в нашей семье нет никакой родственницы по имени Зекирех, тем более с такими голубыми глазами и золотистыми волосами. Тебе надо было придумать другую, более правдоподобную историю. А теперь выкладывай все начистоту.

Беатриче на минуту задумалась; она решила рассказать все как есть. С самого начала.

О камне Фатимы. О дочери, которая находилась в бессознательном состоянии – там, у них на родине. О своем утомительном путешествии по пустыне, пока ее наконец не нашли четверо мужчин. Ясмина слушала, не сводя с нее глаз. Казалось, она четко фиксирует каждый жест, каждое мимическое движение Беатриче, как бы проверяя, говорит та правду или лжет.

– …Тогда Асим посадил меня к себе на лошадь, и так я оказалась здесь. – Этими словами Беатриче закончила свой рассказ.

Ясмина некоторое время молчала, нахмурив брови.

– Ты думаешь, я тебе поверила? – спросила она.

Беатриче пожала плечами.

– Я сказала тебе всю правду, как ты и хотела. А верить или не верить – решай сама.

– Предположим, это правда. Почему ты тогда не объяснила Малеку и его братьям все как было? – сверлила глазами Ясмина. – Зачем выдумала эту историю и как последний вор и обманщик проникла в наш дом?

– Это произошло стараниями Асима, – резко возразила ей Беатриче. – Я же хотела только одного – выбраться наконец из этой проклятой пустыни. Меня мучила жажда, я умирала от голода. Над моей головой неустанно кружили стервятники, ждущие моей смерти. Что, по-твоему, я должна была делать в такой ситуации? – Беатриче откинула с лица прядь волос. Уверена, что ни Малек, ни его братья не поверили бы ни единому моему слову, расскажи я им всю правду. Они приняли бы меня за ведьму. Несложно представить, что случилось бы со мной потом.

Глаза Ясмины сузились в щелки.

– А с чего ты взяла, что я должна тебе верить?

Беатриче внимательно посмотрела на нее.

– Не знаю почему, но я уверена, что могу тебе доверять. Думаю, что и ты в глубине души мне веришь. И даже больше – ты знаешь, что я сказала правду.

– Предположим, что так… – Ясмина в задумчивости прошлась по комнате, положила кинжал на край кровати и снова села рядом с Беатриче.

– Как твое настоящее имя, Зекирех? – спросила она. – Кто ты и чем занимаешься?

– Меня зовут Беатриче Хельмер. Я врач, хирург. В своем родном городе я изучала медицину в университете.

От удивления Ясмина вытаращила глаза.

– Ты изучала медицину? На твоей родине женщин допускают в университет?

– Да. И не только в моей стране. Кстати, какой сейчас год?

– 407-й.

Беатриче быстро прикинула в уме: 407-й год по исламскому летосчислению соответствовал примерно 1017-му году по григорианскому календарю. А это значит, что в поисках Мишель она может встретиться с Али – ведь девочка хотела к нему. Али… Как он сейчас выглядит? Нашел ли свое счастье? Женат ли? Наверное, есть дети и… Беатриче вернулась в реальность.

– Через тысячу лет почти во всем мире мужчина и женщина будут иметь равные права на образование и выбор профессии. Кем стать – рабочим, продавцом, врачом или художником, – они будут решать сами.

– Пока об этом можно только мечтать, – заметила Ясмина, глубоко вздохнув. – Могу я взглянуть на волшебный камень?

Беатриче протянула Ясмине драгоценный сапфир. Та долго смотрела на него восхищенным взглядом, потом вернула камень Беатриче.

– Я верю тебе. Ты права. Камень Фатимы… – она покачала головой. – Невероятно! Бесценное сокровище вот так просто лежит на моей ладони. Как в сказке. Вот если бы и меня он мог унести куда-то в другое место и даже в другое время!

Беатриче поняла, что о своей предстоящей свадьбе Ясмина думала без особой радости. Может быть, она любила кого-то другого? А может, просто испытывала страх перед новой жизнью, которая у нее начнется с завтрашнего дня?

– Ты чего-то боишься? – Беатриче положила руку на плечо молодой девушки.

– И да, и нет, – ответила она, перебирая пальцы на коленях. – Я знаю, что должна благодарить Аллаха за выбор, который сделал мой отец. Мы с Малеком почти ровесники. Он из очень состоятельной семьи. Хорош собой – я украдкой видела его из окна. Да и Газна – большой город. Там можно купить даже книги – не то что в Куме.