Эсперанса - Наталья Шемет

И рассказал как можно добыть сердце Морского духа и человеком его сделать, и будут все жить припеваючи… море станет ласковым, и щедрым, и… Море останется с ней. Навсегда.

Не знала Перл, что Грейв следил за ней. Не знала, что Морской дух недосягаем для человека — только для единственной, которую полюбил, становится видимым. Что, когда на время забирает ее — никто не потревожит, скрыты они от глаз.

Несколько раз Грейв шел за ней след в след — и видел, как Перл растворяется в воздухе, словно осыпаясь песком, когда доходит до кромки воды.

Она, глупая, повелась на россказни. Кое-что в них было правдой — обряд венчальный они совершат.

— …Пеара? Пришла.

— Пришла. Грейв? Мне страшно. А что, если…

— Не бойся, ты же знаешь, тебя в обиду не дам.

По сравнению с мощным черноволосым Грейвом с грубым, словно вырезанным из потемневшего дерева лицом, невысокая тонкокостная Шайни выглядела как малек рядом с хищной рыбиной. Маленькая и блестящая. В защите нуждавшаяся, как в воздухе. Шайни вздрогнула, сделала шаг назад, скрестила на груди руки.

Глаза Грейва сверкнули и смягчились. Шайни расслабилась — он не даст ее в обиду. Доверчиво протянула руку и уселась у костра.

— Готова? — просипел один из мужчин, лицо перекосилось, превратилось в страшную маску — шрам мешал говорить.

Она кивнула. Смотрела то на костер, то на берег, где на песке в свете луны поблескивали чьи-то внутренности. Тут же валялись кости с остатками мяса, а пара собак с окровавленными мордами дрались из-за одной, видимо, особо вкусной, рыча и скалясь — смотреть жутко, не то, что приблизиться. Шайни передернуло — казалось, сам берег противится, что его испачкали кровью. Ей показалось, что песок зашевелился, прокатился волной. Словно вздохнул.

…Песок чистый — светлый, почти белый. Как волосы. Перламутровый — как створки раковин, что дарил ей Дух моря.

Мужчина протянул Шайни кусок жареного мяса. Перл передернуло и чуть не вывернуло — не хотела она есть эту пищу. Вспомнила чудесные съедобные водоросли — он научил, какие можно есть, и приносил. А это… К горлу подкатил ком. Она отвернулась, тяжело сглатывая. Не хотела видеть, как страшные люди разрывают зубами мясо, словно собаки — только что не дерутся за сладкий кусок… Странные люди. И переговариваются на языке непонятном, птичьем.

— Так что, Грейв, все сладится? Думаешь, клюнет на нее?

И кивнул в сторону Перл.

— Может, нам сначала порезвиться? Беленькая, блестящая прямо, как рыбешка! Хотел бы я посмотреть, как она будет открывать ротик, когда я…

— Заткнись! — рявкнул Грейв, и Перл похолодела, хоть и не понимала ни слова. — Она моя. Пока что моя.

Перл прижалась к его плечу. Страшно, но так чуточку легче. Родители обращались с ней, как с драгоценной бусинкой — и сейчас не хватало заботы, пусть и такого страшного человека, как Грейв.

Все-таки он ей почти брат.

— План тот же. Мы убьем его. Говорят, оно в море показывается тем, кого забрать готово, а на ту строну никто не собирается? То-то же.

— Но это байки все.

— А не скажи. Обряд надо провести по правилам. Она — невеста, он — жених, а мы проводим обряд. И скрепляем его… кровью морского гада.

Грейв захохотал.

— А про нее — не байка? Чудится мне, зазря мы шкурой рискуем. Шутка ли — к морскому дьяволу в глотку! Вроде мы и так неплохо устроились, а?…

— Рискнуть стоит. Чем-то она при рождении отмечена. Чудище клюнет, обязательно покажется. Вот и проверим. Если от нее что останется… — Грейв окинул Шайни жутким взглядом, — вам отдам. Я глазами своими видел… кое-что. Говорят, сердце у него из драгоценного камня, и оно же ключ к богатствам, что в море спрятаны. Представляете, как мы разбогатеем? Вы хотите все разрушить ради бабы?

— Ну, тебе, по всей вероятности, она шибко дорога! — не удержался, съязвил один из дружков.

— Да! Я хочу ее себе. И имею, как главарь, на это право! Да морской дьявол с ней, все сокровища моря станут нашими! — увещевал Грейв.

— Проще съесть ее, тогда мы получим власть над чудовищем. Если я правильно понял, она с ним… — пробасил один из мужчин и жестом изобразил то, что думал.

— Съев врага, мы приобретаем его силу — а в ней дух моря, — проклацал-прощебетал другой. — В нашем племени…

— В вашем племени тебя самого хотели съесть, забыл? Причем живьем, чтобы мясо не испортилось. Если бы не я, ты был бы как тот, — Грейв кивнул на окровавленные внутренности. — Или как этот, — на мясо на костре.

— На кой тебе она?

— Она принесет богатство и удачу.

— Веришь в легенды?

— Я в них живу, — пожал плечами Грейв.

— Да какого черта мы должны тебе верить? Ты притащил нас сюда…

— Я вас не звал. Это вы выбрали меня главарем и следуете за мной!

— Ну, хорошо. Насчет девчонки давайте по честности кинем жребий: да — будем рисковать, нет — сейчас натешимся.

— Без нее мы не поймаем чудище. Последний раз говорю: она — моя!

— А не засиделся ли ты в главарях, Грейв?

— Сам метишь? Рискни. Ну, давай, — Грейв пристально посмотрел на мужчину и тот сложился пополам, взвыл от боли. Упал и скорчился, затих.

Шайни дернулась, хотела помочь, но Грейв грубо схватил за руку, удержал.

— С ним все в порядке. Мясо впрок не пошло.

И добавил, обращаясь к остальным:

— Ну, кто еще желает?

Мужчины молчали, поглядывая то на Грейва, то на скулящего на земле дружка.

— То-то же. Действуем по плану. Я, дьявол раздери, буду править на этом острове… и не только на нем!

«Божок», — мысленно выплюнул один из мужчин, и его тоже скрутило от боли. Он рухнул на землю, забился, завыл и через минуту затих.

Грейв захохотал, глядя, как отшатнулись остальные:

— Ничего, скоро очухаются, — и добавил: — Будьте готовы. Скоро.

Ничего не понимающая Перл прижалась к плечу Грейва. Тот прошептал на непонятном ей языке, глядя на блестящее лезвие кинжала:

— Вот этим кинжалом я перережу глотку чудовищу. Или воткну ему в сердце, ведь женщины так хотят сердца.

После трапезы, к которой она не прикоснулась, ей протянули тюк с одеждой. Посмотрели на Грейва, ожидая одобрения. Тот хмыкнул, кивнул и указал на прибрежные заросли. Перл, прижимая к груди сверток, двинулась туда.

В свертке оказался очень странный подвенечный наряд. Прозрачная ткань ничего не скрывала. Перл передернуло. Зачем? Неужели нельзя иначе? Но Грейв сказал, что таков ритуал — она должна выглядеть как невеста. Зачем он ей помогает? Поначалу