Хозяйка волшебного сада (СИ) - Морозова Мария

— Как хорошо, что господин граф успел вовремя, — вздохнула она, запирая лавку на замок.

Пусть это время вполне могло быть очень прибыльным, ведь горожанам нужно было где-то перемыть косточки главным действующим лицам сегодняшнего переполоха. Но сейчас женщине нужно было успокоиться самой и успокоить Илзе.

— Да, — согласилась девушка, падая на стул и закрывая глаза, — Не то слово, как вовремя.

Внутри все еще заходилось от волнения и страха. Сегодня она была как никогда близка к смерти. Да, защитники нашлись, но что-то подсказывало, что господин бургомистр, обнаглевший от вседозволенности, просто смел бы и Марту с сыновьями, и тех, кто не побоялся их поддержать. К тому же, толпа часто вообще не разбирается, кто прав, а кто виноват, а просто наваливается на жертву, стремясь разорвать и уничтожить.

— Это я позвал лорда Эрнаэна, — сказал Винсент, вынося из кухни пузатый чайник. — Он дал мне амулет для связи, на всякий случай. Не думал, что придется воспользоваться им так скоро.

— Спасибо, — благодарно улыбнулась цветочница. — Вам всем спасибо. Если бы не вы…

— Все, забудь это, как плохой сон, — Марта ласково погладила Илзе по волосам. — Теперь все будет хорошо.

— По бургомистру уже давно виселица плачет, — кивнул Родрик Уоллес. — Да и его сыночек недалеко ушел. Так что весь город вздохнет с облегчением.

— Это ведь у нас и новый бургомистр теперь будет, и новый глава стражи, — заметил Дин.

— Думаю, лорд Эрнаэн не допустит того, чтобы там появился недостойный человек, — пробормотала Илзе.

— Я тогда может и сам в стражу пойду работать. А то ведь меня старый Леви не брал. Знал, что слишком честный и правильный.

— Посмотрим, что выйдет, — покачала головой Марта.

Илзе подняла предложенную ей чашку и сделала глоток ароматного чая. Горячая жидкость помогла окончательно унять дрожь в руках и лихорадочно колотящееся сердце. Все закончилось, и закончилось хорошо. Больше опасность ей не грозит.

Рассеянно прислушиваясь к болтовне семейства Уоллес, она вдруг краем глаза заметила движение на улице. Чуть отодвинула занавеску и увидела Эллана Эрнаэна, который вышел из ратуши. За ним семенил бледный, как полотно, заместитель бургомистра.

Граф легко, несмотря на хромоту, взлетел на своего коня. Заместитель бургомистра что-то сказал ему, поклонился и шустро убрался обратно в ратушу. А маг пришпорил коня и поехал прочь, лишь в самый последний момент обернувшись. И Илзе могла поспорить на что угодно, что он безошибочно нашел взглядом ее глаза.

ГЛАВА 9

Несколько дней город лихорадило. Жители обсасывали произошедшее со всех сторон, передавали друг другу самые разнообразные сплетни, зачастую не имеющие к реальности никакого отношения. К счастью, Илзе в них выступала в качестве невинной жертвы, а вот личность бургомистра и его подельников обросла самыми жуткими выдумками. Ему приписывали и взятки, и контрабанду, и не случившуюся вспышку красной оспы. Говорили даже, что он на ворованные деньги устроил у себя в спальне золотой сортир. Но, на самом деле, все было не так уж и страшно. Бургомистр просто воровал, много и долго, а его сын с друзьями пользовались всеми преференциями папочкиного положения.

И всего через неделю в городском суде случился открытый процесс, на который Илзе не ходила. Максимилиана Госли, Людвига Фрейна и Жоржа Кольбера приговорила к пожизненной каторге. Госпожа Госли убралась из города еще раньше, собрав вещи и сев на дилижанс, едущий заграницу.

В след за главой города потеряли свои должности или пошли под суд еще несколько человек, учувствовавшие в разных махинациях. Город как следует почистили от тех, кто брал взятки, воровал или пользовался служебным положением в личных целях. Остальные сидели тихо и тряслись лишь при упоминании одного имени Эллана Эрнаэна.

