Дылда Доминга - Erratum-2

— Что тебе нужно от кокона? — голос аспида почти растворялся в тумане, и звуки оседали на предметах, словно капельки воды.

— Так ты знаешь о нем, старый прохвост. — Ник вздохнул, крепче ухватившись за шип на спине Гаруса, когда тот заложил очередной вираж.

— Знаю, — согласился аспид. — Так что тебе нужно?

— Смерти, — ответил Ник, и аспид едва не перестал махать крыльями, отчего они чуть не рухнули камнем вниз.

— Снова шутишь в своем отменном черном стиле?

— Нет, — Ник почти безразлично пожал плечами.

— Но почему? — голос аспида наполнился новыми оттенками и переливами, будто сотни глоток дули в тысячу труб разной величины.

— Не нужно демонстрировать мне свой громовой глас, Гарус. Мне просто все надоело.

— Настолько? — тело Гаруса изогнулось, словно он хотел заглянуть Абе прямо в глаза.

Ник вздохнул.

— То, чего я хочу больше всего, не выходит по-моему. А без этого я не хочу продолжать.

— В этом ты весь, — прокомментировало чудовище. — От начала и до конца. Готов создать другой мир, лишь бы все было по-твоему. А если и там не сложилось, что ж — в конце концов, можно и от этой затеи отказаться. Ты — большой ребенок, хозяин, просто большой ребенок.

— Дети тоже умирают, Гарус. Я слишком долго играл в эти игры.

— Но зачем кокон? Взойди на небеса, и светлые уничтожат тебя с превеликой помпой и радостью.

— Делать им на прощание такой подарок? Они не заслужили, — взгляд Ника засветился пренебрежением и легкой вариацией на тему высокомерия.

— А кокон чем лучше? Это ведь тоже творение их рук.

— Нет, если его кто и сотворил, то Он сам.

— Так вот оно что, — вздохнул аспид, — вот в чем настоящая причина. Ты ищешь покаяния у Создателя, и знаешь, что Он никогда не примет его у тебя, потому отправляешь ему дар, который нельзя вернуть.

— Много ты понимаешь, ящерица, — раздраженно откликнулся Ник.

— Много, хозяин. Лучше я скажу тебе это сейчас, чем ты поймешь то же самое, когда будет слишком поздно, и ты застрянешь в сияющей ловушке. Так что, возвращаемся? — голова мотнулась в обратную сторону.

— Нет.

— Значит, есть что-то еще? — после минуты молчания, наконец, снова не выдержал аспид.

— Кто-то.

— Пфф-ххх, — аспид едва не подавился, откашливая клочки дыма. — Быть не может.

— Как и аспидов, — тихо отозвался Ник — спроси у любого демона.

— Да уж.

— Что молчишь? — теперь через минуту не выдержал Ник, когда аспид так ничего больше и не добавил.

— А что тут говорить?

— Как — разбирать мои поступки, давать мне бесценные советы, комментировать.

— Раскаяние в купе с любовью… — аспид помолчал, — неизлечимо.

16

— Никто, — Небирос подчеркнул это слово, — не знает, где он. Да и распространяться не стоит, чтобы история не повторилась.

— Ведьмы, — прошептала Лили, вспоминая ту катастрофу, что случилась в другой жизни.

— Они спокойны, пока во главе находится Грерия.

— Он специально выбрал ее.

— Верно.

— Но почему Самаэля, а не тебя или брата? Того, кто помнит и не допустил бы старых ошибок? — Лили откровенно нервничала.

— В последнее время он делал несвойственные ему вещи.

— Небирос, ты чего-то не договариваешь. Насколько он изменился? — в ее памяти услужливо всплыли слова Уриэля о безвозмездном подарке и ангелы, начищающие до блеска свои мечи вместо того, чтобы сражаться.

— Мне сложно судить. Мы не так уж много говорили. Лили, — он вскинул лапы кверху, — я бы не молчал, если бы знал, где он. Ситуация сильно ухудшится, если о том, что он исчез, узнает кто-то еще.

Лили покачала головой. Ее сейчас больше волновало, что с ним могло что-то случиться. Но, с другой стороны, кто она такая, чтобы решать, где ему быть. В конце концов, он мог загулять на поверхности, как Самаэль. Только в это почему-то не верилось. В тот раз, когда он выходил встретиться с Грерией, он угодил в ловушку. Где была гарантия, что это не произошло снова? Могло ли ее падение настолько ожесточить светлых, что они решили отыграться на нем? Или это была неизбежность, которая повторялась из жизни в жизнь?

— Мне надо поговорить с Грерией, — голос Лили прозвучал серьезно и сосредоточенно.

Изумрудные глаза встретили ее взгляд.

— Ты знаешь, где ее искать, — отозвался он, и Лили застряла, не в силах отвести от него глаз. Целый мир, казалось, светился в этих полусферах, — притягивал, согревал, дарил надежду и утешение от всех бед, что окружали в реальности. Тихая гавань изумрудного цвета, с плеском гипнотических волн.

— Небирос.

Ноги подогнулись, и он подхватил ее у самого пола.

— Прости, я слишком давно тебя не видел.

— Я же просила тебя, — с трудом проговорила Лили. Хотя контакт их глаз и прервался, она чувствовала себя ослабевшей. Девушка уцепилась за лапу демона, чтобы подняться и не потерять равновесие.

— В другой жизни… — глухо произнес он.

Мех под пальцами был теплым и уютным, но как только в этом отпала необходимость, она заставила себя разжать руку и отпустить его. Хотя как же чертовски защищено она ощущала себя, когда прикасалась к нему. И знала, самым верным внутренним чутьем, что когда они вместе, с ними ничего не случится: ни с Небиросом, ни с ней. И вовсе не из-за ее воинских навыков, а потому что рядом с ней он был в десять раз бдительнее, чем обычно, не допуская даже крохотной вероятности того, чтобы она попала в беду.

Лили не успела повернуться к дверям, как молниеносная лапа уже раскрыла их перед ней.

— Я провожу, — мягко произнес он, напоминая ей, что Самаэль с Грерией ее не знают.

Лили запнулась, вздохнув, и благодарно посмотрела на демона.

— Тяжело жить среди тех, кто не помнит, — улыбнулся он, — постоянно отделяя одну жизнь от другой.

— Тяжело, — согласилась Лили, вспоминая Синглафа и гадая, добрался ли он домой. И что теперь будет думать о ней. И едва не застонала при мысли, что чувство долга и ответственности может толкнуть его на отправку спасательной экспедиции. Только этого им сейчас не хватало.

— О чем-то тревожишься? — спросил Небирос, и Лили невольно вздрогнула, не зная, прочел ли он ее мысли по лицу, или их ментальная связь растворялась медленнее, чем она думала.

— О гостях свыше, — Лили нахмурилась. — Я не хочу, чтобы они приходили. Но и вреда им не хочу тоже.

— Тебе стоило бы об этом прямо сказать твоему наставнику, — заметил демон.

— Я и сказала, — возразила Лили, — только он не желал слышать.

— И после этого они еще говорят «слышащие — да услышат», — с сарказмом произнес Небирос, а Лили лишь покосилась на него — в чем-то он был прав.