Хозяйка разорившейся усадьбы - Анита Жарова

Мужчина понимающе кивнул и брезгливо поморщился, бросив взгляд в сторону младшего Хакли.

— Этот нахал еще жив? — обеспокоенно спросила тетушка.

Ей не хотелось иметь даже малейшего скандала в своем доме. Иначе от назойливых репортеров не будет покоя, а тетушка любила тишину и покой.

— Живее всех живых. Не беспокойтесь, — усмехнулся Рикхард. — Я все же осмелюсь спросить. Как чувствует себя Аннабель? Я беспокоюсь за нее. Как быстро она сможет проснуться?

— Я думаю через несколько часов.

— Боюсь у нас нет столько времени. Этот пройдоха решил использовать Аннабель в своих гнусных целях. Он решил скомпрометировать ее. Намеренно. Чтобы жениться и получить ее земли. И стоит ему только очнуться как он тут же направиться к архиепископу. Их заставят пожениться так или иначе. Вы и без меня знаете, что архиепископ строг в таких делах.

Тетушка мгновенно побледнела и с тревогой бросила взгляд в сторону северного окна.

— Что же мы можем сделать? — схватившись за сердце охнула старушка. — Как предотвратить все это?

Рикхард отчетливо понимал, что из сложившейся ситуации был только один выход. И он готов был пойти на это ради Аннабель.

— Сейчас есть только одно подходящее решение в данном случае, — печально вздохнул генерал.

Тетушка Дэвис коротко кивнула. Она не понимала, что задумал генерал Коупленд, но отчетливо осознавала, что в словах мужчины был смысл. Если репутация Аннабель окажется запятнанной, то о сыроварне можно будет забыть навсегда. А это значит, что все их усилия станут напрасными. Усадьба семьи Барнаби уйдет с молотка, а девушка отправиться в монастырь доживать свои дни в тишине и покое.

Ужаснувшись подобной безрадостной перспективе, тетушка мысленно вознесла молитву богам. Расправила складки на платье и молча кинув посмотрела генералу в глаза.

— Попробую ее разбудить.

Глава 23

Возвращаясь в свой дом Марта Дэвис лихорадочно размышляла над тем каким образом, она сможет помочь Аннабель не прибегая к помощи генерала. Вот только ничего существенного на ум не приходило. Генерал был прав — архиепископ заставит их с Форестером пожениться. Тогда хозяином усадьбы станет младший Хакли. Женщина была уверена, что он не позволит Аннабель возродить сыроварню. Продаст все до последнего гвоздика и увезет Аннабель куда-нибудь подальше. И не факт, что в итоге столь «счастливого» брака Форестер оставит Аннабель в живых. Такого исхода для наследницы семьи Барнаби Марта допустить никак не могла. Нужно было выслушать предложение Рикхарда Коупленда и желательно побыстрее.

Генерал тем временем молча поднял тело младшего Хакли и отнес мужчину в конюшню. Внезапно небо затянули серые тучи. Скоро должен был начаться дождь. Солнце скрылось за огромной тучей, погрузив округу в вечерний полумрак. Тетушка Дэвис решила, что этот факт мог бы сыграть им на руку. Она с большим интересом рассматривала Рикхарда Коупленда. Мужчина был влиятелен, красив и по слухам богат. Ему уж точно нет нужды жениться на Аннабель из-за земель и внезапно свалившегося на голову наследства. Быть может есть еще причина, по которой он желал помочь юной Райли и тетушка Дэвис решила выяснить все до конца.

— Позвольте напоить Вас чаем, — любезно обратилась она к генералу. — Вот-вот начнется ливень. Не думаю, что Форестер отправиться к архиепископу под проливным дождем.

— Да, вы правы, — согласился с ней генерал. — От чашечки горячего чая не откажусь, — Коупленд сверкнул белозубой улыбкой, заставляющей сердца всех женщин трепетать от восторга. Марта Дэвис не стала исключением и моментально попала под обаяние генерала, как и прочие до нее. Ей от чего-то захотелось чтобы именно генерал стал мужем Аннабель Райли. Такой мужчина будет лучшей партией для нее.

Старушка повела мужчину в гостиную и как радушная хозяйка усадила за большой круглый стол. Осторожно разлила чай по чашкам и предложила пирожные в вазе.

Генерал поблагодарил хозяйку за гостеприимство и выразил обеспокоенность судьбой Аннабель. Он считал Форестера Хакли жалким червем и неподходящей партией для такой девушки как Аннабель.

От услышанного тетушка приободрилась.

— Генерал я с Вами полностью согласна. Хакли — мерзавец! Вот только что же делать? Как избежать этого нежелательного брака? Если разразится скандал Аннабель потеряет все.

Мужчина тяжко вздохнул и на выдохе произнес:

— Если мы объявим о помолвке раньше, то Форестер останется у разбитого корыта. Даже если он решит открыть свой рот, то ему никто не поверит. Мое слово или его. Думаю, перевес очевиден.

— Вы готовы жениться на Аннабель? — пытаясь сдержать довольный возглас затараторила тетушка. — Но каковы причины? Поверить не могу что вы пойдете на это пытаясь помочь Аннабель.

Генерал усмехнулся и сделал глоток ароматного чая. Горячая жидкость слегка обожгла его горло. Но он даже виду не подал. Напротив, был слишком серьезен и решителен.

— Я действительно готов жениться на Аннабель. Вы знаете, что мы знакомы с ней с детства?

Тетушка напрягла свой слух. Решив, что нужно на этом моменте заострить свое внимание.

— Нет, — покачала она головой. — Аннабель об этом ничего не говорила.

— Что же я этому совсем не удивлен, — вздохнул он печально. — Она вероятно считает меня предателем. И надо заметить не без причины. В тяжкий для нее момент я не был рядом. Не смог помочь и не потрудился узнать, как она. Утрата родителей для любого человека большая травма, а уж для юной девушки и подавно. Кому об этом известно лучше всего, как не мне. Да, я был на войне, но это не оправдание. Тогда я не справился. Но сейчас я готов на все.

— Готовы принести себя в жертву? — раздался возмущенный юный возглас.

Марта Дэвис и генерал резко обернулись назад.

В дверях стояла покрасневшая от гнева Аннабель, нервно кутаясь в теплую шаль и не отрываясь смотрела в глаза генералу.

Посмотрев на девушку Марте сразу стало все ясно.

— Что же, — взволнованно закашлялась тетушка Дэвис. — Я, пожалуй, схожу за медом. Что-то горло запершило.

Подхватив руками верхние юбки, она осторожно выскочила из гостиной не в силах сдержать рвущейся наружу улыбки.

— Ах, молодость. Ах, любовь! — радостно бормотала она в предвкушении скорой помолвки.

Нахальный Форестер Хакли тут же был позабыт. Сейчас у тетушки возникли другие заботы.

Глава 24

В моей душе клокотал безудержный гнев, который вот-вот норовил вырваться из оков наружу. Руки тряслись от пережитого негодования. Стены дома давили, а источник моего ужасного настроения как ни в чем не бывало сидел за столом и с улыбкой смотрел на меня.

Как смеет генерал сидеть здесь в доме тетушки и говорить о том, что он