Не буди во мне ведьму, эльф! - Юки

лучше не думать о плохом. Ведь мироздание может прислушаться к вам.

На четвертом пролете, когда до выхода оставалось всего ничего, каблук на одной из туфель сломался, и я, нелепо взмахнув руками, как птица полетела вниз. А дальше удар, темнота, и мысль в угасающем сознании: «Интересно, сильно ли будет горевать Артур, если меня не станет?»

Глава 2

В этот раз я очнулась сразу, будто меня включили. И ощутила странное тепло, будто рядом горел костер.

Распахнув глаза, я в шоке уставилась на стоящих рядом мужчин. Что происходит? Где это я?

Хмурого красавчика с длинными серебристыми волосами я узнала сразу. Тот самый, которого я увидела в кровати с какой-то бабой. Тот, кого я пнула со злости. Ушастый.

Ой, мамочки…

Я перевела взгляд на второго мужчину, бородатого и седого, в просторных белых одеждах, и это окончательно ввергло меня в ужас. А все потому, что у него светились руки.

Что это? Я что, сплю и мне все это мерещится?

Реальность пошатнулась, и я чуть снова не отключилась. Ох, надеюсь, я не чокнулась от горя, что мой благоверный мне изменил…

— Что с ней, доктор? — спросил ушастый блондин, глядя на меня так, будто хотел убить взглядом. Вот только его низкий, мелодичный голос прозвучал так, что у меня мурашки пробежали по коже, и отнюдь не от страха.

Вышеобозначенный доктор хмыкнул задумчиво.

— Что-то странное с энергетикой, но в целом все в порядке, и ушиб на затылке я залечил после падения. Советую хотя бы до вечера соблюсти постельный режим. Позже еще приду и проведу осмотр. Извольте откланяться, ваша светлость.

— Благодарю, доктор. Можете быть свободны, — властно отозвался мужчина, и его слова прозвучали как приказ.

А когда дверь за мужчиной закрылась, ушастый недоэльф повернулся ко мне с грозным видом.

— Ну и что это было, дорогая? Изволь объясниться!

Я изумленно захлопала ресницами, все больше теряя связь с реальностью. Мало того, что тело будто не мое, так еще и этот… бабник мне что-то предъявляет!

— Что? Ты кто такой? — растерянно выдавила я, усаживаясь в постели.

Взгляд мужчины из яростного стал обеспокоенным.

— Ты, видно, и правда умом тронулась от удара, — покачал он головой. — Мужа своего не узнаешь.

Похоже, я попала в какой-то извращенный кошмар. А может это ад, и в качестве наказания у меня неверные мужья?

Я мрачно рассмеялась этой мысли, и лицо мужчины вытянулось.

— Мужа, значит? — бросила я саркастично, понимая, что мой глюк недалек от правды, и я сошла с ума. — А та баба в твоей постели, видимо, массаж тебе делала, да?

Глаза его светлости сверкнули опасным огнем, и он навис надо мной, щекоча мне лицо своими волосами.

— Раньше тебя это не волновало, Амелия, — холодно произнес он, словно его измена была обыденностью.

Я поморщилась от незнакомого имени, но приняла правила игры своего личного бреда. Подыграю, а там, глядишь, меня откачают. Если, конечно, не ошибаюсь, и не застряла в этом странном иллюзорном мире навсегда.

— А теперь волнует, — подражая тону мужчины, ответила я.

— С каких пор? — поднял бровь «эльф». — Мы почти половину тысячелетия вместе, и наш брак давно лишь видимость. Хватит нести бред и сейчас же извинить за то, что сделала! Передо мной и моей фавориткой?

Этот бредовый диалог начал мне надоедать. Какая к черту половина тысячелетия?

А последние слова мужчины и вовсе разбудили во мне злость. Мало мне было в реальности измены, я что, теперь должна терпеть ее еще и в собственной галлюцинации?

Откуда-то взялись силы, чтобы встать с кровати, хотя до этого чувствовала жуткую слабость. Мужчина тут же отпрянул, будто боясь заразиться от меня чем-то. А я прошипела рассерженной гадюкой, медленно надвигаясь на него

— Извиниться? За то, что помешала тебе трахаться с другой?

Я ткнула «эльфа» пальцем в грудь, и лицо моего якобы мужа скривилось так, будто он целиком сожрал лимон.

— Фу, Амелия, ты опять со своими ведьмами встречалась? Где твое воспитание?

— Видимо, там же, где твоя верность, муженек!

Меня понесло, хоть это и был не мой муж. Но на нем я отрывалась за своего благоверного, который был повинен не только в измене, но и в том, что я оказалась здесь. Кстати, что это все же за место? Не может же быть галлюцинация такой реальной?

— А ты изменилась, — схватив меня за плечи мужчина, сжав так, что я ойкнула. — Не знаю только, нравится мне это или нет.

Я вспыхнула, сама не знаю от чего — смущения или ярости. Да что он о себе возомнил?

Рука взметнулась вверх сама собой, готовясь залепить мерзавцу пощечину. Но тут вдруг глаза мужчины расширились…

Следующие несколько мгновений растянулись в вечность, словно я смотрела кино в замедленной съемке. Вот до ушей донесся дребезг разбитого стекла, а следом я услышала какой-то свист. И тут же мужчина дернул меня на себя, разворачивая и закрывая собой.

— Кха! — с шумом выдохнул «эльф», и его лицо побелело.

А потом он обмяк у меня в руках, и его глаза закатились.

Глава 3

Холодея от страха, я глянула ему за спину, и с ужасом увидела разбитое окно.

Что это? В нас что, стреляли?

Мысли путались, и я почти на автомате оттащила мужчину подальше, а потом усадила своего спасителя у стены. Верней, попыталась, потому что этому что-то мешало.

Закашлявшись, побледневший эльф завалился вперед, открыв мне вид на спину, и меня чуть не стошнило при виде торчащей между его лопаток стрелы. Кровь пропитала всю рубашку мужчины, и я с дрожью посмотрела на пальцы, окрасившиеся красным.

Боже, так это мне не снится? Не может быть сон таким реальным! Что, черт возьми, тут происходит⁈

Снова накатила дурнота, но я усилием воли подавила ее, понимая, что для этого не время. Что те, кто стрелял, могут в любой момент заявиться сюда и закончить свое дело.

Паника накрыла с головой, и я подскочила на ноги, собираясь найти хоть кого-то, кто сможет помочь. Но мужчина, очнувшись вдруг, схватил меня за руку, удержав на месте.

— Подожди, я приведу целителя! — воскликнула я, пытаясь отцепить его от себя.

— Поцелуй меня! — потребовал вдруг ушастый хриплым и тихим, но вполне себе уверенным голосом.

Я опешила, застыв на месте, и посмотрела на него, как на сумасшедшего. Он это сейчас всерьез?

— Что? — выдавила из себя, надеясь, что мне послышалось.

— Целуй, говорю! — прорычал с искаженным от боли лицом мужчина, притянув меня к себе