Вы слышали как поют эльфы?вы слышали как поют эльфы? - Людмила Вовченко

оставила кастрюлю на плите… только кастрюля — это портал между мирами, а плита — её голова. ---

Сон был странным. Приятно тревожным. Она шла по висящему в пустоте мосту, окружённому мерцающими звёздами и отблесками мелодий. Да-да, именно отблесками — музыка светилась, как радуга из чистого звука. На том конце моста стоял силуэт. Сначала — расплывчатый. Потом — знакомый. Она. Та, чью Тиару носит сейчас Лана. Предшественница.

— Ты иная, — сказала она. — У тебя сердце из света, но голос — из стали.

— Спасибо. Я стараюсь. Хотя иногда у меня голос из борща, особенно по утрам.

— Ты думаешь, что шутишь, чтобы спрятаться. Но ты уже раскрылась. Ты говоришь с Тиарой. С тем, кто за Вратами. А скоро… ты услышишь остальных.

— Остальных кого?

— Себя. Но в других.

Сон закончился, как обычно, внезапно и с утренней козьей мордой в лицо.

— Баааа.

— Да я и сама не в восторге от пробуждения.

---

В лагере — движуха. Кто-то сбежал. Нет, не от скуки. Просто ворота в один из хранилищ открылись сами. А внутри — ничего. То есть, всё на месте. Но вещи будто… изменились. Обострились. Один маг вдруг понял, что у него выросло чуть больше пальцев, чем обычно. А другой — что может читать мысли… кур.

— Это не шутка, — говорил он серьёзно. — Эта кура зовёт себя "Тьмой Пернатого Раскола" и требует зерна.

Лана держалась молодцом. Она лишь однажды приложилась лбом к дереву и прошептала: «Я хотела обычную жизнь. С козой. И борщом».

Тиара светилась, но в ней чувствовалось нечто иное. Настроение… почти весёлое.

— Это не хаос. Это… настройка. Мир готовится. Он чувствует, что ты на пороге решения. И подстраивается.

— А нельзя было просто прислать письмо? Или, не знаю, голосовое от богов?

— Ты бы его удалила.

— А вот тут ты не ошиблась.

---

Вечером пришёл старейшина. Да, просто пришёл. Из ниоткуда. Старый эльф с глазами как древние зеркала и посохом, из которого, кажется, росли сосны.

Он молча подошёл к Лане, посмотрел на неё. Потом — на Тиару.

— Она проснулась. Значит… ты — та, кого мы ждали.

— Ой. Опять. Я уже сбилась со счёту, сколько раз мне это говорят. В следующий раз пусть будет с чаепитием.

— Я пришёл не короновать. А узнать. Кем ты хочешь быть?

Лана подумала. Серьёзно. Потом сказала:

— Я хочу дать дом. Себе. Им. Всем, кто не вписывается в схемы. Я не королева. Я хозяйка. Я — та, кто варит борщ и строит стены. И пусть даже с тенью внутри — это будет мой дом.

Старейшина кивнул:

— Тогда ты нужна. Не нам. А самому миру.

Он повернулся и ушёл. Сосновый посох оставил следы света на земле. А Лана сидела, смотрела в костёр и вдруг поняла, что чувствует не страх. А уверенность.

— Ну что, Тиара. Пора строить.

Глава 39.

Глава 39

— Итак, господа, — Лана поставила на карту (в буквальном смысле) кусок древесной коры, на которой был нарисован их лагерь, река, гора и что-то, напоминающее лицо козы, — мы ищем землю мечты. Которая не проклята, не кишит злыми грибами и где растут помидоры.

— А ещё, — добавил Дрю, — чтобы была хорошая акустика для песен. Ну и где мне можно будет завести кур. Но нормальных, без амбиций захвата мира.

— Уточнение принято, — кивнула Лана. — Итак! В путь!

---

Через три дня пути, двух козьих истерик, одной магической грозы и случайного огненного цветка (который теперь живёт у Архаэля и мурлычет), они нашли её.

Долина. Просторная, с рекой, холмами, переливами магии в воздухе, как вино на солнце. Она не была пустой. Там были руины — старого дома, храма, и… сада. Рядом — источник, из которого прямо сейчас пила коза, глубокомысленно глядя в небо, как будто чувствовала себя архитектором нового поселения.

— Это оно, — прошептала Лана. — Моё место.

Тиара запела. Без слов, но с ощущением: «Наконец-то. Ты поняла».

---

Устроив временное шатровое жильё (посредством старого одеяла, магии и одной очень наглой козы, решившей, что спать будет в центре), Лана вышла к источнику. Там уже стоял кто-то.

Высокий. Волосы — серебро, глаза — как весенние листья, чуть усмехающиеся губы, и, что самое подозрительное — он пил воду прямо из ладони, как будто рекламировал «эльфийскую свежесть».

— Ты кто? — спросила она. — И не вздумай говорить "странник". Это уже не модно.

Он поклонился:

— Лориэль. Переквалифицированный хранитель земельных узлов. Увидел пульсировку Тиары. И вот я здесь.

— Прекрасно. Земельный узел, говоришь? Что-то типа кадастрового мага?

— Можно и так. Я помогаю тем, кто достоин. Закрепить землю. Силу. Смысл.

— И что взамен?

Он подошёл ближе. Совсем чуть-чуть. Его голос стал мягче:

— Только поцелуй.

— Ага. А потом ещё один. И через девять месяцев маг с детским борщом. Нет уж, давай без романтических сделок.

— Тогда… пусть будет просто помощь. Без обязательств. Пока.

Он протянул ей кристалл. Тёплый, светящийся. Внутри — завитки рун.

— Это печать земли. Если вложишь в неё свою волю — она станет твоей. По праву. Никто не сможет оспорить. Даже Совет Старших. Даже тьма.

Лана взяла кристалл. Почувствовала, как он отзывается — в Тиаре, в груди, в земле под ногами.

— А если я ошибусь?

— Ты уже выбрала. Ты просто ещё не знаешь, насколько сильно.

Он исчез. Да, как все загадочные красивые эльфы: без звука, без пыли. Оставив лёгкий аромат… мха и мятных пряников.

---

Позже, сидя у костра, Лана держала кристалл, Тиара светилась мягко, а Дрю варил суп из всего подряд.

— Ну что, — сказала она, — похоже, пора строить. Не только лагерь, но и… будущее.

Тиара запела. На этот раз — в унисон с ветром.

Глава 40.

Глава 40

Первое собрание в новом доме — это всегда особенное событие. Особенно если дом — это пока два шатра, три пенька и одна коза, которая категорически не желала пускать никого в зону своего «личного сена».

Лана стояла посреди импровизированной поляны, руки в боки, на голове — бандана, которую она уже почти считала короной.