Страж. Часть 1 (СИ) - Зеа Рэй Даниэль

Эйлин начала сокращаться и медленно выдохнула, а он поцеловал ее лоно в последний раз и отстранился. Следовало быстро уйти в ванную. Спрятаться от нее, чтобы спустя несколько минут сделать вид, что ничего особенного не произошло.

Далий встал и пошел в ванную. Эйлин не сразу поняла, что происходит. Но оставшись в гостиной одна, абсолютно нагой ниже пояса, она почувствовала, что ее только что бросили.

– Далий, – она позвала, но он не ответил. – Далий, куда ты ушел? – она выглянула в коридор.

– Я ванной, – услышала она сдавленный голос. – Все хорошо, я сейчас приду. Хочешь кофе? Или чай? Я заварю.

– Какой на хрен «чай» или «кофе»? – пробормотала себе под нос Эйлин.

Она подошла к ванной и попыталась открыть дверь, но Далий заперся изнутри.

– Я скоро выйду, – сообщил он.

– Дверь открой, пожалуйста.

– Подожди минуту. Я сейчас.

– Открой дверь! – Эйлин перешла на крик. – Немедленно!

Щелкнул замок и Далий открыл дверь.

– Чистые полотенца в шкафу, – он указал на него рукой. – Я буду на кухне.

Эйлин не позволила ему выйти. Мягко толкнув его ладонью в грудь, она вошла в ванную и закрыла за собой дверь.

– Что, к чертям собачьим, все это значит? – Эйлин оперлась спиной на дверь и сложила руки на груди. – Говори. Пока не объяснишься, мы отсюда не выйдем.

Далий молча смотрел на нее, стараясь не опускать взгляд на обнаженный лобок и ноги.

– Ты импотент? – спросила Эйлин.

– Нет.

– Проблем с эрекцией у тебя нет – это я уже поняла. И сейчас ты меня хочешь! – она указала рукой на его выпирающее в штанах достоинство. – А я хочу тебя. Так в чем проблема?

– Я не могу, – обреченно ответил он.

– За семь лет помолвки ты ни разу даже не попытался меня соблазнить. Я всегда думала, что ты ведешь себя так, потому что отец запретил тебе прикасаться ко мне до свадьбы. И ты с достоинством и рвением выполнял приказ своего Короля. Теперь ты свободен, так же, как и я. И я вдруг стала искусителем. Так в чем дело? Вылизывать меня на диване ты можешь, а трахать нет?

– Не говори так, – Далий опустил глаза.

– Это отец? Я права? Что он тебе сказал? Чем пригрозил?

Далий молча смотрел в пол.

– Не прикасайся к моей дочери, иначе что? – продолжала давить Эйлин. – Лишишься работы? Отправишься в изгнание? Лишишься жизни? Далий, ты можешь мне ответить?

– Все вместе, – Далий поджал губы. – У твоего отца есть компромат на меня и на Тильду. Если он обнародует его, нас с ней, как минимум, изгонят, а как максимум – казнят. Такова цена моего благоразумия.

– Что за компромат? – Эйлин подошла к нему и заглянула в лицо.

– Связи с «Кольдом», которые я неоднократно использовал, чтобы получить информацию. Никто не делится информацией просто так. У всего есть цена, и я ее платил.

– И какова была цена?

– «Око за око», – произнес Далий.

– Ты сливал «Кольду» информацию о мьерах? – переспросила Эйлин.

– Да, – ответил Далий. – И дело не только во мне. Когда Тильда поступила на службу, она пошла по моим стопам. К сожалению, я узнал об этом слишком поздно, когда компромат уже был собран.

Такого поворота событий Эйлин не ожидала.

– И сколько наша помолвка должна была продолжаться?

– Пока Фийери не разорвал бы ее и выдал бы тебя замуж за того, кого посчитает более достойным.

– То есть все эти годы ты знал, что помолвка – это фикция, и рано или поздно отец ее разорвет? – Эйлин повысила голос.

– Да. Но я не знал, когда он это сделает. И был удивлен его словам о том, что он дарит тебе свободу. Никто из нас не свободен, Эйлин. Ни ты, ни я.

– Ты, случайно, не знаешь, за что отец настолько меня ненавидит, что готов измываться каждый день и каждый час, упиваясь властью и возможностью вершить мою судьбу?

– Я догадываюсь, – ответил Далий.

– Дело ведь не в предсказании Эльзы. Ее предсказание уже сбылось, а ненависть отца никуда не делась.

– Не в предсказании, – подтвердил Далий.

– И? – Эйлин изогнула бровь.

– Спроси у Райлиха. Он знает ответ.

