Мир без женщин. - Елена Северная

Он поцеловал мне руки и вышел из шатра, а мы с барсом переглянулись, как взаправдашние заговорщики. Все же мне повезло встретить такого защитника.

- Так, девки, - деловито сообщил Борька. – Выдвигаемся сегодня ночью, тут недалеко, к утру Ария должна вернуться в лагерь.

- А вы?

- Мы – останемся со своими.

Умом я понимала, что когда-либо придется расстаться с колокольчиками, но мы столько пережили вместе, я даже сроднилась с ними. Стало грустно и тоскливо. Да, они принадлежали этому миру, а мне нужно возвращаться в свой, к мужьям. Господи, если бы мне раньше кто сказал, что у меня будет сразу два мужа, я бы их послала в недалекое путешествие по волнам нейробиологии. А сейчас – сижу, глажу кота и скучаю и по Марту, и по Керри. И за Ариной соскучилась.

Время, в заботах о молодой мамочке и её малышке, пролетело быстро. И вот уже ночные светила сменили дневные, «братья» выставили сторожей, а к нам в шатер принесли ужин. Подкрепившись, я постаралась как можно аккуратнее выбраться из лагеря. Борька воспользовался своей магией и накрыл нас с барсом пологом.

- Интересно, - мысленно рассуждала я. – Почему во всем мире нет магии, а у вас есть?

- Так мы и планета связаны, - пояснил Борька. – А все остальные пришлые, наша планета их не приняла. Они варвары, только берут, ничего не давая взамен.

- Это потому, что «все остальные» совсем не с курсе ваших проблем. Разумные растения – это вообще нонсенс.

- Кто бы говорил, - обиженно пробурчал Борис и надолго замолчал.

Зато Варя болтала без умолку. Мы «прошлись» по грубым мужикам, по их самомнению и упертости. А Борька молчал. Действительно, упертый.

Часа через два Варины подсказки вывели нас в совершенно другой лес – там было так тихо, что аж уши закладывало.

- Почему тут такая тишина? – шепотом спросила я.

- Наши сородичи провожают ещё одного своего. А у вас скоро появится новый ребенок и молодая мамашка. – буркнул колокольчик.

Я продолжила путь и вскоре вышла на небольшую полянку, окруженную высокими кустами. Один куст светился мягким пульсирующим светом.

- Дядюшка! – воскликнула Варя, спрыгнула и как змейка поползла к нему.

За сестрой устремился и Борька. Мне оставалось только тупо таращится. И чувствовать вину. Мне было стыдно. За всех тех, кто забирал жизни коренных жителей этой планеты, кто бездумно пользовался природными благами и не давал ничего взамен. Я вспомнила слова Создателя – везде должен соблюдаться Закон равновесия. Вот и получается, что планета приютила многие расы, и их представители просто потребительски относятся к ней.

На светящемся кусте раскрылся большой бутон и в нем, как в нашей детской сказке, лежал ребенок лет двух. Он сладко спал, положив под щечку кулачки. Цветок бережно опустил малыша на траву и осыпался. Мои колокольчики зарыдали в голос, и свечение стало медленно угасать. Вместе с магическим светом угасала жизнь растения. Сил на все это спокойно смотреть не было. Я подошла к кусту в надежде хоть немного поддержать его. Внутри заворочалась малышка и по венам потекла моя магия. Она мягким искрящимся потоком стала обволакивать веточки, затем весь куст покрылся тысячью ярких искорок, они трансформировались в тонкие иглы и впитались в кору. Куст «вздохнул» и благодарно зашелестел. Жив. У меня получилось даже здесь вызвать свою магию. Я мысленно поблагодарила Создателя, ведь именно он, я была уверена, приложил к этому свою сильную и добрую руку.

- Спасибо, - выдохнули мне прямо в мозг. – Мы впервые получаем помощь.

- Кто это?

Жутковато. Когда у тебя в голове кто-то говорит.

- Ария, - сдержанно проговорил Борька, - прости, я был неправ. Но я прав, когда говорил, что ты не такая. Правда, Варюха?

Варя подползла ко мне и обвилась вокруг ноги.

- Спасибо, тебе. Мы расскажем нашему отцу о твоей силе.

- Отцу? У вас есть отец?

Вот кто мне сейчас нужен! Ну конечно!

Мои Бодхи поднялись в воздух и, как в сказке про аленький цветочек, поплыли вдаль. Через несколько метров они вспыхнули и опустились на землю, врастая в дерн. Теперь я могла с трудом отличить их от молодой поросли.

- Иди прямо, девочка, - проговорил тот же голос, - проводники укажут путь. Наш правитель хочет поговорить с тобой.

Внезапно тишину раскололи вернувшиеся лесные звуки. Шелестела листва под легким ветерком, стрекотали ночные насекомые, где-то рядом тарахтела полуночная птица. Самый обычный лес, если не знать, что кусты здесь разумные.

- А мальчик?

- С ним все будет хорошо. Утром его заберут. Иди, дитя. Не заставляй правителя ждать.

И я пошла, держась за загривок барса. Как хорошо, что он рядом. С ним было спокойно.

Проводниками оказались маленькие светляки. Они мелькали перед глазами, освещая появляющуюся тропинку. Чем дальше я заходила в чащу, тем сильнее чувствовала давление посторонней силы. Она не была враждебной, но все равно внутри тревожно сжималось сердце. Мой защитник успокаивающе порыкивал, будто чуял мое состояние.

- Я не боюсь, - прошептала я ему в бархатное ухо. – Но мне немного не по себе.

Он лизнул меня в нос своим шершавым горячим языком, и я как-то сразу поверила, что все будет хорошо.

К рассвету мы зашли в непролазные дебри. Продираясь сквозь заросли, я радовалась, что не переоделась в свою одежду. В юбке побеждать местные джунгли не с руки. И сапожки классные, ноги почти не устали.

Рассуждая о приспособленности «лесных братьев», я не заметила, как вышла на просторную поляну и уперлась в ствол теплого дерева. Оно было большим. Нет, оно было огромным, человек 10 с натягом могли обхватить темно-коричневый гладкий ствол. Я подняла голову. Ух ты! Густая крона закрывала небо, на котором уже появились утренние розовые всполохи.

- Так вот ты какая, иномирная женщина! – прогудело … дерево.

- Ой, - я попятилась.

- Мр, пш-ш-ш-ш! – зашипел барс и вздыбил шерсть.

Тонкие гибкие ветви, вырастающие прямо из земли, ловко опутали нас и пригнули к траве, покрытой сверкающими каплями росы. Моя малышка испуганно затрепыхалась в животе.

- Не бойтесь, - продолжало дерево, - я всего лишь хочу прочитать ваши души.

Легко сказать – не бойтесь. Это же жуть жуткая – лианы оплели нас коконами, барс вообще шевелиться не мог, а я просто боялась лишний раз дернуться, чтобы прутья не