Темная душа - Ив Ньютон

— О, не надо, — застонала я. — У него серьёзные проблемы.

— Не жалуйся. Он чертовски сексуален.

Он действительно такой.

— Сексуальный, но страшный, — бормочу я, следуя за Корделией на арену.

Обсидиановая арена оправдывает своё название: полированный чёрный камень простирается от стены до стены, потолок поднимается так высоко, что исчезает в тени. На стенах развешано оружие всех мыслимых видов, от традиционных мечей и кинжалов до предметов, которые я даже не знаю, как назвать.

— Как и все лучшие, — с ухмылкой говорит Корделия. — Кроме того, «страшный» — всего лишь версия «нормального» в Серебряные Вратах.

Ученики просачиваются внутрь, их тела уже напряжены для боя. Я замечаю, как они бросают на меня взгляды, а затем быстро отводят глаза.

— Трусишки, — фыркает Корделия.

Я смеюсь над её отношением. Она именно такая женщина, какой я хочу быть. Уверенная в себе, немного высокомерная, властная, и ей на всё наплевать.

Она бросает свои книги и сумки в угол, и я следую за ней, прилипая к ней, как приклеенная. Надеюсь, она не возражает, но мне сейчас нужно дружелюбное лицо. Мои нервы на пределе, и я на грани панической атаки.

К счастью, урок начинается почти сразу, и профессор велит нам разбиться на пары.

Корделия улыбается мне, и мы пододвигаемся, чтобы освободить себе место.

— Итак, слушайте внимательно, — рявкает профессор. — Сегодня мы сосредоточимся на защитных приёмах и контратаках. Помните, что в реальной боевой ситуации ваш противник не будет играть честно, так что и вы не должны этого делать.

Я нервно бросаю взгляд на Корделию.

— Я никогда раньше этого не делала.

— Серьёзно? — шепчет она, и её брови взлетают вверх. — То есть, никогда-никогда?

Я качаю головой, чувствуя, как мои щеки вспыхивают от смущения.

— Я была… на домашнем обучении.

— Вот дерьмо, — она улыбается, показывая свои пугающе острые зубы. — Это должно быть весело.

Профессор, широкоплечий мужчина со серо-стальными волосами и глазами, которые, кажется, меняют цвет в зависимости от того, как на них попадает свет, проходит между парами, демонстрируя первый приём.

Он останавливается перед нами, пристально глядя на меня сверху вниз.

— Положи руки сюда и вот сюда, — инструктирует он, обхватывая меня за горло и талию таким лёгким захватом, что я всё равно чуть не обмочилась. — Главное — обездвижить, не затрачивая лишней энергии, — он отпускает меня и идёт дальше.

Я пытаюсь запомнить движения, но мой желудок сжимается от беспокойства.

Корделия подходит ко мне сзади.

— Не волнуйся, — шепчет она. — Я буду с тобой помягче.

Её хватка крепка, но не причиняет боли, когда она демонстрирует захват. Я пытаюсь следовать инструкциям, как освободиться, но мои движения неуклюжие, неопытные.

— Перенесите вес своего тела, а затем используйте инерцию противника против него самого, — выкрикивает профессор, двигаясь среди студентов.

Я пытаюсь сделать ответный выпад, но Корделия едва двигается с места. Во мне нарастает разочарование, поскольку моя неопытность становится до боли очевидной. Вокруг нас другие ученики отрабатывают идеальные защитные манёвры, некоторые даже добавляют изюминки, из-за которых мои попытки выглядят ещё более жалкими.

— Ну же, вампирша, — уговаривает Корделия. — У тебя получится. Используй свою силу.

— Пытаюсь, — бормочу я, снова предпринимая ответный ход. На этот раз мне удаётся слегка ослабить её хватку, прежде чем она успевает перестроиться.

— Уже лучше, — ободряюще говорит она. — Теперь больше двигай бёдрами. Повернись и…

Наш разговор прерывает голос профессора.

— Мисс Морворен. Возможно, тебе был бы полезен другой партнёр, он оглядывает комнату. — Мистер Бенц, не мог бы ты продемонстрировать?

Моё сердце замирает, когда к нам подходит парень вдвое крупнее меня, довольно симпатичный, но в то же время немного брутальный.

Когда он подходит ближе, я ощущаю его силу оборотня, но к ней добавляется что-то ещё, от чего у меня внутри всё сжимается. Его белые глаза встречаются с моими, и он одаривает меня медленной, почти угрожающей улыбкой, и я сглатываю. Думаю, он либо не боится Си-Джея, либо у него нет так называемой памятки.

Ни то, ни другое не сулит ничего хорошего ни ему, ни мне.

Корделия бросает на меня сочувственный взгляд, прежде чем отойти в сторону.

— Удачи, — шепчет она. — Постарайся не умереть.

— Ну и дела, спасибо тебе огромное, — прошипела я.

Она поджимает губы, стараясь не рассмеяться. Для неё это легко. Её новый напарник — бедняга, которого только что спасли от того, чтобы его не раздавил этот зверюга Бенц.

Моя защитная магия активируется автоматически, инстинктивно, но если я воспользуюсь ею, то получу выговор. Это не урок защитных заклинаний. Это физический бой. Но как, чёрт возьми, я должна защищаться от семифутового оборотня с особыми способностями, о которых я ничего не знаю, который выглядит так, будто хочет меня съесть?

И не в хорошем смысле этого слова.

Бенц кружит вокруг меня, как будто я добыча, его движения плавные и хищные.

— Давай, маленькая вампирша, — дразнит он, понизив голос настолько, что его слышу только я. — Покажи мне, на что ты способна.

— У меня ничего нет, — бормочу я. — Я в этом новичок.

Его улыбка становится шире.

— Знаю. Вот почему это будет так весело.

Прежде чем я успеваю осмыслить его слова, он бросается ко мне, обхватывая меня железными руками.

— Что не так? — шепчет он мне на ухо. — Парня нет рядом, чтобы защитить тебя?

Гнев вспыхивает во мне, горячий и внезапный. Я так устала от того, что со мной обращаются так, словно я чья-то собственность, чья-то добыча.

Что-то внутри меня меняется. Моя защитная магия устремляется не наружу, как обычно, а внутрь, укрепляя мышцы и обостряя инстинкты. Не задумываясь, я опускаю свой вес и поворачиваюсь, как показывал профессор. Мой локоть попадает Бенцу в солнечное сплетение, и он удивлённо хмыкает.

Его хватка ослабевает ровно настолько, чтобы я могла выскользнуть. Я поворачиваюсь к нему лицом, подняв руки в защитном жесте.

— Удачный бросок, — рычит он, опасно сверкая глазами. Он протягивает руку, чтобы снова схватить меня, но я отскакиваю назад, внезапно осознавая, какая тишина воцарилась на арене. Теперь все смотрят на нас.

Даже профессор наблюдает… и не вмешивается.

Бенц улыбается, хищно обнажая зубы.

Он движется со сверхъестественной скоростью, целясь мне в горло. На этот раз моё тело реагирует неосознанно. Я подныриваю под его руку, используя его инерцию, чтобы он, спотыкаясь, пронёсся мимо меня. Прежде чем он успевает опомниться, я взмахиваю ногой, ударяя его по лодыжкам. Он пошатывается, но не падает.

— Лучше, — признаёт профессор. — Но всё ещё слишком нерешительна, мисс Морворен. В настоящем бою нерешительность означает смерть.

Бенц не ждёт дальнейших