Война на факультете некромантии (СИ) - Ибис Александра

— А ещё я не присуствовала на похоронах, пропустила экстренное заседание Совета, оставила в подвешенном состоянии международный договор и доверила дракону сообщить своей родне о том, что я повторно вышла замуж и снова за кого-то, связанного с Дарнеей, — Колетт неохотно села, окинув палочки равнодушным взглядом. — Пропуск завтрака, а после и обеда — не самый страшный из моих поступков.

— Будет страшным, если пропустишь ужин, — Габриэль приподнял уголки губ в улыбке и, расстегнув рубашку, накинул её жене на плечи. Она оказалась неожиданно очень тёплой, словно её только отутюжили.

— Удивлена, что ты жив, — отметила леди… нет, всё же принцесса Дарнейская, глядя при этом на рыбные палочки.

— Я умею очаровывать женщин, — самодовольно протянул дракон, садясь рядом с ней на кровать. Отломив принесённой вместе с тарелкой вилкой кусочек, он наколол рыбу на зубчики и протянул к губам жены. — Не думаешь же ты, что кто-то в этом дворце более колючий и зубастый, чем ты?

Колетт пожала плечами.

— Не думаю, что ты так же очаровал мужчин. Или я чего-то не знаю?

Габриэль скривился, будто съел лимон целиком.

— Расскажу, если будешь есть.

Она всё же взяла вилку и тарелку, потихоньку начав отправлять кусочки от рыбных палочек в рот.

— Твоих прадеда, деда и отца сразили составленный тобой договор с когейскими чудо-моряками, который я им в красках представил, а так же новые наброски международного договора, включающие в себя возможный туризм, торговлю, условия для получения гражданства, обязательства ненападения и военного сотрудничества…

Колетт замерла и посмотрела на новоявленного муженька как-то совсем по-новому, так, как ни разу не посмотрела за недели на корабле, занятая договором с орками и не покинувшая их, пока его не добилась. Она смирилась с присутствием Габриэля в своей жизни, как смиряются с появлением в ней бродячей, но на диво хорошей ласковой собаки, которая вроде и не твоя, и совсем тебе не нужна, но увязалась за тобой и глядит на тебя так преданно, что жалко прогнать.

У женщины вдруг появилось чувство, что собака заговорила и оказалась вовсе не собакой, а зачарованным принцем.

— Ты занимался составлением договора всё это время?

Габриэль, которую бумажную волокиту жутко не любил, снова скривился, но кивнул, ожидая одобрения от строгой красавицы-жены, ради которой всё и затеял. И оно, как ни странно, последовало: холодные губы коснулись его, даря поцелуй со вкусом рыбы и морской соли.

Глава 12. Дохлый мужик и прочая романтика(1)

Лораси Дарнейская

— Нет, ну как же замечательно! — как заведённая кукла, повторила профессор раз в двадцатый, уводя нас с Максимилианом в подземелья, где скрывались лаборатории некромантов. — Отличненько просто! Превосходно, дохлятики мои!

Я сверлила спину Милиндэль, надеясь найти там механизм, ударив по которому, можно заставить её, наконец, замолчать. Механизм, если и был, то спрятался где-то в неположенном месте.

Лестница в подземелья была настолько узкой, что для того, чтобы ступить вдвоём одновременно на одну ступеньку, нужно быть тощей, как жердь, а желательно, как волосок, тогда и с толпой пройдёшь. Поскольку ни я, ни Милиндэль, ни тем более Максимилиан вдруг резко не схуднули, приходилось идти по одному. Замыкал нашу процессию Максимилиан, и я спиной чувствовала на себе его взгляд, от которого горели щёки. Споткнулась.

— Осторожнее, — морской змей успел придержать меня за руку. — Держись за перила, ступеньки частые, — спокойно посоветовал он и отстранился. Мои щёки дошли до состояния вкуснейших помидорок на королевском столе, но я понадеялась, что здесь, в темноте, при тёплом свете оранжевых магических светильников, это не так бросается в глаза.

— А можно и не осторожно, — пропела снизу Милиндэль, уже оказавшаяся у подножия лестницы. — Знаете, всю жизнь мечтала препарировать дракона!

Я сглотнула, посетовала на то, что в среде магов мой высокий статус хоть и значим, но не особо, и непривычно робко спросила:

— А морских змеев препарировали?

Эльфийка задумалась, склонив голову набок, как ребёнок.

— Да, было дело, — удовлетворённо кивнула Милиндэль. — Он был моим любовником и в подарок завещал мне своё тело! И представьте себе, его на следующий день после написания завещания подрал какой-то дракон, которому он в карты проиграл! Не счастливое ли совпадение?

Она едва ли в ладоши не хлопала и не подпрыгивала, вспоминая это. Я обернулась, и мы с Максимилианом обменялись перепуганными взглядами выходцев не из некромантских семей. Меня даже не смущало то, что для морского змея и драконицы мы проявили поразительное единодушие. У нас, вроде как, временное перемирие? Вместе пили — уже не враги? А уж когда вместе грустили…

— А чего голову повесили, недоучки мои? — строго спросила Милиндэль. — Или вы храбрые некроманты только тогда, когда закинули в себя кружку-другую?

Она угрожающе сощурила свои зелёные глаза, а я вдруг почувствовала, как морально опущенная драконья суть рвётся наружу. Спустя месяц обучения терпеть эльфийку-некромантку с её даром стало несколько проще, чем прежде, пришло какое-то умение намеренно игнорировать инстинкты, но когда она злилась, вот как сейчас, и специально усиливала давление…

— Давайте спускайтесь быстрее и радуйтесь, что места капитанов не потеряли! — Милиндэль широко улыбнулась и открыла двери у подножия лестницы.

Я поспешно преодолела последние ступени и шагнула за ней в гораздо более широкий коридор с высокими потолками морского цвета. По коридору вперёд тянулись арочные каменные двери, каждая из которых была магически защищена переплетением световых линий магов разных специальностей. Защита такого толка — это не харкнуть на ладони и растереть, такая сильная только на дверях Зала Потоков, где студентов-первокурсников испытывают, до этого встречалась.

Милиндэль остановилась у третьей двери слева и торжественно начала декламировать, почему мы именно здесь, а не где ещё, и что нам предстоит делать в качестве наказания за выходки в городе:

— Сегодня вам предстоит сделать доброе, великое дело! Единогласным решением ректора, декана факультета и прекрасной меня, вы пополните наш преподавательский состав!

— И как же? Мы же ещё сами недоучились, — подал голос Максимилиан. Он держался уверенно, говорил без дрожи в голосе, в общем, вёл себя так, словно вчера вообще ничего не было. Не доведись мне его застать в парке, о горе в его семье я бы не узнала. Как и о перемене фигур на политической доске.

— Ой, да причём тут вы сами? Вы оживите магистра Алоизиуса Альтштайна! — торжественно объявила она. — Знаете, я так долго храню его труп, что уже и не надеялась, что его кто-нибудь воскресит.

— И откуда у вас труп магистра Альтштайна? — продолжил быть мужиком Максимилиан, задавая те вопросы, которые и у меня вертелись на языке.

— Да я сама его и убила! — она поджала губы и воинственно взмахнула кулаками. — Надеюсь, могила его исправила!

Мы с Максиком в откровенном ужасе уставились на эльфийку.

— Что? — Милиндэль недоумённо посмотрела на нас. — Ах да, вы же соплежуи… Да ученицей я его была! И случилась законная магическая дуэль! Этот женоненавистник меня недооценил, за что и поплатился. Пусть радуется, что я так долго его труп хранила и таки соизволила воскресить.