Изгнанник. Право на счастье - Мари Стефани

гостям, как нервозность и неуверенность сами собой исчезли. Я встречала посетителей, отвечала на их вопросы, рассказывала об экспонатах. На выставке собрались все известные коллекционеры и искусствоведы. Это были такие личности, с которыми вчерашние студенты только мечтают постоять рядом, не то, что рассказывать им об экспонатах. Многие фамилии были на слуху, кто-то даже читал у нас в институте лекции. И все они были в восторге от проделанной мной работы. Заваливали меня комплиментами, завидовали Эмберу, что нашел такую помощницу, а кто понаглее открыто пытались переманить. За день я собрала около десятка визиток. Однозначно можно было сказать, что выставка открыла для меня путь в известнейшие музеи и галереи. Теперь можно не бояться остаться без работы, ведь стоит только позвонить по одному из номеров и меня возьмут без раздумий. Осталось только дождаться конца выставки и сообщить Закарию, что ухожу.

В приподнятом настроении я провожала гостей, когда салон посетил сам министр культуры. Импозантный мужчина, в прошлом директор академии искусств, также не остался равнодушен к моим талантам. Он, не таясь, при Эмбере предложил работу. Мне, без опыта, вчерашней студентке, сам министр! Но мое ликование оборвали слова начальника:

— У нас со Златой договор, так что Николай Евгеньевич, ничего у вас не получится!

Что? Какой ещё договор? — едва не выкрикнула я.

У меня испытательный срок, по окончании которого решится вопрос, останусь я или нет. Но никакого договора не было! Или было? Помню, что-то подписывала в кабинете Эмбера, в первый день. Но припомнить, что именно не получалось. То ли я не дочитала документ до конца, то ли так перенервничала из-за едва не сорвавшегося собеседования, что ничего не помню! Боже, неужели я подписала рабочий договор и не помню его условий? В какое рабство я себя втянула?

Пока я пыталась воскресить в памяти, что было в том чертовом договоре, который имела глупость подписать, не прочтя, последние гости, в том числе и министр, покинули салон.

Эмбер подозвал официанта, всучил мне, а затем и Андрею в руки бокалы и произнес:

— За вас, Злата, за ваше мастерство, талант и умение! Сегодняшний успех всецело ваш!

Андрей присоединился к боссу и радовался как маленький, что у нас все получилось.

Я слушала их вполуха, неловко принимая похвалы. Единственное, что заставило меня оторваться от своих мыслей! Сегодня было продана значительная часть коллекции. Здесь я испугалась. Как так? А что будут смотреть другие посетители еще целую неделю. Но Эмбер заверил, что все предметы останутся на своих местах до конца выставки.

Ну а уж следующий тост начальника вырвал меня из размышлений окончательно.

— И хочу тебя, Злата, поздравить с тем, что ты с легкостью вошла в наш небольшой коллектив! Надеюсь на длительное сотрудничество!

Что? Я прошла испытательный срок, и он меня оставляет! Хотя о чем я? Конечно, прошла! Но мои планы поменялись! Хотелось сообщить об этом Закари, вот только никак не могла вспомнить условий проклятого договора.

Эмбер произнес тост, чокнулся с моим бокалом и выпил до дна. Мне же не хотелось поддерживать этот тост. Но было бы неприлично и некрасиво по отношению к Закари, тем более что пили ещё и за меня. Нехотя пригубила шампанское, продолжая ломать голову в попытке вспомнить, что такого я подписала.

Допив шампанское, Андрей засобирался домой.

— Злата, тоже иди отдыхай! После проделанной работы ты заслужила, — произнес Закарий. — А я останусь и прослежу здесь.

— Хорошо, — согласилась я и направилась в хранилище, где оставила свои вещи. Вот только взяв сумочку, я не торопилась покидать салон. Необходимо было сказать Эмберу, что не планирую у него работать и по окончании выставки уйду. А еще мозг раскаленным железом жгло, от вопросов. Что я подписала и каких последствий мне ожидать?

Собравшись с духом, я направилась в кабинет начальника. На миг замерев, постучала и спросила:

— Закарий Матвеевич, можно?

— Злата? Да, конечно, проходи! Что-то случилось? Я думал, ты уже ушла.

На ватных ногах я переступила через порог кабинета Эмбера. Мужчина сидел за своим столом и вопросительно без всякого удивления смотрел на меня.

Меня же, как обычно, при виде начальника, да ещё в замкнутом пространстве охватила паника, захотелось развернуться и убежать. Вот зачем я пришла? Нужно было дождаться завтра, подловить его где-нибудь внизу и все выяснить.

— Так что случилось? — напомнил о себе Закарий.

— Ничего такого, — нервно переминаясь с ноги на ногу, произнесла я. — Я просто хотела уточнить, что за договор вы имели в виду, в разговоре с министром?

— Наш с тобой трудовой договор, — невозмутимо ответил мужчина.

— А когда мы его подписали?

— В тот день, когда ты пришла на собеседование. Я объяснил тебе про испытательный срок, ты согласилась и подписала его. Испытательный срок ты прошла, и договор вступил в силу. С сегодняшнего дня ты официальный сотрудник салона! — произнес Закари.

— Да-а-а-а… А напомните, пожалуйста, условия договора! На какой срок мы его заключили?

— По условиям договора тебе полагается оклад, — терпеливо начал Эмбер и назвал сумму моей зарплаты.

Мне захотелось прочистить уши, явно я что-то не так расслышала.

— Фиксированный рабочий день с девяти до пяти, два дня плавающих выходных. Оплачиваемые больничные. И четыре недели отпуска, разбитые на две части. Договор заключен на пять лет. Да если вдруг по каким-то причинам решишь разорвать его раньше времени, придется заплатить неустойку в размере…

После этой суммы у меня однозначно заложило уши.

— Что-то не так?

— Эээ, да… нет… Все замечательно! — пытаясь собрать мысли в кучу, пролепетала я.

Боже, да мне придется десять лет работать, не пить, не есть, не одеваться и все равно мне такую неустойку не потянуть! Кто вообще в случае увольнения требует неустойку с работника?

— Я!

Ой, кажется, я произнесла это вслух!

— Понимаешь, Злата, очень трудно найти по-настоящему хорошего, ответственного и высококвалифицированного специалиста. И вот когда его найдешь, пойдешь на любые хитрости, чтобы удержать!

Незаметно, пока я мысленно металась в панике, что делать, мужчина оказался рядом и теперь нависал надо мной огромной скалой.

— Я… понятно!

Смысла не было говорить, что собиралась уволиться. Да куда я теперь уйду, только если на невольничий рынок. Придется взять себя в руки и работать на Эмбера. Всего-то пять лет, потерплю. Буду стараться его избегать. А высокая зарплата будет мне дополнительным стимулом. Осталось придумать, как покинуть его кабинет, а уж дома обязательно возьму себя в руки.

Пока я продолжала метаться, не зная, как быть и что делать, мужские руки неожиданно потянулись ко мне и сняли с моего лица