Академия благородных. Чаровница (СИ) - Данберг Дана

— Леди Айвери, — елейным голосом начала я, — мне кажется или вы присутствовали на том моменте, когда декан Сарентон сказал, что я прошла собеседование? Скажете, что у меня были галлюцинации?

Женщина впервые за все время нашего разговора посмотрела на меня, оглядела, будто я товар на рынке.

— А-а-а, эта… — протянула она и отвернулась.

— Леди Айвери! — начала заводиться я. — Может, поясните наконец, почему моя фамилия не попала в список?

— Формы жалоб там, — пилка указала в направлении подоконника.

Жалобы — это отлично, жалобы — это просто замечательно, но не в моем случае. Потому что по факту совершенно недоказуемо, что декан мне что — то обещал, если он это сам не подтвердит.

— Леди Айвери, мне вот интересно, это декан Сарентон слова не держит или это ваша личная инициатива?

Женщина внимательно оглядела меня, лениво так.

— Пошла. Вон. Отсюда. И чтобы на факультете я тебя больше не видела!

— Или что? — сузила глаза я, нащупывая в складках одежды кинжал, который сегодня не брала с собой. Демон!

И мне было из-за чего переполошиться, потому что секретарша закрутила вокруг себя тайфун воздуха. На этот раз ничего не взмыло вверх и не раскидало по кабинету, но только потому, что она просто предупреждала, а не атаковала в реальности.

— Леди Айвери! — взъярилась я и только собралась сказать все, что я об этом думаю (не поможет, так хоть душу отведу), как из дверей своего кабинета вышел декан собственной, так сказать, персоной.

— Что здесь происходит? — искренне удивился он и посмотрел на нас по очереди, хмурясь с каждой секундой. — Леди Дорнтон?

— Это я у вас хотела спросить, что происходит! — запальчиво сказала я, но потом снизила голос. — Я пришла выяснить, почему не попала в список претендентов, а леди Айвери на меня, кажется, собирается напасть.

Неконвенционная война — она такая, да. Я не ябеда, но кое-кто перегнул палку, причем совершенно на ровном месте.

— Леди Айвери? — спокойно повернулся мужчина к своей секретарше.

— Я ей сказала, где взять бланк жалобы, если ее что — то не устраивает.

— И что я там напишу? Что декан Сарантон в этой самой комнате при свидетеле сказал, что я прошла собеседование и если сдам экзамены, то смогу поступить на этот факультет? Только одна печаль, — посмотрела я в упор на декана, — почему-то все, кроме меня, об этом забыли. Наверное, у меня все же были галлюцинации.

— Так, стоп, — мужчина поднял руки вверх, — еще раз, только без эмоций, пожалуйста. На каком месте вы были по результатам спарринга?

— Семьдесят восьмом, а по экзаменам шестнадцатой. Смею надеяться, что вашу проверку на трусость и глупость я тоже прошла.

— Хм… Леди Айвери, будьте добры списки первокурсников.

Женщина протянула несколько листов.

— Так. так. Действительно. Но вас нет в списках прошедших собеседование?

— Но вы же. — я тяжело вздохнула, уже понимая, что вряд ли чего — то добьюсь. Но декан меня удивил.

— Я помню, что говорил, леди Дорнтон, и от своих слов не отказываюсь. Так вы не передумали насчет моего факультета? — спросил он и бросил какой-то непонятный взгляд на леди Айвери, от чего ту аж перекосило.

— Нет, я не передумала, — гордо ответила я.

— Хорошо, пройдемте в кабинет, поговорим.

Я пожала плечами, вошла в двери и села на предложенный стул, стоящий около массивного стола. Проследила, как декан опускается в свое монументальное кресло.

Мы помолчали несколько секунд, потом он заговорил:

— Вам придется приложить много усилий, чтобы выдержать темп учебы, леди Дорнтон. У нас многие девушки со старших курсов уже решили перевестись, даже молодые люди не все выдерживают.

— Мне это подходит, — покачала головой я. — К тому же я могу быть полезна Департаменту.

— Вы так же можете быть полезны и в качестве гражданского консультанта.

— Не так же, — опять не согласилась я. — Знания и умения, которые я получу тут, смогут сделать мою работу… полноценной, что ли?

— Ваш приемный отец, герцог Дорнтон.