– Я спрашиваю у тебя, – Эйлин прикоснулась пальцами к его щекам и погладила их. – Можешь ответить?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Нет. Ты должна обсудить это с братом. Поверь, так будет лучше.

– Почему все и каждый вокруг знают, что для меня будет лучше? – она с силой сжала щеки Далия.

– Это не мой секрет, Эйлин. И я не член твоей семьи.

– Ты тот, кто сторожит чужой покой ценой собственной жизни. Интересно, что бы сказала тебе Тильда, узнай она, что Король тебя шантажирует?

– Надеюсь, все, что я сказал, останется между нами, – Далий убрал пряди волос с ее лица и заправил ей за ухо.

– Скажи, что предсказала тебе Эльза? – Эйлин обняла его и прижалась лбом к его плечу.

– Она сказала, что я буду одинок.

– И все? Только то, что ты будешь одинок?

– Да, – ответил он.

Эйлин отстранилась от него и снова заглянула в лицо.

– Тогда в клубе… Почему ты спросил, люблю я тебя или нет?

– Просто спросил, – он отвел взгляд.

– Потому что сам ты… …меня любишь?

Далий посмотрел на нее и с грустью улыбнулся.

– Да. Я тебя люблю.

У Эйлин заныла грудь. И буря эмоций, не высказанных, не понятых, задавленных ей самой, вырвалась наружу. Черное и белое стало различимо, добро и зло понятны.

– Но я больше ничего не смогу тебе предложить, – он поднял руку и погладил пальцами ее щеки, как только что его щеки гладила она. – Ты обязана стать счастливой, и должна сделать это без меня.

Эйлин поняла, что плачет. Что слезы свободно стекают по щекам, орошая пальцы Далия.

– Не надо, – прошептал он. – Все будет хорошо. Ты влюбишься в какого-нибудь достойного мьера, выйдешь за него замуж и у вас все будет хорошо.

– И ты в это веришь? – улыбнулась она, зная, что он лжет.

– Конечно, – так же улыбнулся он, зная, что лжет.

– Это значит, что мне пора ехать домой? – спросила она.

– Да. Тебе пора домой, Эйлин.

– Наверное, если бы ты не признался в том, что любишь меня, мне не было бы ты так больно.

– Прости, – прошептал он.

Эйлин отстранилась, стерла слезы со щек, открыла дверь и вернулась в гостиную. Наспех натянула на себя трусики и джинсы, обула кроссовки и вышла в коридор. Далий ждал ее там. Он подал ей куртку и помог ее надеть. Она обернулась к нему, обняла и поцеловала в щеку.

– Спасибо тебе за все.

– Не за что.

Она хотела уже уйти, как, вдруг, опомнилась:

– Да, я совсем забыла. Хотела спросить. Скажи, произошло ли что-нибудь важное в нашем мьерском круге три недели назад?

Далий выглядел озадаченным:

– Каждый день что-то происходит. Мне трудно ответить.

– Двадцатое число прошлого месяца, – уточнила Эйлин. – Подумай, что произошло накануне этой даты или двадцатого числа.

Далий нахмурился.

– Девятнадцатого мы нашли тело первой жертвы нашего серийника.

– Первой жертвы? – переспросила Эйлин. – Энн Фир?

– Да. А почему ты спрашиваешь?

– Да так, ничего особенного, – она задумалась.

– Эйлин, почему ты спрашиваешь? – настаивал Далий.

– Энн Фир была экспертом по культурному наследию мьеров?

– Да, ее часто привлекали к экспертизе в спорных случаях.

– А она каким-нибудь образом фигурировала в уголовном деле Андреа Дебуа?

– Не знаю. Тем делом занимался Фред Баро.

– Можешь поднять материалы и уточнить? – Эйлин пристально глядела на Далия.

– Хорошо, – кивнул он.

– Энн Фир, – утвердительно кивнула Эйлин. – Я слышала, что ни одна из женщин не была изнасилована. Это правда?

– Это тайна следствия, Эйлин. Я не могу вдаваться в детали.

– Должна быть связь, – пробурчала Эйлин себе под нос. – Случайности не случайны.

– Эйлин, ты что-то знаешь? – Далий сверлил ее пытливом взглядом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Пообещай, что никому не скажешь. По крайней мере, пока.

– Обещаю, – серьезно ответил Далий.

– После изгнания Андреа Дебуа его имущество выкупил из Фонда Сообщества мой отец. Двадцатого числа прошлого месяца он впервые за последний год явился в хранилище Резиденции и попросил показать ему картины из коллекции Дебуа. После этого он в хранилище не возвращался. А сегодня я узнала, что есть наследник этого имущества. Что заставило моего отца три недели назад пойти в хранилище и посмотреть на картины?