Самая желанная для графа - Инга Ветреная

досталось мне от дяди, когда я был еще юношей, - чуть запнувшись, сказал граф, наблюдая за моей реакцией, потом добавил: – Иногда у меня гостят родственники, но в данный момент я здесь один.

В его тоне мне почудился какой-то намек, но вот на что? Никакой информации память мне почему-то не выдала, хотя появилось странное чувство, что у настоящей Джулианы вопросов бы не возникло, она бы легко сориентировалась в данной ситуации и поняла, что нужно делать.

- И что это должно означать? – поинтересовалась я.

- Только то, что я сказал, - загадочно улыбнулся он.

Мне и так было не по себе, а теперь я еще больше занервничала.

- Послушайте, граф, Вы так многозначительно произносите некоторые фразы, что создается впечатление, что за ними скрывается какой-то двойной смысл, - открыто высказалась я. – Прошу простить меня за прямолинейность, но Вы напрасно стараетесь, я не сильна в интригах и не понимаю, на что Вы намекаете.

- Это Вы простите меня, если я Вас чем-то обидел, - проговорил он. – Возможно, я Вас неправильно понял, - он выдержал паузу и произнес с нажимом: - Леди Джулиана.

Я чуть не выругалась с досады. Этот смазливый тип принял меня за принцессу, а когда я попросила называть меня леди Джулиана, решил мне подыграть, уверенный в том, что я кокетничаю, скрывая свое настоящее имя. Поэтому не стала поддерживать разговор, приступила к трапезе и в течение довольно продолжительной паузы я успела съесть две тарелки каких-то блюд, от волнения толком не поняв, что это было, кроме: что-то мясное и вкусное.

- Ваше Выс…- вновь заговорил граф, но, когда я, поперхнувшись от его обращения, закашлялась, быстро поправился: - Леди Джулиана, я, честно говоря, восхищен Вашей смелостью, Вы расправились с тремя разбойниками. Расскажите, как Вам это удалось?

- Почему Вы уверены, что это я, как Вы выражаетесь, расправилась с ними? – недовольно спросила его.

- Простите за нескромность, но мне не составило труда оценить обстановку, я в этом неплохо разбираюсь, - любезно пояснил граф.

- В чем в «этом»? В разбойных нападениях? – злилась я.

Он, что, всерьез думает, что мне приятно вспоминать, как я людей по голове била, да кинжалом в них тыкала? Граф растерялся, видимо, действительно не понимая, на что я злюсь. Судя по всему, уверен, что комплиментами меня забросал.

- Я имею в виду, что знаю не только, как нападают, но и как дают отпор врагу, - уже без улыбки произнес граф.

- В этом я не сомневаюсь, и, коль уж Вы напомнили, спасибо еще раз за то, что спасли меня от разбойников, - сказала ему.

Витор напрягся, даже перестал есть. Прищурившись, он неотрывно смотрел на меня.

- Я это сказал не для того, чтобы напомнить о своей роли, - сдерживаясь, почти процедил он.

- Послушайте, граф, я, надеюсь, не ошибусь, если предположу, что Вы бы спасли любую другую даму, попавшую в беду, независимо от ее титула, не так ли? – продолжала спрашивать, не обращая внимания на его раздражение.

- Совершенно верно, - медленно ответил он. – Вы задаете довольно странные вопросы, но так и не ответили на мой.

- Что за вопрос? – как можно искреннее удивилась я. - Надеюсь, Вам не составит труда повторить его?

- Я спросил: как Вам удалось справиться с тремя разбойниками? – четко повторил он с самым серьезным выражением лица.

- Ну, если Вы настаиваете, - взглянула на него, давая возможность передумать, но он утвердительно кивнул и впился в меня взглядом. Я демонстративно похлопала ресницами и, тяжело вздохнув, произнесла: - Не помню.

Граф сжал зубы, разумеется, не поверив, долго и пристально смотрел на меня, да пусть! меня это не слишком волновало. Десерт мы ели в тишине, пока Витор не задал вопрос, обожание из его голоса испарилось:

- Почему Вы были одна, леди Джулиана?

- Я была не одна, у нас было три кареты и обоз, - сказала ему, старательно делая вид, что не поняла вопроса. – А вот, как оказалась одна в той неразберихе, не могу сказать, потому что не знаю, я же внутри кареты находилась и от страха потеряла голову.

Графу уже приходилось сдерживать раздражение, он продолжал смотреть на меня, обаяния в нем явно поубавилось, а вот недовольство нарастало.

- Спасибо за ужин! Было очень вкусно! – поблагодарила я, поднимаясь из-за стола. – Я бы хотела отдохнуть, если Вы не против.

Я быстро направилась к двери.

- А если я против? – раздалось мне в спину.

- Да мне без разницы! – даже не оглянувшись, бросила я.

- Что, простите? – опешил граф.

Я остановилась и резко обернулась:

- Вы запрещаете мне пойти отдохнуть, Ваше Сиятельство?

В голосе моем было искреннее негодование.

- Конечно, нет, но мне казалось, мы не договорили, - не слишком уверенно проговорил Витор.

- Послушайте, граф, я ведь уже не один раз поблагодарила Вас за свое спасение. Но всему же есть предел! Поесть спокойно не дали, превратив светскую беседу в допрос, теперь пытаетесь запретить мне отдохнуть. Неужели разговор не может подождать до завтра? Как-то это не слишком укладывается в нормы гостеприимства, Вам не кажется? – устав сдерживаться, высказалась я.

Моя отповедь ошеломила графа, он стоял, изумленно глядя на меня, потом вскинул голову, глаза его вновь сощурились, губы растянулись в улыбке.

- Прошу простить меня! Больше я Вас не побеспокою напрасно, леди Джулиана! – бесстрастно промолвил он, склонив голову, но не отведя глаз.

Я кивнула и вышла из зала. Оказавшись в спальне, поняла, что не могу уснуть. Взволнованно ходила по комнате, пытаясь понять: догадался граф о том, что я – не принцесса или нет? И что меня ждет завтра? Усталость все-таки дала о себе знать, и, присев в кресло, я, видимо, задремала.

Глава 10

Не знаю, сколько прошло времени, но очнулась от шума, доносившегося снизу. Окна моих апартаментов выходили в сторону подъездной дороги, я подошла к окну и прислушалась.

- Это дом графа Бурвита? – раздался с улицы голос командира.

- Да, - ответил дворецкий в приоткрытую дверь. – Как о вас доложить?

- Доложите графу, что прибыла Ее Высочество принцесса Гертруда, дочь короля Элгара!

Я вышла из комнаты и осторожно пошла по коридору.

- Добро пожаловать, господа! – услышала я голос Витора,