Алмазная искра для драконов - Людмила Вовченко

может спасти всех остальных.

* * *

Зара подошла к стене и провела рукой.

Зеркало открылось.

— Это не обычное. Это Зеркало Искренности. Смотри.

В нём — отразился Каэль.

Он спал. Лоб нахмурен. Рука сжимает край подушки, будто — меч.

— Он чувствует, что может тебя потерять.

Он ревнует к магии.

Вторым показался Саэль. Он тренировался в одиночной зале, нанося удары по теням. Взгляд его был голодным, жёстким. Но не воинственным. А… усталым.

— Этот… боится. Не за тебя. За себя. За то, что в нём есть что-то чужое.

Третьим — Иларис. Он сидел в саду, положив ладонь на землю. Слушал её, как сердце.

Глаза его были закрыты. Но губы шевелились.

— Не подведи меня, Искра. Я вложил в тебя всё.

— Он отдал слишком много. И теперь связан. Он верен. Но слишком зависим.

Появился Таэрон.

Он смеялся. Шептался с какой-то служанкой.

Но в глазах его — мгновения, когда он глядел в пустоту.

— Этот… играет. Но ты даже не догадываешься, кого он уже продал ради права быть с тобой.

Реймар не отразился.

— Где он?

Зара посмотрела прямо.

— Твоя искра его не видит. А значит, он либо вне твоей магии…

…либо он не с тобой.

* * *

Когда зеркало исчезло, Зара подошла снова.

— Ты сильна, но не всесильна. Ты женщина, но и воплощение рода. Помни: ты можешь любить. Но если забудешь, что ты — посланница искры, любовь станет твоим проклятием.

Елена стиснула зубы.

— Я справлюсь.

Зара улыбнулась.

— Посмотрим. Потому что…

третья искра уже проснулась.

И она — идёт к тебе.

Глава 28

Глава 28

День начался с тишины.

Слишком гулкой, слишком натянутой.

Елена проснулась с ощущением холода — не внешнего, а внутреннего, будто часть её самой ушла ночью куда-то и не вернулась.

Фамильяры вели себя странно.

Одни — забились под полки. Другие — кружились по спирали.

Один — просто лежал, свернувшись калачиком, и дрожал, как если бы слышал чужой голос.

— Что-то случилось, — прошептала она, натягивая плащ и выходя в зал.

И случилось.

* * *

Реймар — исчез.

Его покои были пусты.

Кровать нетронута. На полу — сорванный медальон рода.

И только у очага — чешуйка. Не просто обугленная. Она… была исписана рунами. Такими, которые она видела только однажды — на стенах зала праха, куда запрещено спускаться без богини.

Каэль первым сорвался.

— Где он⁈ Кто последний его видел?

Саэль стоял с мрачным лицом.

— Вчера вечером. Он говорил с кем-то в галерее. Я подумал — один из фамильяров.

— Это был не фамильяр, — прошептала Елена, поднимая чешуйку. — Это был… проводник.

— Проводник? — переспросил Иларис.

— Тот, кто ведёт из нашего мира в зеркальный. В тот, где ждут Безлики.

Таэрон молчал. Только крутил кольцо на пальце.

— Он бы не предал нас, — пробормотал он. — Он был верен.

— Он был спокоен. А это, — Каэль указал на руны, — знак того, что он готовился.

— Или боролся, — вставила Елена.

* * *

— Что будем делать? — спросил Саэль.

— Пока — ничего. Мы не знаем, он ушёл добровольно… или его утащили.

— Но это не всё, — мрачно добавил Иларис. — Гнездо… трескается.

— Что?

— Магия. Она искажена. Земля под южным куполом начала давать эхо, как перед разломом.

— Это влияние Третьей? — тихо спросила Елена.

— Возможно. Возможно — того, кто ею движет.

* * *

Вечером в гнезде почувствовали приход.

Небо почернело. Драконы внутри круга завыли.

Фамильяры сбились в центр, окружая Елену.

И тогда… в главный зал вошла она.

Девушка.

Высокая. Волосы — как расплавленное золото, спадающее волнами до пояса.

Глаза…

Они были такими же, как у Елены. Серебристые. Но в них было зеркало.

Они не отражали.

Они — поглощали.

На ней было платье из чёрных лоскутков, будто сотканное из теней.

На шее — знак трех кругов, но перевёрнутый.

— Я пришла, — сказала она.

Никто не двинулся.

— Кто ты? — голос Елены дрожал.

— Я — Третья. Я — та, кого вы заперли. И та, без кого ты не станешь полной.

— Моё имя — Елена.

— Моё тоже. Но мне дали его раньше.

— Что ты хочешь?

— Слияния. Или… падения.

И тогда фамильяры зарычали.

Каэль встал перед Еленой.

— Ни шагу ближе.

Но девушка улыбнулась.

И вся тьма в зале задрожала.

— Ты не сможешь спрятаться от самой себя. Мы — одна искра. Только ты — свет. А я — тень.

— Я не впущу тебя.

— Ты уже впустила.

И с этими словами она растворилась в воздухе.

Но на полу остался след.

След босой ноги…

и пепел чешуи.

Такой же, как у Реймара.

* * *

— Что это было? — прошептал Таэрон. — Призрак?

— Нет, — сказала Елена. — Это была я. Та, которую когда-то… разорвали.

Одна часть осталась в теле.

Вторая — в искре.

Третья… в пустоте.

— И теперь?

— Теперь она вернулась. И требует свою долю.

* * *

А за пределами гнезда… на самом краю расщелины, чёрный дракон сидел, глядя в сторону крепости.

На его чешуе — руны.

В глазах — огонь.

И голос из тени шептал:

— Ты был первым.

Ты будешь последним.

Её смерть — откроет врата.

Или… её поцелуй.

Глава 29

Глава 29

Он вернулся на рассвете.

Весь в чёрной пыли, босой, с разорванной на плече одеждой.

Но не в цепях.

И не в крови.

А в тишине.

Реймар стоял на пороге гнезда, как будто и не исчезал.

Но в глазах — было нечто чужое.

— Он жив, — шепнула Елена, подходя первой.

Он поднял на неё взгляд.

И вдруг… упал на колени.

— Я слышал тебя, — прошептал он. — Даже в бездне. Даже… там.

Её сердце сжалось.

Каэль подошёл, встал рядом, сжимая рукоять меча.

— Где ты был?

— Внутри зеркала. Но не своего отражения.

Меня утащили в искажённое эхо гнезда, где всё — похоже, но гниёт.

И там… была она.

— Третья? — спросила Саэль.

— Или её проекция. Она… звала меня по имени, которого я не знал.

«Первый Предатель»,