Пряничный дом леди-попаданки, или медовое (не)счастье - Элен Славина

Я всё ещё не понимаю, где нахожусь, и меня это жутко бесит. Даже если я иногда и теряла сознание, я всегда потом оказывалась в том же самом месте, где была в начале. Но сейчас всё было иначе.

Укол мне вкалывали в больнице на Петровской улице, а сейчас я находилась в совершенно ином помещении. Это была не палата, а скорее апартаменты знатной дамы. Все эти канделябры, дорогие шторы и портьеры, балдахины и мебель говорили о том, что я в каком-то богатом доме. А что, если я случайно оказалась на съёмках нового исторического фильма?

Надо поискать камеры, статистов, актёров.

– Это наверняка декорации! - Радостно вскрикнула и, вскочив на ноги, побежала к окну. Однако поскользнулась на скользком полу и, схватившись за ближайший стул, удержалась на ногах. - Уф, чуть не улетела.

Посмотрела на девушку и подумала, что сейчас она улыбнётся и скажет мне всю правду. Про съёмки, актёров и дурацкий розыгрыш. Но ничего такого не произошло. Девушка продолжала стоять возле кровати и перебирать свой изрядно помятый фартук.

– Ну ладно, - пожала плечами и подошла к окну, осторожно отодвинула тяжёлые шторы и взглянула на улицу. Я, конечно же, ожидала увидеть улицу, машины и людей, ну или площадку с декорациями. Всё что угодно, только не то, что сейчас предстало у меня перед глазами.

Улица была загружена, но не автомобилями или общественным транспортом, а красивыми экипажами, запряжёнными тройкой или пятёркой лошадей. По мощёным тротуарам прогуливались дамы в пышных кринолиновых платьях, сопровождаемые благородными джентльменами во фраках и чёрных цилиндрах. Напротив окна, из которого я смотрела, увидела большой и красивый особняк с колоннами и резным балконом.

– Где я? Ничего не понимаю, - испуганно спросила и посмотрела на девушку, надеясь, что она мне сейчас всё объяснит. - Какие-то реалистичные съёмки фильма? Режиссёр с продюсером купили целую старинную улицу для своего фильма?

– Госпожа, вы сейчас находитесь в столичном доме вашего мужа. Только я уже не уверена, что князь Доэрти ваш муж.

– Правильно, что не уверена. Этот напыщенный индюк мне вовсе не муж. Я вообще, не замужем.

И тут я заметила в углу зеркало и поспешила к нему. Мне не терпелось увидеть, что же случилось с моим лицом. Возможно, князь не просто так от меня отвернулся и даже поморщился. Подойдя к высокому зеркалу, я замерла, не в силах произнести ни слова. Меня обдало жаром, а потом резко накрыло волной колючих мурашек. В висках застучало, и я ощутила металлический привкус во рту. Живот скрутило спазмом боли, и я схватилась за раму зеркала, только чтобы не упасть.

На меня смотрела незнакомая мне девушка, которую я вообще первый раз в жизни видела. Это точно была не я. Я не могла быть той, которая сейчас отражалась в этом зеркале, и дело даже не в том, что моё лицо всё ещё было опухшим. Один глаз был заплывший, губы опухли и напоминали два перекормленных пельменя.

Нет. Не это было самым страшным.

Я много раз видела себя в таком виде. Всё же аллергия на пчёл у меня была с детства, но несмотря на это я выбрала профессию кондитера, как моя бабушка. Уж больно я любила смотреть на бабушкины руки, которые словно крылья бабочки порхали над тестом и вытворяли такое, от чего глаза горели звёздами. А потом всё это можно было попробовать и насладиться настоящим гастрономическим счастьем.

Сейчас на меня смотрела совершенно незнакомая мне барышня. Являясь по своей природе обладательницей рыжих волос, я давно с этим смирилась. И с веснушками, которые шли в придачу к рыжему цвету, и с розовой кожей, которой лучше вообще не встречаться с солнцем. А ещё я обожала делать короткую стрижку. Волосы не мешали и всегда были в идеальной форме.

А сейчас передо мной стояла стройная брюнетка с длинными тёмными волосами до лопаток. Именно стройная. Сорочка была размера сорок четвёртого, и она хорошо на мне сидела. Я же, будучи кондитером, была пухленькой и совершенно этого не стеснялась, а даже считала это своим достоинством. Все мои бывшие обожали мои формы и говорили, что настоящий мужчина не собака, на кости не бросается. А тут худышка, стройняшка.

Я расстегнула пуговицы на вороте сорочки и посмотрела на себя обнажённую. Белья, естественно, никакого не было. Я даже удивляться перестала. Ну всё правильно. Грудь еле дотягивала до второго размера, животика не было, ноги как и руки стройные и худые.

– Это не я, - обречённо произнесла я и тяжко вздохнув посмотрела на девушку.

– Госпожа, но что же тогда делать? Если вы не жена князя, то кто же вы такая?

– Я не знаю, - пожала плечами и опустилась в ближайшее кресло.

Но долго отдыхать мне не дали, потому что в следующее мгновение дверь распахнулась и в покои ворвались двое незнакомых мне людей. Они резко подскочили ко мне и, схватив под локти, повели прочь из апартаментов.

– Что происходит? Кто вы такие? Оставьте меня в покое! – кричала я, отчаянно пытаясь вырваться.

– Приказ князя – избавиться от вас и отправить подальше отсюда.

Глава 3. Старый старый дом.

– Куда вы меня ведёте? - Возмущалась я, пока меня выводили из покоев и вели по коридору в сторону выхода из дома. - Я официальная жена князя Доэрти. Отведите меня к хозяину этого дома.

– Князь Доэрти уже уехал и дал нам чёткие указания, что с вами нужно делать.

— И что же? — спросила я, оглядываясь вокруг и не веря своим глазам.

Я действительно оказалась в незнакомом доме, который выглядел очень красиво и дорого. Об этом свидетельствовали богатая отделка, портреты в позолоченных рамах на стенах, кованые канделябры и шикарная лестница, застеленная красным паласом.

– Вы должны покинуть этот дом немедленно и больше никогда не переступать его порог. Судя по его словам, вы одна из тех самозванок, которые так и норовят оказаться его законной супругой.

– Но я… не самозванка, - неуверенно произнесла, сама не веря в то, что говорю.

– Барышня, милая. Это не мне решать. Я лишь выполняю приказы хозяина Доэрти.

Затем меня грубо усадили в какую-то повозку, накрыли старым, довольно пыльным покрывалом и крикнули извозчику, чтобы он трогал.

Когда повозка тронулась, я вздрогнула и, покачнувшись, повалилась на полную корзину с яблоками.