Воскресшая тень - Анастасия Пименова

От собственного бездействия хочется закричать, но я лишь смотрю. Внутри нарастает чувство безнадежности, и я ощущаю, как сердце замирает, отказываясь принимать этот ужас.

Они всё пытаются и пытаются завести её сердце обратно, но ничего не выходит.

Мне хочется рвать на себе волосы.

Я даже слышу треск, кажется, её ребра не выдерживают и ломаются.

Время длится слишком долго, словно пытка, и мы уже приземляемся, когда тело Норы перекладывают на каталку и везут в неизвестном направлении.

Врачи обсуждают что-то между собой, а я могу лишь следовать за ними, видя, как рука Норы так и свисает, а с неё на белую плитку капает кровь.

Они скрываются за дверьми, куда меня дальше не пускают, говоря, что сейчас будет проводиться операция и я буду только мешаться.

Остаюсь стоять в коридоре, где мимо меня проносятся люди.

Я не шевелюсь и могу смотреть лишь на ту дверь. Мыслями не здесь, а с Норой. Хочу понять, что произошло, но сейчас это волнует меня меньше, чем её состояние. Главное, чтобы она выжила. Да. Моя сестра борец, у неё обязательно получится. Я верю в неё. Она не умрет так легко.

Меня задевают плечом, и я сажусь на ближайший стул, смотря на руки, которые окрасились кровью Норы.

Теряюсь во времени и только прихожу в себя, когда слышу родной голос.

– Доусон! – я поднимаю взгляд на своих родителей, видя, как они движутся по коридорам в мою сторону.

Их одежда говорит о том, что они были на каком-то мероприятии и сразу же поехали сюда, как только узнали.

Я встаю, а мама кидается в мои объятия.

– Что случилось? Что с сестрой?

– Она на операции, – отвечаю тихо, замечая, как родители вздрагивают.

Они молчат и садятся в полной тишине на свободные стулья, и я рядом.

Мама сжимает мои пальцы до такой степени, что они становятся белыми.

Позже появляется мистер Абрамс и… Рован с Николасом.

Изнутри меня охватывает злоба, когда вижу первого. На кой чёрт он здесь? Я всё ещё виню себя за то, что не сразу увидел, что он сделал с моей сестрой. Что он посмел причинить физическую боль. Грин, сторонний человек, заметил, а я – родной брат… нет.

Мои родители подходят к мистеру Абрамсу, а я к парням.

– Что ты здесь забыл? – спрашиваю у Рована.

Ранее я считал его другом. Да, Рован человек непростой, со своими тараканами в голове, однако ранее я никогда не думал, что он способен причинить вред девушке. После произошедшего уже в этом не так уверен.

– Я узнал, что случилось. Что с ней?

– Тебе то какое дело, Рован. Ты не член семьи, и вы даже с ней не друзья…

– Что с ней? – перебивает и не дает договорить мне, а я только сейчас обращаю внимание на его глаза. В них слишком много тьмы. Эта тьма, как бездонная пропасть, поглощает свет, оставляя лишь холодное свечение страха. Он смотрит на меня, и в этом взгляде я чувствую, как пульсирует нечто тревожное и незримое.

Николас молча наблюдает за нами, и он слишком бледный, что совсем непохоже.

– Почему ты такой бледный? – игнорирую Рована и обращаюсь к Нику.

Последний бросает взгляд на Гарнета, будто спрашивая разрешение на то, чтобы ответить.

– Что, мать вашу, происходит?! Почему ты смотришь на него, Ник?

– Нора упала со скалы.

– Я знаю.

– Да, но не знаешь, почему именно… Я был там.

– Что?

– Что с ней, Доусон? – перебивает вновь Рован, и я хватаю его за плечи, ощущая потребность в том, чтобы хорошенько врезать ему. Сдерживаюсь. Ведь мы в больнице.

– Она на операции! И я также пока, как и вы, ничего не знаю. А теперь, Ник, ответь мне. Что там случилось?

– Это был несчастный случай, Доусон, – начинает он, – парни хотели запугать Рэйвен… ту девчонку Грина, а после появилась Нора и помешала. Рэйвен собиралась спрыгнуть, но Нора остановила её, а сама… оступилась и упала. Рэйвен сбежала, а мы с парнями сразу же спустились и вытащили её.

Я замер и опустил руки, пустым взглядом взглянув на пол.

Несчастный случай.

Сестра всегда искала приключения на свою задницу и в этот раз тоже нашла. Она всегда пыталась помочь тому, кто слабее… Чёрт, Нора. Хренов Грин и Рэйвен. Если бы он лучше присматривал за своей девчонкой, то этого всего могло не быть. Освальд с Уэсли не лучше, тоже нашли кого запугивать.

Я вновь опустился на стул, больше не смотря на них. Лишь позже почувствовал, как Рован сел рядом.

Всё ещё не понимаю, что он тут делает. Он вообще должен быть ещё в карцере. Взглянул на него, понимая, что на лице не отражается ни единой эмоции. Мне всегда было непонятно, что они с сестрой не поделили. Почему возненавидели друг друга? Рован никогда, кроме Норы не мстил девчонкам. Он видел в них только тех, кто может помочь с определенными физическими потребностями. Я сразу предупредил его насчет сестры, что, повзрослев, она не пополнит его ряды похождений, иначе я убью его, однако это и не потребовалось. У них была только ненависть до тех пор, пока не появился Кайден. Тогда Рован переключился на него, а парни на Рэйвен. Их бесило то, что кто-то из бедняков обрел шанс на бессмертие, но не Рована… нет… Он будто испугался, ведь заметил потенциал в Грине. Я видел, каким взглядом он смотрел на Грина. Так, будто способен на убийство в таком возрасте.

Я прикрыл глаза всего на секунду, как мне показалось, а когда открыл, то увидел врача, выходящего из тех самых дверей.

Мне не понравилось выражение его лица, которое выражает скорбь. Его губы плотно сжаты, а брови слегка нахмурены.

Я вскочил со стула и подошел, как и мои родители. Рован тоже остановился рядом, а Николас и мистер Абрамс немного поодаль.

– Что с нашей дочерью? – спросил отец, и в его голосе прозвучали властные нотки.

– Она жива, – тут же ответил врач, и из моей груди, как и у мамы, вырвался выдох облегчения, – однако… возникло множество проблем. Так как она упала с высоты, то в воде ударилась о камни, так как там было недостаточно глубоко. У неё был разрыв некоторых органов и внутренние кровотечения, – всё во мне напряглось, – также у неё была сильна повреждена голова и сломано несколько костей. Сердце Леоноры останавливалось три раза и три раза мы запускали его заново. В общей сложности, кислород не поступал ей в мозг в районе пятнадцати минут, а