Пост бургомистра в итоге получил господин Айк Реомир, директор местной школы. Стражу возглавил капитан Харвей, опытный и справедливый мужчина, чей карьерный рост изо всех сил тормозил его бывший начальник, боявшийся конкуренции. И Дин Уоллес получил желанную должность в управлении.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

А спустя почти две недели после нападения на Илзе, в ее лавку пришел тот, чьего появления она одновременно страшилась и ждала.

— Добрый вечер, — цветочница приветливо улыбнулась мужчине.

Тот не ответил. Неторопливо осмотрел цветы вокруг, потом подошел, оперся о прилавок и тихо сказал, глядя прямо в глаза девушке:

— Я ведь знаю, кто ты, Илзе Атарис.

Под этим пронзительным взглядом по спине побежали неприятные мурашки, но Илзе все же нашла в себе силы спокойно ответить:

— Конечно, знаете. Все здесь знают, что я обычная цветочница.

— Цветочница, — со странной интонацией повторил граф. — В чьем саду могут расти абсолютно любые растения, независимо от сезона и погоды. За букетами которой идут даже те, у кого есть собственный сад. Та, кто поклоняется богине Леассии.

Он кивнул в сторону висящего в углу над прилавком оберега — кольца, сплетенного из разноцветных ниток.

— Что плохого в поклонении богине жизни? — пожала плечами девушка. — Это ведь не Темная Тамина.

— Да, ты права. Леассия — богиня жизни. Так, по крайней мере считают жители королевства Адемар. Но очень немногие знают, что на востоке, в княжестве Ирсал, Леассию считают еще богиней справедливости. Илзе — это ведь ирсальское имя, так?

— Так, — тихо согласилась цветочница.

— Будучи на войне, я слышал легенду, — невидяще глядя куда-то вдаль, произнес мужчина. — Легенду о жрицах Леасии. Девушках, через которых она передает свою волю. В цветах, растущих рядом с ними несмотря ни на что. Именно через цветы жрица может наградить человека богатством, удачей или процветанием. Может подарить исцеление от смертельной болезни или силы для преодоления невзгод. А может и покарать. Как покарала Патрика Госли.

— Почему вы так решили? — хмуро спросила Илзе. — Не только ведь из-за имени?

— Не только. Еще из-за леорнисов, которые спасли город от оспы. Из-за мельвей, которые каждый день появлялись у изголовья Маркуса Ваена. И из-за того, что на него пытались напасть, когда там неожиданно оказалась ваза с акацией.

В магазине воцарилось тяжелое молчание. Этого следовало ожидать. Маг был слишком умен, слишком проницателен. Умел подмечать даже самые мелкие детали и делать из них правильные выводы. А цветочница так неосторожно демонстрировала свою необычность, не раз и даже не два.

Девушка прикрыла глаза, делая глубокий вдох, потом открыла их и спокойно посмотрела на Эллана Эрнаэна.

— Я подозревала, что вы сумеете соотнести одно с другим. И что теперь? Отдадите меня под суд за убийство Патрика Госли?

— Нет, — бледно улыбнулся мужчина. — Кто я такой, чтобы спорить с волей богини? Просто я хотел убедиться, что судьба не случайно привела меня в этот город.

— Что вы имеете в виду?

Маг потер висок и очень тихо сказал:

— Когда в твоем саду снова вырастет черный цветок, приходи в мой замок. Тебя пропустят.

— Что? — ахнула Илзе.

— Я знаю, что рано или поздно меня настигнет возмездие за все то, что я сделал. Жаль только, что этим возмездием станет та, которая…. Впрочем, не важно…

Сказав это, он бросил на Илзе последний взгляд, потом развернулся и вышел. На улице послышался цокот конский копыт, а девушка бессильно опустилась на табурет.

От горечи, которую цветочница увидела в глазах мужчины, ей хотелось плакать. Такой сильный, храбрый, но такой несчастный и одинокий… Прошедший сквозь ад, но оставшийся при этом человеком. Человеком, который смиренно готов принять наказание за свои поступки. А Илзе должна будет его убить, если на то будет воля богини.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Прости его, Леассия, — прошептала она, не обращая внимание на текущие по щекам слезы. — Молю тебя, прости.

С этого дня цветочница каждый раз испуганно замирала, входя в собственный сад. Она боялась увидеть знамение смерти для мужчины, который незаметно стал ей очень дорог, и искренне радовалась, когда этого не происходило. Но лилия, подаренная Митирой, все стояла на столике у кровати, своим свежим видом напоминая о том, что еще ничего не кончилось.