Мир без женщин. - Елена Северная

врезались в кожу. И очень захотелось спать. И кто сказал, что в этом мире нет магии? Самые настоящие магические потоки сейчас проходили сквозь мое тело, мягко согревая и убаюкивая. Одно успокаивало – я феникс, бессмертное существо, и моя малышка тоже феникс, значит, даже, если нас и убьют, мы воскреснем. С этой мыслью я погрузилась в магический сон. Да и устала я конкретно, по лесам шастая ночью. Всё. Спать.

Дворец короля мира Нея.

- Мне плевать какие были жертвы и сколько их! – шипел король Дартмунд. – Доставьте сюда эту беременную дрянь! Она должна родить здесь, в моем дворце!

- Ваше Величество! – бледный начальник стражи не знал, куда девать руки. – Мы понятия не имеем куда она подевалась! У гартов её точно нет, мы проверяли.

- Плохо проверяли! – гаркнул король. – Она не могла исчезнуть бесследно. Ищите! Переройте всё, но найдите мне её!

*******************

Я бродила по темным коридорам незнакомого замка, заглядывая в каждую дверь, но никого не находила. И все же упрямо продолжала верить, что не одна в этом изобилии роскоши и богатства. Поднималась все выше и выше, ступенька за ступенькой, этаж за этажом. Тихо, пустынно, только мои одинокие шаги гулко раздаются в звенящей тишине. Последняя дверь. Дальше – крыша. Толкнула и зажмурилась – в глаза резко ударил блеск драгоценностей. Я – в сокровищнице. Интересно, обычно сокровищницы располагали в подвалах, за неимоверным количеством замков и охранных заклинаний. А тут – заходи и бери что ли? Да не нужно мне это! Я выбраться хочу.

Прошла мимо открытых сундуков, полных драгоценных камней и украшений. Как в пещере Али-Бабы. Под ногами тихонько позвякивали рассыпанные монеты. Я пожала плечами – и кто за этим смотрит? Убрать трудно? Убиться можно. Побродила среди всего этого великолепия и со щенячьей радостью обнаружила маленькую неприметную дверку – а вдруг это и есть выход?

Открыла и провалилась в никуда. Лечу, можно сказать, парю в нигде и в который раз убеждаюсь – любопытство не порок. Это просто показатель катастрофы. Чего мне в замке не сиделось? И есть хочется.

Поток воздуха закончился и меня «опустили» на мягкую траву. Огляделась. Вокруг деревья, кустарники и никого. Даже птички не поют. Осторожно переступая ногами по мягкому дерну, я двинулась вперед. Авось куда-нибудь да выйду. Взметнувшийся столб сияющих искр заставил попятиться. И нет, я не испугалась. Даже обрадовалась – хоть кто-то объявился в этом мире одиночества. Искры рассеялись и на их месте появился очень видный мужчина с яркими рыжими волосами. Похож на гартов, только чуть повыше и пошире в плечах – хотя с моим ростом и гарты кажутся великанами. Чуть хищные черты лица и глаза с двумя ромбовидными зрачками подсказали мне, что это не совсем обычный собеседник. Ну а я что? Я к богам привычная, в обморок от счастья не падаю и дара речи не лишаюсь. Резонно предположив, что сейчас состоится познавательная беседа и выдала:

- Здрасьте. А присесть можно? Спина болит.

Спину и правда ломило.

Мужчина осоловело моргнул и предложил мне кресло. Самое настоящее, неизвестно откуда взявшееся. Только кресло было одно. Сидеть в присутствии важного господина моветон, но мне пофиг. Я устала.

-Так вот ты какая, белокрылая птица феникс! – задумчиво изрек мужчина, заглядывая мне за спину. – Жаль, моя Ная не видит.

- Кто такая Ная?

- Жена моя, - вздохнул собеседник. – Уже много сотен лет она спит беспробудным сном. А я один живу.

- Почему не разбудишь?

- Пробовал. Ничего не выходит. Как вернулась из замка Тьмы, так и спит.

- Замок Тьмы это – тот откуда я вывалилась?

- Наверное, - мужчина пожал плечами.

-А Вы, простите, кто? Как мне обращаться к Вам?

- Нэй, это мой мир. Вернее -наш с Наей. Мы его вместе сотворили.

Я задумалась.

- А как же Лилэя?

- Эта блондинистая пустоголовая фифочка? – фыркнул, как я поняла, Бог. – Да у неё только тряпки на уме!

- Ну, не надо так строго! – я попыталась смягчить тон разговора. – Она молодая, воспитанием никто не занимался, двое старших братьев её безумно любят и балуют.

- Вот именно, «балуют», - повторил Нэй. – Мозги ей вправить нужно, а не баловать.

- Ну и взял бы над ней шефство! Ты посмотри, до чего она твой мир довела! – и тут остапа, то есть меня, понесло. – Уникальные растения Бодхи уничтожаются, население вымирает, своих женщин нет, пардон, только привозные. А дети! Детей нет! Тех нескольких малышей, что произвели на свет иномирянки, по пальцам пересчитать можно.

- А мне-то что? – хмыкнул Бог. – Моя женщина спит, я без женского внимания и ласки, почему другие должны купаться в такой роскоши, как женская любовь?

- О, Боже! – захотелось конкретно стукнуть его, чтоб мозги на место встали. Дебил! Самый настоящий. И не скажешь же ему об этом прямо. Ну я все-таки вывернулась: - Вы прямо уникальный собеседник, таких, как Вы днем с огнем не сыщешь, - а сама думаю, где же он у себя в «не знаю где» лужицу нашел? Козел, самый настоящий. С бородой из эгоистических обижулек. Насчет рогов не уверена. Не буду столь категорична.

Похоже, он не понял, так как посмотрел с интересом, как на красивую вещь, что внезапно заговорила.

- Не понял …

- Я говорю, Вы мир-то свой спасайте, а то Ная проснется, а тут все – хана домашним тараканам!

- Чего?

- Ная проснется, а тут – ничего! Полный разгром! Хотя, она, наверное, привыкла уже к такому. Надолго мужика нельзя оставлять. Потеряется, измарается, проголодается, и соплями подавится.

Впервые за весь разговор в глазах бога промелькнул не то, чтобы интерес, а, скорее, возмущение.

- А что Вы так смотрите? У Вас в доме такой срач, что Вашей бедной жене убирать и убирать. Слушайте, - меня внезапно осенило. – А Вы все время были таким …э-э-э…

- Каким?

Блин, как бы помягче выразиться, как найти синоним слову «засеря», причем, чтоб красиво было.

- Ну … Неприбитым к хозяйству, - больше ничего на ум не приходило. На голодный-то желудок. – Мир сотворили, а ума не дали. Непорядок.

Лицо мужчины покрылось гневными красными пятнами.

- Ты говори, да не заговаривайся!

- А чего мне бояться? – я решила блефануть.