Пропавшая невеста - Маргарита Дюжева

– Я разве тебя в чем-то обманывал?

– Весь ваш Андракисе – сплошная ложь, а эти отборы для невест – просто фарс!

– Потому что это не отборы невест, – мрачно произнес Брейр, – у нас для этого своих девушек предостаточно. В Наранде мы выбираем носительниц магии. Только и всего.

– Только и всего? – вспыхнула Ника. – Только и всего?!

– Да. Если кому-то подходит магия, он может забрать себе девушку в качестве жены или наложницы, прислуги. Как угодно.

– Нас готовили к отбору! С балом, красивыми танцами и благородными мужчинами, – на последнем слове она пренебрежительно скривилась.

– Вас обманули.

– Это вы обманываете! Когда в Шатарии узнают, как поступают с их дочерями…

– Они знают, – кхассер едва заметно усмехнулся, – они сами предложили вас в качестве откупа, когда проиграли в войне.

– Мы не проиграли! У нас мирное соглашение!

– И тут вас тоже обманули, – Брейр снисходительно покачал головой, – Шатария проиграла. У вашего короля был выбор либо с позором сдаться, либо продолжать сидеть на троне, но на наших условиях. С троном ему было расставаться очень жаль, поэтому он предпочел откупиться. Девушками, в которых есть магия. Поэтому в тот момент, как вы пересаживаетесь на андракийский корабль, вы переходите в наше полное распоряжение.

Он не врал. Ника видела это в его равнодушно-холодных глазах.

– Зачем вам это? – ее голос дрожал. – Зачем вам столько одаренных?

– В Андракисе ценят магию. Любую. Чем ее больше, тем мы сильнее. Но все это было затеяно из-за высших. Потому что вы способны передать силу кхассеров их детям.

– Я ничего не собираюсь передавать детям. Уж точно не от тебя!

– А куда ты денешься? – поднял кулак, напомнил о серой нити, которая связывала их прочнее цепей. – Один кхассер – одна высшая. Таковы правила.

Осознав, какая участь ее ждет, Ника не смогла сдержать судорожного всхлипа и отшатнулась от молодого кхассера.

Брейр равнодушно пожал плечами. Она хотела правды – он ей эту правду дал.

– Я хочу избавиться от этих оков. – Ее голос прозвучал на удивление твердо. – Должен быть способ!

– Конечно, он есть, – Брейр недовольно сморщил нос. – Нити может снять император.

– Значит, нам надо к нему. Пусть разрывает.

– Домой тебе все равно не вернуться. Тебя свои же привезут обратно, еще и доплатят, лишь бы не навлечь на себя гнев Тхе’маэса.

Его слова больно ранили, но Ника упрямо вздернула подбородок:

– Тогда останусь в Андракисе. Не тут! Наверняка в вашей варварской стране найдется место для сильной целительницы.

– Твое место здесь, – сквозь зубы процедил Брейр.

Он едва сдерживался. Его тьма рвалась наружу.

– О, теперь я достаточно хороша и могу остаться? – усмехнулась Доминика. – Спасибо, но нет. Уверена, в Андракисе есть и другие кхассеры…

– Твое. Место. Здесь, – повторил по словам, грозно надвигаясь на нее.

Еще полчаса назад он бы много отдал, чтобы избавиться от навязанной «невесты», а теперь, когда она сама горела желанием уйти, ему больше всего на свете хотелось схватить ее за плечи и хорошенько встряхнуть.

Она будто прочитала его мысли и выставила вперед руку, предупреждая любое действие кхассера:

– Не смей ко мне прикасаться! Не смей!

От досады Брейр скрипнул зубами, но все-таки отступил. Он никак не мог прийти в себя после таких преображений и решить, как себя вести с этой недотрогой, которая от одного взгляда на него превращалась в маленькую разъяренную фурию.

Не ожидал он от судьбы такой подставы. Совсем не ожидал.

Наверное, тогда, осенью в таверне, он действительно был слишком резок и сказал лишнего, но у него были на то причины! Его самого загнали в западню. Кто же знал, что все так обернется, и ему придется расхлебывать последствия неосторожных слов.

– Нужна ты больно, – прошипел себе под нос и подошел к столу. В два глотка осушил кубок полный холодной воды в надежде, что это поможет успокоиться и остыть.

Не помогло. Девушка, стоявшая позади, прожигала его таким лютым взглядом, что он чувствовал его кожей. Словно раскаленные ножи в спину вгоняли.

– Кайрон подготовит тебе комнату.

– Не надо. Я вернусь к Нарве.

Брейр прикрыл глаза, мысленно досчитал до пяти и твердо произнес.

– Нет.

– Я обещала ей помочь с зельями…

– Сама справится. Ты теперь живешь здесь. И без моего ведома из замка не выходишь. Поняла?

Брейр сам не знал почему, но одна мысль, что, пока он отсутствовал и пребывал в неведении, другие видели ее настоящую и общались с ней, заставляла подбираться и злиться. Он видел, как сильно кузнец влюблен в нее, с каким трепетом и вожделением смотрел на оголенное плечо. Как они познакомились? О чем говорили? Что она ему обещала? Они уже…

Тряхнул головой, отгоняя внезапные видения, в которых эти двое целовались.

Оттого, что кто-то смел посягнуть на принадлежавшее ему, кхассер испытывал бешенство, а еще дикую и ничем не объяснимую ревность. Если она останется в избе старой травницы, то скоро туда начнется паломничество всех свободных мужчин города. Потому что она красива, умна и умеет смотреть в глаза, даже несмотря на то, что страшно.

О да… Он чувствовал ее страх. Острый, пряный на вкус, с горькими нотками. Тот самый запах, который провоцировал хищника, вынуждая припадать на передние лапы и готовиться к броску. То самое дикое биение сердца, которое делало охоту особенно сладкой.

Это было даже интересно. Поймать ее, приручить, сделать своей, заставить забрать слова о других кхассерах.

– Я теперь твоя пленница?

– Ну что ты? – ухмыльнулся он. – Я не настолько варвар, как ты думаешь. Ты моя гостья.

– Мне уже можно уходить? Я нагостилась.

У этой высшей слишком острый язык. И ему это нравилось.

– Нет, Доминика. Ты останешься здесь. И будешь делать то, что я тебе скажу.

– Ты не имеешь права…

– Имею, – снова указал на суровую нитку на своем крепком запястье, – и ты это прекрасно знаешь. А теперь иди, пока у меня хорошее настроение. Я, знаешь ли, терпением не отличаюсь.

Ника поняла, что спорить бесполезно. Безмозглый кузнец со своей женитьбой загнал ее в такую западню, из которой теперь не выбраться. Она подняла с пола плащ, накинула его на плечи и под пристальным взглядом кхассера демонстративно натянула капюшон.

Возле входа ее поджидал Кайрон.

– Ваш… этот… как его, – кивнула назад через плечо.

– Брейр.

– Ах да, Брейр, – она сдержано улыбнулась, чувствуя, как его имя расползается горечью по языку, – он велел выделить мне комнату… Подальше от его собственной. Желательно в другом крыле замка…

– Я все слышу, – мрачно донеслось из зала.

Кайрон учтиво кивнул:

– Идем. Я провожу.

Ника молча последовала следом,