Огонь в его душе - Руби Диксон

Глава 12

ГВЕН

Каждый выживший в «После » превратил поиск мусора в прекрасное искусство. Неважно, насколько захламленным или мерзким является заброшенное место, там обязательно найдется что -то полезное. Иногда для этого требуется воображение, а иногда — сильная интуиция. Но всегда есть что -то , что можно найти, даже если это просто информация.

Я направляюсь к первому трейлеру, осторожно ступая внутрь. Окна в этом трейлере были оставлены открытыми, а пол сырой и покоробленный. Потолок над головой проседает от воды и густо покрывается плесенью, поэтому я выхожу наружу, нахожу обрывки своей рубашки и прижимаю рукав ко рту и носу, роясь в остатках утраченной цивилизации — цивилизации, к которой я когда -то принадлежала. Некоторым людям копаться в мусоре доставляет удовольствие, но мне в основном от этого грустно, потому что я думаю о том, что было раньше. В этом трейлере полно подобных реликвий, все затопленные и бесполезные. Стопки DVD -дисков и старых видеокассет покрывают крошечный столик, и это выглядит так, словно какое -то существо свило гнездо на кровати, а затем покинуло его. Одежда в крошечном шкафу уничтожена, обглодана мышами и еще больше испорчена плесенью. Я иду вперед, обшариваю кухню и нахожу старую медную кастрюлю. Это пригодится, при условии, что я найду, где ее сполоснуть. Я беру ее с собой и продолжаю поиски.

В самой глубине трейлера, в каморке, которая, должно быть, служила ванной, находится скелет. Кости были обглоданы давным -давно, и, судя по пистолету, лежащему рядом с головой, это была смерть не от драконьего огня. Ладно, это говорит мне о многом. Если этого парня оставили в покое достаточно долго, чтобы он превратился в скелет, это означает, что никто не нашел тело. Это означает, что это отдаленное место, потому что никто не оставил бы совершенно хороший пистолет у мертвого парня. Я поднимаю его и изучаю. Похоже на «Глок -22 », что означает, что в какой -то момент он, вероятно, принадлежал полицейскому. Я вынимаю магазин. В нем еще четыре патрона. Мило. Я вставляю его обратно, ставлю на предохранитель, а затем кладу в свою кастрюлю. Я проверяю карманы мертвого парня, извиняясь при этом.

— Извините за грубость, мистер, но все, что у вас есть, нужно мне больше, чем вам. — Я нахожу бумажник, в который засунуто несколько презервативов (оптимистично с его стороны), несколько двадцатидолларовых купюр (теперь бесполезных) и удостоверение личности с фотографией.

Мой мертвый парень был красив. Молодой. Полицейский. Мне грустно видеть его фотографию. Проще, когда они безликие массы.

— Мне жаль, Джимми Хафферсон , — говорю я ему, кладя его удостоверение на стойку. — Ты выбрал легкий выход. Иногда я тебе завидую.

Адрес — Саранак, Луизиана. Для меня это ничего не значит, кроме того, что мы все еще в Луизиане. Все в порядке. Даже если бы я захотела сбежать от дракона, это неосуществимо, если я нахожусь у черта на куличках.

Смуглая девушка, одна -одинешенька в лесу на глубоком Юге? Пожалуйста. Я знаю, чем заканчивается эта история. Я роюсь в его спальне, пока не нахожу кобуру и ремень, надеваю их, а затем убираю пистолет туда. Я уже чувствую себя лучше. Я надеваю свою самодельную маску обратно на лицо и выхожу из трейлера. Вряд ли в другом трейлере будет что-то лучше , но я все равно проверяю. Дверь заперта, и требуется приклад пистолета, чтобы пробить стекло, а затем вломиться внутрь.

— Джекпот , — бормочу я, заходя внутрь. Для разнообразия хорошо, что я нахожусь в отдаленном месте, потому что это нетронутое место. К нему не прикасались с тех пор, как его владелец уехал. На полу вместо настоящей кровати старый матрас, но простыни и одеяла на нем все еще выглядят прилично. Их, конечно, нужно хорошенько проветрить, но ими можно пользоваться. Есть даже подушка. Я захожу дальше и сразу же проверяю кухню. Пусто, если не считать зажигалки. Это разочаровывает. — Я думаю, именно поэтому тот, кто был здесь, ушел, а ? — говорю я, ни к кому конкретно не обращаясь, и кладу зажигалку в карман. Я дважды проверяю каждый шкафчик, на всякий случай, вдруг я не заметила спрятанную где -нибудь банку, но нет. В ванной, правда, есть только что завернутый кусок мыла, расческа с широкими зубьями, а в шкафу есть несколько футболок, которые, похоже, мне подошли бы. Приз , приз и еще раз приз. Я надеваю одну поверх своего потрепанного лифчика и мельком вижу себя в зеркале, висящем на дверце шкафа. Мое лицо стало стройнее и жестче, чем было раньше, но поскольку парикмахеров поблизости нет, я распустила волосы, и в результате получилась дикая, густая копна волн. На самом деле это выглядит довольно мило. Хотя я худая и костлявая, и я морщу нос, когда хватаю одну крошечную сиську. Груди почти нет. Ну что ж. — Очень жаль для тебя, Ваан.

И тут я смеюсь над собственной шуткой. Либо так, либо плачь, а я устала плакать.

Я чувствую себя лучше в футболке , прикрывающей мою наготу, и с пистолетом под рукой. Как будто у меня все под контролем. Я выхожу из трейлера и быстро проверяю остальные, но в них либо невозможно попасть, либо они уже опустошены. Все в порядке. У меня всего предостаточно. Я проветриваю простыни, развешиваю их на нескольких ближайших деревьях, а затем разжигаю костер в том, что когда -то явно было огоньищем, если судить по кругу из белых камней в высокой траве.

Наступают сумерки, и здесь, в лесу, я слышу, как безумно стрекочут цикады. Это немного жутковато, и я понимаю, насколько одиноко без других людей. Я была в фортах с тех пор, как появился Разлом, и в форте всегда есть люди. Ди и я были неразлучны последние семь лет, а Андреа последние два года была моей соседкой по комнате. Я не знаю, нравится ли мне быть одной. Мне определенно не нравится быть одной здесь, в темноте.

— Возвращайся в любое время, Ваан , — говорю я пустому воздуху, отгоняя комаров. — Я даже кричать на тебя не буду.

Ну, может быть, немного. В конце концов, я всего лишь человек. А он определенно нет.

По мере того, как становится темнее, я начинаю беспокоиться. Конечно же, дракон не просто так… бросил меня? Типа, я была недостаточно дружелюбна? Я