Ольга Шиленко - У меня все будет Хорошо!

— Ты знаешь, когда я была молодой…

— Пэм!! — укоризненно сказала Суокки — ты и сейчас молодая!

— Ахахаа — рассмеялась она — спасибо, малышка, но когда-то я все же была столь молода как и ты, и тайно вздыхала по одному мужчине, думаю, он догадывался о моих чувствах, но не компраментировал меня никогда, ему было приятно мое внимание, и в любом случае, поскольку он был старше и опытнее меня, это осталось между нами. Я знаю Эрика уже очень давно, поверь, он никогда не покажет тебе, даже если так думает, свое пренебрежение или неуважение и уж в последнюю очередь будет смеяться. Скажу тебе честно, хоть и не должна, он тоже переживает, по-своему конечно, но ему не все равно.

— Ты говорила с ним? — спросила Суокки

— Пусть это останется моей тайной, малышка

Настаивать девушка не стала, Пэм все равно ничего бы не рассказала.

— Ну все, твои волосы теперь спокойно могут идти спать — улыбнулась она — ты успокоилась?

— Угу, спасибо — и она поцеловала женщину в щеку, — до завтра

Шаги в коридоре стихли.

— Ну, что я тебе говорила? — сказала Пэм, выходившему из будуара Эрику. Он молча налил себе виски.

— Я не говорил тебе, что переживаю о случившемся — сказал он Пэм

— А мне и не надо твое слово, чтобы знать об этом — фыркнула она

— Ты забываешься Пэм

— И что? Чтобы проучить меня, ты еще раз притащишь эту рыжую соплюху и оттрахаешь у меня перед носом?

Эрик удивленно смотрел на Пэм

— Ты определенно изменилась… что тебя так задело, Пэм?

— Эрик, мне небезразлична эта девочка, для тебя это я полагаю очередное развлечение — она хитро посмотрела на него — или я ошибаюсь?

— Тебе же не нужно мое слово, чтобы знать — ушел он от ответа, и улыбнулся

Она как мудрая женщина просто промолчала

— Эрик, тебе столько лет, а ты повел себя не лучше, чем она, вы оба словно маленькие дети. Ты относишься к ее поступку как к поступку зрелой расчетливой женщины, но это в корне неверно. Она уже не ребенок, но еще и не женщина, она только начинает делать свои первые шаги во взрослой жизни, понимаешь? У нее и в мыслях не было оскорблять тебя или играть с твоими чувствами. Ну ты же сам сейчас все слышал!

— Я услышал тебя, Пэм. И мне пора, до завтра

Дом уснул, Эрик неслышно вошел в комнату Суокки. Она спокойно и ровно дышала. Он так давно ее не видел. Он не позволял себе. Эрик протянул к ней руку, и одернул. "Ты больше не властна надо мной" — сказал он, только непонятно, кого он хотел этим обмануть?

15 глава

Тара обижалась, что ее с собой не берут, но Пэм сказала, что она там правда будет не нужна. Они должны были выехать днем, чтобы к вечеру прибыть в дом друга Пэм, переночевать, на следующий день отметиться на торжественной церемонии в центре города, а вечером посетить ярмарку, еще одну ночь переночевать, и вернуться домой. Таков был план. Вещей взяли совсем немного, по четыре платья на нос, Пэм во время предупредила, что незачем брать с собой старые наряды, когда можно купить там новые.

В общем, экипаж тронулся.

В дороге особо заняться было нечем, девушка успела и почитать, и пораскладывать пасьянсы, и даже подремать, время тянулось ну оооочень долго, сосало под ложечкой в предвкушении встречи. Уже порядком стемнело, когда карета вдруг остановилась посреди лесной дороги. Лошади заржали и встали на дыбы.

— Cиди и не высовывайся! — серьезно сказала Пэм, и вышла из кареты

Суокки услышала несколько громких мужских голосов, вдруг открылась дверь и ее потянули за шиворот вон из экипажа, она шлепнулась прямо на дорогу, и находилась в диком испуге. Над ней склонилась грязная мужская рожа:

— Вау, посмотрите-ка какая тут у нас куколка — и он больно ущипнул ее за щеку, она в отвращении попятилась назад, скривив гримасу, его это только раззадорило

— Что, я не слишком хорош для тебя, сучка? — его мысли врезались ей в голову, и ей захотелось заорать что есть мочи, но она уже знала, что крики его только больше возбуждают. "Спокойно, Суокки, не дергайся" — успокаивала она себя и все пятилась и пятилась назад. Грязный мужик отощел от нее, видимо, к их главарю, Суокки слышала лишь обрывки фраз, из них она поняла, что их она не интересует и главарю плевать, что с ней будут делать, ужас прокатился по спине холодными струйками пота. "Сейчас или никогда, вперед!" — сказала она себе и рванула что было сил в лес, к сожалению, бежала не долго, сзади ее кто-то настиг, повалил на землю, она упала, но попыталась встать и снова убежать, и в этот момент только звенящая боль в скуле заполнила ее, и она вырубилась.

Глаза она открыла не сразу, голова раскалывалась, во рту пересохло, а еще она ощутила жуткий озноб, сознание приходило медленно; когда же она наконец смогла смотреть, все двоилось и разъезжалось, затем она поняла, что сидит спиной к дереву, руки ее связаны, правый глаз сильно опух. "О нет!!!" — к ней приближался какой-то из тех уродов, что напали на экипаж.

— Очнулась? Отлично, ребята уже готовы развлечься, ждали только даму — он улыбнулся гнилыми зубами жуткой ухмылкой маньяка. Он схватил ее за плечо и сжал его во всю силу, Суокки захотелось завыть от боли, но она сдержалась, он грубо потащил ее к костру:

— Шевели ногами, титулованная шлюха! — урод толкнул ее и она упала лицом в землю совсем рядом с пепелищем, послышались одобряющие жуткие мужские смешки. Суокки лежа на земле, постаралась оглядеть всех и вычислить, сколько из них реально ненормальны, а кто просто подчиняется

— Я сказал, бери его! — заорал один из них — Ты что, тварь, оглохла? — он приблизился к ней совсем рядом и Суокки увидела, что перед ней он трясет своим обвисшим членом, она поняла, что еще чуть-чуть и ее вырвет, даже не столько от вида этого убожества, но от удушающего запаха, в этот момент этот псих схватил ее за волосы и ткнул лицом прямо себе в пах, Суокки не смогла сдержаться и ее вырвало прямо на него. Он озверел и со всей силы откинул ее, а затем пнул ногой под дых, сознание поплыло, "слава Богу, лишь бы отрубиться совсем" — была ее последняя более менее вменяемая мысль. Дальше произошло что-то необъяснимое: вдруг дикими воплями поочереди стали вопить мужчины, слышались звуки рвущейся плоти, трескавшихся костей, какие-то хлюпание и бульканье…Она постаралась открыть свой единственный дееспособный глаз, ей почудился Эрик, или она совсем сошла с ума? Нет, совершенно четко это был он, весь в крови, стоял он боком к ней, пламя огня осветило лицо — весь рот вымазан кровью, она стекала с него и капала на землю, она должна была испугаться, но напротив, она испытала радость, что он убил их всех и спас ее от страшных вещей, что они хотели сделать с ней, жаль, он не мог избавить ее от кошмаров, что она прочла в их проклятых головах, но не это было сейчас главным, главное, что она осталась жива!