— Просил меня не брать?

— Нет, просил за вами приглядеть, но спуску не давать, — усмехнулся декан. — И не перебивайте, когда с вами старшие говорят.

— Извините, — склонила я голову. Неприятно, пожурили как какого-то малолетнего ребенка.

— Герцог не в восторге от вашего выбора.

— Я знаю, но он не запрещал.

— Я не закончил, — декан нахмурился. — Он не в восторге, но просил передать, что он вами гордится.

— Спасибо! — искренне поблагодарила я, но тут же вспомнила о недавнем эпизоде: — То есть вы знали, что я поступила, и.

— Произошла всего лишь досадная ошибка, вам надо было просто подойти ко мне и все выяснить.

Угу, кажется, я даже знаю, как эту “досадную ошибку” зовут…

— Я и пришла выяснить, — чуть обиженно прошептала я.

— Понимаю ваши чувства, — кивнул мужчина, а я поняла, что нет, ничего он не понимает и понимать не хочет, а я перегнула с эмоциональностью.

— Что ж, я очень рада, что ситуация разрешилась. И рада, что вы держите свое слово.

Ух, какой взгляд! Ох, сколько возмущения и, я бы даже сказала, праведного гнева! Я бы впечатлилась, но меня одаривали и худшими, один только разочарованный взгляд герцогини чего стоит.

Я, наоборот, расправила плечи и выпрямилась.

— Кажется, я не давал повода считать, что мое слово ничего не стоит.

— Не давали, — я улыбнулась. — Но что я могла подумать? И я действительно рада, что ошиблась.

— Как вы собираетесь работать в Департаменте безопасности, вообще не имея пиетета перед старшими?

— Честно и добросовестно, — послушным болванчиком закивала я.

Ну а какого ответа он от меня хотел? Да, я себе на уме; да, я временами хамка; и да, мнение очень маленького количества людей для меня хоть что — то значит. Точнее, их всего трое: герцог, герцогиня и Эрик. Ну теперь к этому списку, наверное, можно добавить декана, от которого напрямую зависит, сколько я тут проучусь.

Мужчина тяжело вздохнул, побарабанил пальцами по столу.

— Рад за вас, но лучше поберегите свое веселье до начала занятий. Собственно, я вас пригласил в кабинет, чтобы обсудить еще кое-что.

— Внимательно вас слушаю, — тут же собралась я и с интересом посмотрела на декана.

— До меня дошли слухи, что вам корпус светлых объявил бойкот. Это правда?

— Более-менее, — пожала плечами.

— Могу я узнать подробности?

— Ну… — я задумалась, как бы это сформулировать. Ведь на самом деле ситуация настолько дурацкая, что даже комментировать сложно. — Многие считают, что мне здесь не место.

— И почему же?

— Вероятно, потому, что герцог и герцогиня Дорнтоны не мои настоящие родители, а приемные.

— Но ведь вы полностью вступили в права как приемная дочь, не так ли?

— Так, но я же не буду каждому это объяснять, — я опять пожала плечами. — Это, конечно, странно, что такой вопрос вообще вытащили на суд общественности, но я сделать с этим на данный момент ничего не могу, да и не считаю нужным, если честно.

— То есть вас не особенно волнует, что с вами не желает общаться большая половину корпуса и, возможно, вашего будущего факультета?

Хороший вопрос, да уж.

— Волнует ли меня будущее отношение моих одногруппников? — спросила я декана. — Да, волнует. Собираюсь ли я как-то оправдываться? Нет, потому что не чувствую за собой никакой вины. Если они не в состоянии принять решение герцогов Дорнтонов и ректората Академии, то я их не смогу переубедить.

— Вам было бы гораздо проще, если бы вы соответствовали, — покачал головой декан Сарантон.

— Соответствовала?

— Сила. Магия. Если бы вы владели значительной силой, вас бы не смели задирать.

— Но ведь с этим я тоже ничего не могу сделать. — А вот это было неприятно. Да, мое колдовство уникально, но с точки зрения любого мага — оно ни на что не способно, слабо.

— Уверены? — Я вопросительно приподняла брови. — Леди Амелия, леди Амелия, я ведь не вчера родился и очень долгое время работал у вашего приемного отца в Департаменте. Неужели вы думали, что я не замечу?