Пломбир от Ледяного дракона - Риска Волкова

пишет, что хочет прийти сегодня. Проверить… В порядке ли его невеста.

Поморщилась.

– Интересно, как он это будет проверять? Мне кажется, пока я болела, ему не было до меня никакого дела, – сказала я.

– Болезнь и подмоченная репутация, Финни, это разные вещи! – возразила мама.

А мне только и осталось, что молчать. Молчать и надеяться, что хотя бы ночью я сумею покинуть комнату в облике жар-птицы, чтобы найти сестру. Или выяснить, что с ней случилось. Кстати, приезд Оресьева был очень кстати. Разве не удачный случай отказаться от помолвки?

Оказалось, что нет. Князь появился на пороге нашего дома в пять вечера и почти сразу же спросил о пропавшей сестре, ни словом не обмолвившись о ночном госте в моей комнате. Они долго разговаривали с отцом на кухне, а после Михаил Федорович попросил об нашей с ним беседе тет-а-тет. Никто не стал этому противиться, а, оставшись в комнате с ним вдвоем за чаем, я поняла, что все мысли враз куда-то испарились.

У Оресьева был очень тяжелый взгляд. Выносить его было совершенно невозможно, и я больше налегала на душистый напиток и пирожные с кремом, чем делала попытки к разговору. И все же, было нужно с чего-то начать. Хотя, первым начал Оресьев.

– Переживаете по поводу сестры? – в его голосе послышалось неподдельное участие.

Кивнула.

– Каждый бы переживал.

– Верно…, – ответил мужчина. – Полагаю, что вы в курсе, что я видел ваши сообщения в Орден? Как и в курсе того, что я знаю, что произошло на самом деле ночью. Поэтому я не стал утруждать вашего отца излишними подозрениями и упреками. Хотя общество произошедшее явно не оценит.

Усмехнулась. Надо же.

– Какой у вас градус? Вряд ли бы вы смогли ознакомиться с моими сообщениями, если бы…

– Если бы был обычным берендеем или алконостом? – хмыкнул Оресьев.

Я кивнула.

– Да. Прежде я не видела вас. И это заставляет меня испытывать любопытство.

Мужчина рассмеялся, хотя от улыбки его квадратный и мощный подбородок стал казаться будто бы еще тяжелее. А внешний облик стал еще более угрюмым.

– В Ордене есть много тайн… – сказал он. – Думаю, очевидно, что я не самая открытая фигура. Хотя занимаю высокое положение. Выше, чем ваше, Жар-птица.

Улыбнулась. Конечно же.

– Зачем вам брак именно со мной? – спросила мучивший меня вопрос.

– Кое-кто озвучил вам легенду об одаренных детях в случае брака между сильнейшими градусами. Воплощения, соединенные вместе, могут породить нечто новое и сильное. Скажем, мне это интересно. Плюс ко всему, Финника, я давно наблюдаю за вами. Вы уравновешенная, серьезная и храбрая барышня, лишенная излишних эмоций, готовая постоять за себя и близких и ринуться в бой в случае чего. Скажем, вы мне глубоко симпатичны. К тому же, часть того, что я озвучил вашему отцу, тоже правда. Брак на дочери кредитора короны для того, кто долгое время был в опале – выгодный союз.

– А как же любовь? – спросила я.

– Несусветная чушь. Сами в нее верите? Или нахватались от вашей романтичной излишне сестры?

– Вы и об этом знаете? – удивилась я.

– Знаю.

Какое-то время мы молчали, а я боялась. Все боялась сказать то, что была должна. Князь с юмором и скептицизмом отнесся к моей реплике о любви, но… Но я отчего-то совершенно не представляла наш с ним союз. Могла себя представить с Полозом, наших детей, светловолосых и улыбчивых, но вот с Оресьевым все было иначе. Я уважала его. Он нравился мне. Нравился своей прямотой, своей уверенностью, силой, что исходила от него… Но не более того.

– Простите… Вы сказали, что вам нравится моя смелость… – начала я, чуть кашлянув и мысленно проклиная собственную робость, не дававшую говорить нормально. – Но я бы хотела попросить вас об услуге.

– Я весь внимание, – он чуть приподнял седую серую бровь.

– Отзовите ваше предложение о браке. Сейчас весьма удобный случай.

Он улыбнулся, а его улыбка была больше загадочной, чем насмешливой, как обычно. Забарабанил пальцами по подлокотникам кресла, в котором сидел. После посмотрел на меня, а я силой заставила себя на этот раз не отвести взгляд.

– Все же романтическая дурь заполнила вашу прелестную головку, Финника… – протянул он. – Вы любите его? Полоза?

Я растерялась. Любила ли я его? Он мне нравился – это точно. И я могла представить себя с ним, но… Но любовь?

– Это уже мое личное дело.

– Вот как… – хмыкнул мужчина и вдруг поднялся с кресла. – Что ж. Почему бы не пойти вам на уступки? Скажем так, отзывать предложение о браке я не буду, но… Могу гарантировать вам то, что торопить с помолвкой не буду. По-моему, здравая реакция на произошедшее? Ну а вы к этому времени, надеюсь, разберетесь в собственных чувствах. И поймете, что чувства – это не всегда залог счастливого будущего. Вспомните о родителях графа Болотова, дорогая моя Финника. Уверен, вряд ли они воспримут с радостью весть о том, что вместо красавицы благородного происхождения, что они ему подобрали, он решил сделать своей женой купеческую дочку. Пусть и очень богатую. Болотовы старшие помешаны на родовой крови, уж помяните мое слово.

– Благодарю! Это поистине благородный поступок! Я не забуду его.

– Не стоит, – чуть поморщился Оресьев. – Надеюсь, вам хватит ума не разглашать вашим родным тему нашей беседы…

– Конечно же!

– Ах да, кое-что еще. Вы в курсе того, что появилось еще несколько жертв от таинственного убийцы? Одной дамочке, присутствовавшей на мероприятии с чудодейственным чаем, однако, все же удалось спастись. Ледяная магия чудища ее не взяла, вместо этого дав ему отпор. И она уже у нас в Ордене смогла подробно описать то, что видела…

– И что же? – нахмурилась я.

– В тот вечер, когда она шла одна по темному Узорчатому переулку, первое, что она увидела – это огромную крылатую тень над головой. Ну а после снежный вихрь помчался в нее… Затем вспышка… Крик, не мужской и не женский, и после совы… Много белоснежных сов. Все они разлетелись по городу.

– Ужасные события, – сказала я, понимая, что кошмар происходящего уже перестает вписываться во всевозможные рамки.

– Ваша сестра, Финни… Она ведь тоже пила этот чудесный чай в тот вечер?

Я кивнула.

– Да.

– Сделайте выводы сами. Их может быть великое множество. Ну а мне пора. До встречи, прекрасная дева Жар-птица! Уверен, она была не последней.

ГЛАВА 11

Слова Оресьева не давали мне покоя весь остаток дня. Перед нападением одна из жертв видела тень дракона. Но если так, значит