Поцелуй на удачу - Кира Крааш

на тренировку, как будто была с чужого плеча. По крайней мере свитер — явно мужской.

И от этого я почему-то почувствовал глухое раздражение.

— Давай помогу? — предложил я, не в силах наблюдать, как пыльца девушки путаются в шнурках. Это было конечно ужасное нарушение личного пространства, но слова сами сорвались с языка.

— Будь любезен, — совершенно внезапно согласилась Алексия с облегчением.

Я усмехнулся и, встав у нее за спиной, принялся шнуровать пояс.

В голову внезапно полезли совершенно неуместные мысли, что лучше бы шнуровать не пояс, а корсет. а еще лучше не шнуровать, а расшнуровывать… Я тряхнул головой, в надежде, что воображаемое соблазнительное безобразие высыплется из нее.

Но безобразие не высыпалось, а шнурки как-то возмутительно быстро завязались.

— Тебе нужен нормальный костюм для занятий, — произнес я, зачем-то продолжая стоять рядом с девушкой.

От ее волос пахло яблочным цветом, и хотелось развязать ее ленту для волос, чтобы позволить этому жидкому золоту струиться сквозь мои пальцы.

— Я уже поняла, — тихо отозвалась Алексия, и я неожиданно остро ощутил, что происходящее становится неуместным.

— Эй, ну вы там долго будете снаряжаться? — окликнул нас Микаэль, удивительно удачно нарушив мое внезапное помутнение.

— Идем! — крикнул я парням.

Но не удержался и, склонившись к Алексии, добавил:

— Красивый выстрел.

Боюсь, правда, попала ты немного не туда.

35

— НУУУУ?!!! КАААААК?!!! — накинулась на меня Эмма буквально с порога.

— Ну… так… — ответила я, сбрасывая с себя перепачканную одежду прямо на пол.

— Э, не, это не ответ! — подруга аж начала подпрыгивать на кровати от нетерпения.

— Если ты про тренировку, то они прошла прекрасно. Я предложила постирать флаг, подстрелила какую-то мохнатую ерунду, потом долго бегала с ними по тропинкам в поисках деревянного строения, почему-то гордо именуемого башней…

— Это все не интересно! Лучше расскажи, как парни тебя приняли? — тиская подушку, потребовала Эмма.

Я вздохнула.

— Ну… Эгиллу я не нравлюсь, — честно призналась я.

Подруга округлила глаза:

— Это странно. Он обычно сама любезность с девушками. Во всех смыслах! — с нажимом произнесла подруга и добавила, чтобы наверняка: Если ты понимаешь, о чем я.

— Возможно я не в его вкусе, — пожала плечами в ответ.

— Но в его вкусе большая часть женского общежития!

— То есть господин лекарь у нас бабник? — задумалась я.

— Первостатейный, — мечтательно вздохнула Эмма.

— Тогда тем более странно.

— Ладно, это не так интересно. Лучше расскажи про реакцию Виктора!

— На что?

— На тебя!

— Ну, ему понравилось, как я подстрелила зверюгу.

— И все? — разочарованно протянула Эмма.

— Все, — пожала плечами я. — Ну, еще он помог мне зашнуровать пояс.

— Ах, как романтично! — сложила руки на груди соседка, от чего подушка шмякнулась на пол.

— Да ничего романтичного, — поморщилась я. — Шнурки просто кошмар, кто их вообще придумал…

— Ах, Лекси, не понимаешь ты своего счастья! Каждый член команды уникален по-своему!

И вдруг Эмма встрепенулась, словно ей в голову пришла какая-то интересная мысль.

— Слууушай… А вдруг Эгилл так себя ведет, потому что ты ему нравишься?

Что я там думала про интересную мысль? Беру свои слова назад — это тянуло минимум на гениальную идею.

— И поэтому он решил меня подергать за косички, как будто нам по шесть лет? — спросила я со всем возможным скепсисом.

