Руда Александра - Купи фейка! (СИ)

— Я так рад познакомиться с родными моей невесты! — лучась счастьем, заявил Артур.

— Невесты? — хором удивились родственники.

Инга сделала непроницаемое выражение лица.

— Да! Так рад, так рад! Надеюсь, вы дадите нам свое благословение?

— Инга, этот проходимец зарится на твое богатство! — с ходу определила мать, но Инга не стала ей говорить, что она права.

— Я боевой маг, — обиженно сказал Артур. — Я и сам не беден. Я зарюсь исключительно на Ингу.

— Моего благословения ты не получишь! — заявила мать.

— И моего, — поспешил добавить Игнат.

Матис промолчал.

— Не получу и ладно, — легко отмахнулся Артур. — Мы оба — совершеннолетние и самодостаточные, хотим — поженимся, хотим — разбежимся, правда, упрямая моя?

— Истинная правда, — подтвердила Инга.

— Ты должна нам рабов! — переглянувшись, заявили родственники. — Иначе сво Хич узнает о тебе такое…

— Я все равно буду любить свою царапучую кошечку, — уверил их Артур. — А теперь прошу на выход. Я в своем доме попрошаек не потерплю.

— Погодите! — вдруг осенило Ингу. — Я вам подарю раба. Фенрок, позови Зуматара.

Потный и пыльный Зуматар мрачно появился в гостиной.

— Госпожа? — буркнул он.

— Это мои мама и братья. Они очень настойчиво просят подарить им раба.

— Двух, — вставил Игнат. Артур как бы невзначай скрутил кукиш, потом трансформировал его в кулак и многозначительно им покачал. Игнат несколько побледнел.

Зуматар быстро сложил в уме два и два. О сложных взаимоотношениях в семье Инги он был прекрасно наслышан — после каждого письма из дома, полного требований и упреков, девушка плакала и жаловалась на жестокую мать и лентяя-брата. Она не один раз посылала им деньги, но аппетиты родных только росли. Перспектива оказаться у них в подчинении ужаснула орка, и он упал на колени:

— Госпожа, смилуйтесь!

— Нет уж.

— Я буду вам делать массаж хоть три раза в день!

— Нет.

— Госпожа!

— Видите, — обратилась Инга к родным, — он к вам не хочет.

— А ты слушаешь своих рабов? — удивилась мать.

— Конечно. Особенно, когда они обещают делать мне массаж три раза в день. Одно дело — делать его по приказу, другое — по собственному желанию.

— Ты с ними всеми спишь? — ужаснулась мать своей догадке. Она была известным борцом за мораль, и нравственное падение дочери заставило ее содрогнуться.

— Это тебя совершенно не касается, — ледяным тоном произнесла Инга.

— Я последний раз мирно предлагаю вам убраться, — сказал Артур.

— Если Инга не даст мне денег, то я ее так ославлю, что к ней больше ни один клиент не придет, — пригрозил вдруг Матис.

— Инга прекрасно проживет и на мои деньги, — резонно заметил боевой маг, — а вот вам, уважаемая сво Боде, больше не перепадет ни медячка. Я прям чувствую, что свою тещу я не буду ни любить, ни уважать.

— Ты что выдумал? — тут же зашипела мать на пасынка. — Я тебе ославлю!

— Зуматар вас проводит к ближайшему праздничному порталу, — сказала Инга.

— Сестра! — возмутился Игнат. — А как же рабы? А деньги? А…

— Вам все закончилось, — грустно сказал Артур. — Все началось мне. Кстати, с родственниками у меня отношения прохладные. Вот такие примерно.

Он взмахнул рукой — и оба брата покрылись ледяной коркой. Тонкой, но прочной. Ни шевельнуться, ни вдохнуть они не могли.

Мать завизжала и кинулась на Артура, но ее перехватил Зуматар. Маг щелкнул пальцами и корка осыпалась. Братья с ужасом уставились на жениха Инги.

— Иногда, когда меня злят, — негромко сказал он, — я могу еще холоднее обращаться с родными.

— Не стоит, — выдавил Игнат, — мы уже уходим.

— Пока-пока, — помахал рукой Артур, плюхнулся на диван и подтянул к себе блюдце с печеньем. — Печешь ты, как всегда, выше всяких похвал, Фенрок. Я даже уже жалею, что продал тебя.

— Назад не верну! — предупредила Инга. Она проследила, чтобы желающий выслужиться Зуматар присоединился к ее родственникам и закрыла двери.

— Я тебя спас от матери! Ты мне…

— И Дрока не отдам. Я с матерью двадцать пять лет живу и ничего, как-то без тебя справлялась.

— Выходи за меня замуж! — Артур упал на одно колено и закашлялся, подавившись печеньем.

— Если я выйду за тебя замуж, то мы составим такой брачный контракт, по которому мои рабы останутся моими, — предупредила Инга.

— Ох, кошечка, когда ты уже устанешь царапаться?

— А когда ты устанешь меня доставать? — Инга упала в кресло и обратила внимание на Дрока. — Ты чего тут до сих пор стоишь? Иди к себе и не показывайся мне на глаза, пока не выздоровеешь, герой. Артур, у меня есть фей. Ты идешь к эльфам, которые живут с феями, вот и бери фея.

— Я из другого мира, госпожа, — заметил Аррон, скромно стоявший в уголке. — Я из другого клана.

— И что? Ты же все равно фей.

На губах Аррона появилась легкая улыбка.

— Все сложнее, госпожа. Если захотите, я вам позже расскажу. Мне позволено будет дать вам совет?

Инга кивнула.

— Поселите господина Артура в этом доме. Пока Дрок болеет, они смогут вместе разработать операцию, и потом, если вы останетесь непреклонны в своем решении, господину все равно будет легче выполнить задание.

— А это мысль! — проговорил маг. — Спасибо, фей.

— Проведи его в гостевую, — велела Инга. — А я иду спать. У меня, между прочим, выходной.

Свою угрозу она осуществила сполна, проснувшись под вечер. Голова гудела от пересыпа, живот бурчал, напоминая, что кроме пары ягод и печений в нем ничего не было с утра.

Открыв дверь спальни, Инга едва не наступила на дремавшего в коридоре Фенрока.

— Что случилось? — испугалась она.

— Ничего, госпожа. Я ждал — возможно, вам понадобятся мои услуги.

— Ужин есть?

— Да, госпожа. Принести?

— Нет, я поем на кухне.

Инга зашла в комнату к Аррону. Он валялся на диване, читал химическую энциклопедию и прихлебывал медовую воду из кувшина. Увидев хозяйку, он легко склонил голову, но с софы не встал.

— Пугает меня Фенрок, — поделилась Инга. — Как-то он себя подозрительно ведет.

— Он вас обожает, — сказал Аррон. — Вы единственная женщина, которая снизошла к нему, как женщина. Богиня.

Инга обхватила себя руками и поежилась. Становиться чьей-то богиней она никак не желала. Ответственность слишком большая.

— Он с детства учился у шамана. А шаман требовал поклонения. Так он поклонялся ему, потом — сотнику, потом — первому рабовладельцу и так далее, до Артура. Вы вспомните, как он об любовных похождениях мага рассказывал! С гордостью. Теперь обожает вас.