Дракон в разводе - Элисса Тир
Она думала о деревне. О Бране, которого уже, слава богам (или драконам?), вернули живым и невредимым после унизительного для Игниты «выкупа». О страхе в глазах соседей. Если она вернется, этот страх станет ее повседневностью. Игнита не оставит ее в покое. Она будет торчать, как шип, напоминание о поражении. И ее люди будут страдать.
А здесь была война. Но война иного масштаба. Здесь у нее было знание. Здесь был сад, который ждал ее заботы. Здесь были уроки, которые открывали ей вселенную. И здесь был он. Несовершенный, неловкий, страшный в своей силе и уязвимый в своем одиночестве дракон, который только что отказался от мира ради того, чтобы дать ей выбор.
Она подошла к нему, посмотрела прямо в эти горящие янтарные глаза.
– Ты сказал «партнерство в открытии», – напомнила она аккуратно. – Ты сказал, что я под твоей защитой. Это еще в силе?
Он кивнул, не в силах вымолвить слово.
– Тогда мой ответ – нет. Я не уйду. – Она сделала глубокий вдох, собираясь с духом. – Они называют меня проблемой? Пусть. Тогда я стану проблемой, которую они не смогут игнорировать. Не «дестабилизирующим элементом», а союзником Лорда Теней. Научи меня не только языку. Научи меня всему, что может быть мне полезно. Чтобы, когда они придут, я могла стоять здесь, рядом с тобой, а не прятаться за твоей спиной.
Альдор смотрел на нее, и в его глазах бушевала буря чувств: неверие, облегчение, гордость, страх за нее.
– Это путь опаснее, чем ты думаешь.
– Я знаю. Но другой путь – бегство – опаснее для моей души.
Он протянул руку, медленно, давая ей время отпрянуть. Но она не отпрянула. Он коснулся ее щеки, легчайшим движением, как бы стирая след несуществующей пыли. Его пальцы были теплыми.
– Тогда мы сражаемся, – прошептал он. – Вместе.
В этот момент где-то в глубинах Аэрии, в своей маленькой, закопченной кузнице, старый гном Борк, слышавший через вентиляционную шахту весь разговор, тихо хмыкнул и принялся с удвоенной энергией точить зубья на одной из ловушек для драконов. «Вместе», – пробормотал он себе под нос. «Ну что ж. С одной драконицей-стервой мы справились. Справимся и с бандой ее подхалимов. Особенно если у госпожи за спиной появится стальной шип, а не только чернильное перо».
Свиток с ультиматумом Альдор не выбросил. Он положил его в массивный сундук в своей сокровищнице, рядом с другими артефактами прошлых войн и договоров. Это был не документ. Это была декларация. На нее нужно было отвечать не словами, а делами. И первым делом было подготовить не только крепость, но и ту, что теперь добровольно решила разделить с ним его участь. Ее обучение только что перешло на новый, гораздо более серьезный уровень.
Глава 18. Кузница союзника
С того дня в Аэрии закипела работа иного рода. Если раньше подготовка была скрытной, оборонительной, то теперь она стала целеустремленной и личной. Альдор больше не пытался оградить Элис от суровой реальности своего мира. Он с головой погрузил ее в заботы.
Первым делом он привел ее к Борку. Древний гном, весь в шрамах и саже, с развороченной взрывом бородой, сначала лишь покосился на нее из-под густых бровей.
– Это ж что, владыка? Новый талисман для моей наковальни?
– Это Элис, Борк, – сказал Альдор, и в его голосе прозвучала непривычная твердость. – Она остается. И она хочет быть полезной. Покажи ей основы.
– Основы чего? Вышивания крестиком? – проворчал гном, стуча молотом по раскаленному пруту.
– Основы выживания, – поправил Альдор. – Как не сгореть заживо, если на тебя плюнула огнедышащая ящерица. Как отличить ядовитый дым от простого. Как пользоваться простейшими средствами защиты. И, возможно, как держать в руках что-то острее кухонного ножа.
Борк перестал стучать, оценивающе посмотрел на Элис.
– Хрупкая. Кости тонкие. Силы, поди, на тарелку не хватит. Но глаза умные. И руки, – он кивнул на ее пальцы, испачканные в чернилах и земле, – руки работящие. Не боишься испачкаться? Ладно. – Он швырнул ей кожаный фартук. – Надевай. Для начала будешь мехи качать, пока я объясняю.
И началось. Борк оказался блестящим, хоть и невозможным учителем. Он ругался, ворчал, но объяснял все с четкостью мастера своего дела. Он показал ей, как различать металлы по цвету раскала и звуку удара. Как определить силу ветра, чтобы ядовитое облако не понесло на тебя. Он дал ей подержать легкий, но смертоносный арбалет с серебряными болтами (для мелкой нечисти, что ползает по стенам) и заставил разбирать и собирать его до тех пор, пока ее пальцы не стали делать это автоматически, даже если она думала о чем-то другом.
– Главное, девица, – хрипел он, пока она натирала металлические части специальной мазью от ржавчины, – не геройство. Герои дохнут первыми. Главное – знать, где спрятаться, куда ударить, чтобы болело, и когда драпать со всех ног. Твоя задача – не дракона убить. Твоя задача – дожить до того момента, пока владыка его придушит. Поняла?
– Поняла, – кивала Элис, впитывая каждое слово. Это была практическая мудрость, столь же ценная, как знание трав в лекарстве.
Параллельно Альдор усилил ее обучение языку. Теперь они изучали не абстрактные понятия, а конкретные, военные и защитные термины. Идеограмма «Шел» – щит, защита, барьер. «Карг» – коготь, лезвие, атака. «Зул» – невидимость, маскировка, тень. Он учил ее не только произносить их, а вкладывать в них намерение, подкрепленное визуализацией. Когда она писала «Шел», она должна была представить непробиваемую стену льда перед собой. Когда пела «Карг» – чувствовать остроту собственного когтя.
Однажды вечером, когда она, уставшая после кузницы и уроков, сидела в библиотеке и пыталась перевести простейшее предложение из древнего военного устава («Страж на восточной стене бдит»), к ней подошел Келл.
– Устали, госпожа?
– До костей, – призналась она с улыбкой. – Но это хорошая усталость.
– Вижу. Вы держитесь молодцом. – Он поставил перед ней чашку ароматного чая. – Владыка тоже изменился. Стал целеустремленнее. Меньше смотрит в прошлое. Больше – в будущее. Ваша заслуга в этом.
– Не только моя, – отпила Элис. – Игнита тоже постаралась.
– Да. Но