— Ну, знаешь, вдруг он впервые по-настоящему влюбился и теперь не знает, что делать со своими чувствами? — продолжала фонтанировать прекрасными гипотезами Эмма.

— Прекращай читать любовные романы на ночь, — строго сказала я, отвешивая будничное платье на дверцу шкафа.

— Почему ты такая жестокая? Вы были бы очень красивой парой!

Я на это ответила максимально емко:

— Фу.

— Что значит «фу»? Что значит «фу»⁈ Он что, не в твоем вкусе? — ахнула Эмма, словно я только что плюнула в жертвенный огонь в храме.

— Он не в моем вкусе, — честно ответила я, надеясь закруглить этот безумный разговор.

— А кто в твоем вкусе? — вцепилась в необдуманное слово Эмма.

Почему-то от ее вопроса вспомнились ярко-карие глаза, чей внимательный взгляд я ощущала на себе всю тренировку. Но я поспешила выбросить всякую ерунду из головы и сухо ответила:

— Не он.

— Совсем? — печально вздохнула Эмма.

— Категорически, — отрезала я.

— А может…

— Так, — оборвала я подругу, не желая продолжать этот бредовый разговор. — Я иду в душ, мы собираемся и идем в город по магазинам.

— Прямо сегодня? — удивилась Эмма.

— У меня завтра тренировка, — напомнила я. — И хотелось бы на ней быть в чем-то более удобном.

— И красивом, — добавила Эмма.

— Это не обязательно, — закидывая полотенце на плечо ответила я.

— Обязательно! — уперлась подруга.

Я фыркнула и вышла из комнаты. Вот вообще не обязательно одеваться красоткой. Даже я бы сказала вредно — будут еще на меня пялиться, вместо того, чтобы нормально тренироваться.

Хотя с другой стороны, почему бы и нет?

От мысли, что взгляд ярко-карих глаз будет задерживаться на мне дольше, чем положено, настроение почему-то поднималось.

И мне вот совершенно не хотелось разбираться почему.

36

Виктор

— Ну, что скажете? — спросил я у парней, которые опять развалились в моей комнате, как у себя дома.

— Девчонка — огонь! — заявил Микаэль со свойственной ему прямолинейностью.

— Да, выглядит многообещающе, — сдержанно кивнул более осторожный в суждениях Стефан.

Эгилл лишь упрямо поджал губы.

— Ну давай, говори, — я внимательно посмотрел на друга.

— Мне нечего сказать, — сухо ответил он.

— Эгилл, — процедил я с нажимом.

Лекарь вздохнул, мигом растеряв всю свой высокомерность.

— Ну? — нахмурился я.

— Да баба она! — воскликнул Эгилл. — Баба в команде!

Повисла пауза.

— Нет, ну с этим трудно спорить, — широко заулыбался Микаэль. — И еще какая баба!

— Вот! — воскликнул лекарь.

— Если ты сейчас ляпнешь, что это плохая примета, то я скажу ректору, что ты мечтаешь перевестись в морскую академию и провести остаток жизни на пограничном корабле, — сухо проговорил я.

Эгилл набычился, но в бутылку не полез.

— В понимании нашего друга — все беды от баб, — подсказал Стефан.

— Ой кто бы говорил, — огрызнулся Эгилл.

— Мои проблемы не делают меня слепым, — пожал плечами теневик. — А ты ведешь себя, как идиот. Она прекрасный лучник, что тебе еще надо?

— Она — баба!

— Девушка, — поморщившись поправил я.

— Тут мы пока не проверяли, — хохотнул Микаэль, но поперхнулся смехом под моим тяжелым взглядом.

— Вот! — снова воскликнул лекарь и передразнил меня: — «Девушка»! А если эта девушка кому-то приглянется?

— Я помолвлен, — равнодушно пожал плечами Стефан.

— И кого это когда останавливало? — ехидно спросил Эгилл.

— Ну не все же волочатся за каждой юбкой, как ты, — парировал теневик.

— Вы поняли, о чем я! — рявкнул