Эпоха сияния - Шари Л. Тапскотт

все торжествовали, мне не давало покоя дурное предчувствие, хотя я старался не обращать на него внимания. Всё-таки все монстры исчезли, и нам нечего было бояться.

Кассия не пошла по людным улицам, вместо этого она повела меня вдоль городской стены, позади разрушенных коттеджей в восточной части Аровуда.

— Ты сегодня какая-то тихая, — отметил я. Мы шли так близко, что время от времени наши руки касались друг друга.

— Я немного нервничаю. — Она виновато улыбнулась, как будто сомневалась, что вправе испытывать подобные эмоции. — Я, безусловно, мечтаю увидеть твоё королевство, познакомиться с твоей семьёй, но вдруг они меня не примут?

Я взял Кассию за руку и потянул на себя, чтобы она развернулась лицом ко мне.

— Они полюбят тебя, — заверил я.

— Почему ты так уверен?

— Они полюбят тебя, потому что я…

В горле застрял ком, сердце превратилось в кувалду.

Скажи ей.

Ну же, скажи ей об этом сейчас.

— Что? — спросила она. Она сделала шаг ко мне и поймала мой взгляд.

Так и не решившись (и презирая себя за это), я ушёл от ответа:

— Потому что… А как иначе?

Кассия улыбнулась, хоть и выглядела слегка расстроенной. Это стало своего рода нашей игрой, хотя скорее раздражающей, чем весёлой. Каждый надеялся, что другой признается первым.

Я должен был набраться смелости и сделать это, но язык немел каждый раз, когда я пытался. Просто жалкий трус.

— Ты будешь не одна. — Я сжал ладонь Кассии. — С тобой буду я. И Амалия, и Риз.

Она вскинула бровь.

— Ты уверен, что с Ризом мне будет легче добиться расположения твоих родителей?

Я засмеялся, качая головой. Моей сестре-двойняшке с её мужем предстоит серьёзный разговор по приезду в Ренову.

— А если они будут против? — тихо спросила Кассия. Её лицо выражало искреннее беспокойство. — Что, если они запретят нам жениться?

— Такого не будет, — пообещал я. — В моём королевстве принято, чтобы наследный принц сам выбирал свою будущую королеву. Я выбрал тебя, Кассия. Вопрос решён. Такие у нас традиции.

Принцесса кивнула, но не выглядела убеждённой.

Я отпустил её руку, заправил прядку волос за её ухо и тихо произнёс:

— Если это поможет тебе избавиться от страхов, то мы можем сыграть свадьбу здесь, а потом отправиться в Ренову. Я согласен на любой вариант, как тебе больше хочется. Я же больше всего в жизни хочу видеть тебя счастливой.

Кассия посмотрела мне в глаза в темноте. Я думал, что она сейчас что-то скажет, но вместо этого она приподнялась на носочках и прижалась к моим губам в сладком поцелуе.

— Я только после тренировки, — напомнил я, хотя сам хотел, чтобы она продолжила. — Я весь грязный.

Принцесса отстранилась, чтобы вновь заглянуть в мои глаза.

— На тренировке ты выглядел очень мужественно. — Она понизила голос, словно собиралась поведать мне какой-то неприличный секрет: — Клянусь, у меня сердце затрепетало.

Моё лицо вспыхнуло. Я покачал головой, как будто она сказала что-то нелепое.

Она рассмеялась, но в следующий миг посерьёзнела.

— Я не хочу тайной свадьбы, Бритон. Возможно, это покажется слишком банальным в наших обстоятельствах, но мне важно получить благословение твоей семьи.

— Если мы поженимся здесь, сегодня, перед отъездом, с тобой будут твоя мама и Эдвин.

Печаль пролегла на лице Кассии, но она быстро справилась с эмоциями.

— Да, и я солгу, если скажу, что не хочу этого. Но проводить церемонию здесь кажется трусостью.

Я вскинул бровь, развеселившись.

— Хочешь сказать, что твой брат поступил как трус, когда уговорил Амалию тайно пожениться в Ренове?

Кассия расхохоталась.

— Однозначно. Но справедливости ради, у них были немного другие обстоятельства.

Кивнув, я успокаивающе провёл ладонью по спине Кассии.

— У меня добрые родители, они будут в восторге от тебя.

— Надеюсь, — тихо отозвалась она.

— Всё будет хорошо, — пообещал я и заключил её в объятья, надеясь, что мои слова окажутся правдой.

Да, у меня добрые родители, но как они отреагируют, когда узнают, что я привёл невесту с другой стороны Разлома?

Уповал лишь на одно: быть может, они будут так рады видеть меня живым, что закроют глаза на тот факт, что Кассия — принцесса Дрейгана.

2

РИЗ

— Вы не можете просто уехать в Ренову, — причитал управляющий моего отца, причём уже не в первый раз. — Только не сейчас.

Я слушал его, опустив голову на руки и уперев локти в стол. В основании черепа уже маячила головная боль и грозила распространиться. Я сидел на месте отца в зале стратегий, но даже с короной на голове я всё ещё не мог до конца осознать то, что его больше нет.

Скорбь — скользкий противник. Когда тебе кажется, что ты уже справился с горем и можешь жить дальше, взгляд падает на что-то — картину, книгу, что угодно, что напоминает тебе об ушедшем, — и боль утраты вновь обрушивается на тебя.

У меня не было времени должным образом оплакать смерть отца. Возможно, из-за того, что к скорби примешивалось чувство вины, эти чувства сдавливали мою грудь, не давая дышать.

Однако сейчас меня мучало другое.

— …безответственно, — закончил Северин. И, словно бы не удержавшись, добавил: — Эдвину бы такое даже в голову не пришло… Ваше Величество.

Решив, что с меня хватит, я хлопнул ладонями по столу и поднял взгляд на управляющего. Я уже несколько дней спускал ему это с рук чисто по доброте сердечной, понимая, что он, как и многие другие, кто работал на моего отца, чувствовали себя потерянными. Все были уверены, что престол унаследует Эдвин, а не я. Многие не понимали и не знали, как смириться с таким поворотом событий.

Но всему есть предел.

— Как долго ты служил моему отцу, Северин? — спросил я.

Мужчина выпрямился, вздёрнув острый подбородок.

— Почти тридцать лет.

— Большой срок, — отметил я.

Он отрывисто кивнул, обрадовавшись, что я наконец-то признал его превосходящий опыт в королевских делах.

— Вы человек чести, верный поданный, всеми уважаемый член отцовского совета. Назовите город — любой в Дрейгане — и я дарую вам земли, куда вы сможете отправиться на заслуженный отдых.

У него дёрнулся глаз.

— О-отдых, Ваше Величество?

Казалось, ему сейчас станет плохо.

— Если вы прослужили моему отцу тридцать лет, значит, он назначил вас своим управляющим, когда его короновали. И как бы это ни было тяжело, я понимаю, что должен выбрать своих собственных советников.

Северин растерянно уставился на меня, открывая и закрывая рот, словно не мог подобрать слов, которые бы выразили весь его ужас.

— Любой город, — повторил я. — Я, конечно же, не прошу Вас