В ловушке паука (СИ) - Миронова Олечка

Маша ушла, стоит заметить как раз вовремя, стоило ей подойти к остановке, как подъехал автобус и забрал ее. Я положил руки на руль и почувствовал боль, пронзившую мое тело. К сожалению, я не могу долго пребывать в человеческом обличие, и голод начал еще сильнее беспокоить меня. Заведя мотор, я нажал педаль газа, направившись в сторону небольшого лодочного сарая, где хранил аппарат для временного перемещения.

На окраине города некогда были прекрасные озера, ничуть не уступающие по красоте тому, серебристой гладью которого я сегодня любовался. Но все это было в прошлом, потому как сейчас они поросли тиной, вода замутнела и приняла зеленый цвет с бонусом в виде противного запаха. Рыба измельчала и оказалась не востребованной, лодочный сарай – заброшенным. Два года назад я случайно нашел это место, и с тех самых пор хранил здесь свое секретное устройство.

Многие люди считают, что путешествия во времени невозможны, и все что с ним связано, не более чем выдумка фантастов, но они не правы. Я никогда не принадлежал миру Земли, а потому обладал кардинально отличающимися знаниями.

- Почему так долго? – тут же накинулся с расспросами Сергей, мой самый лучший приятель, почти друг, и несомненно, коллега. Он был одним из немногих, кому была приоткрыта завеса тайны моего нахождения в этом мире. – Никак не мог распрощаться со своей прелестной блондиночкой?

- Не завидуй. – произнес я, захлопывая дверцу автомобиля. – Меня не будет сто лет, а для тебя минует несколько часов.

- Ага, несколько часов, которые я проведу в дороге. – пробубнил ученый.

- Обещаю привести из прошлого реликтовые растения. – пообещал я.

- Когда ты уже привезешь мне динозаврика? Малюсенького такого! – произнес он жалобно, при этом показывая пальцами, насколько крохотного ему нужно «питомца».

- Нет. – ответил я одним словом, вновь испытав чувство дежавю, потому как этот разговор у нас повторяется из раза в раз, всегда когда приходит время отправиться в прошлое.

- Ну, хотя бы яичко? – проскулил Сергей.

- Нет. – снова возразил я, и аргументировал свой отказ. – Это опасно, представь что будет, если такую «вещь» обнаружат посторонние, сколько возникнет вопросов, на которые мы не сможем дать адекватных ответов.

Кому я это объясняю, он ведь и сам все понимает, но каждый раз включает канючего конфетку ребенка.

- Из моей лаборатории, еще ни разу ничего не просочилось во вне. – пробубнил он недовольно.

Что ж, здесь не поспоришь, даже столь ценное изобретение как перемещающий во времени рюкзак, осталось не обнародованным. И это не считая самого факта моего существования, Сергей хоть и не знает что я арахтанг, но он осведомлен о том, что я прибыл из иного мира. Когда три года назад судьба столкнула меня с ним, то даже не предполагал что наше сотрудничество станет столь продуктивным. Менее чем за год мы изобрели своего рода машину времени, правда она нуждается в доработке, потому как перемещает лишь в одно время – Юрский период. Когда мы работали над проектом, то не думали, проверять его сразу на практике. Однажды аппарат внезапно включился и переместил меня. Хотя если быть до конца откровенным, то не так уж и внезапно все было, я предполагал что для перемещения нужно определенное положение небесных тел, в частности солнца, и в день равноденствия надел экспериментальный образец. Нюанс заключается в том, что я не искал способ переместится в прошлое, я хотел вернуться домой – Азиадарию, мир населенный различными существами, в частности моего вида.

Таким образом, мы изобрели не то устройство, которое хотели, но вышло не так уж и плохо. Я бы даже сказал, все сложилось еще лучше, чем я планировал. В первые дни мне безумно хотелось вернуться домой, но ощутив ритм новой жизни, я осознал, что не желаю более пребывать в Азиадарии. Конечно, порой моя совесть больно колит меня, напоминая о невыполненным долге перед отчизной, и тогда я успокаиваю себя тем, что до сих пор пытаюсь найти путь домой. Правда, уже не столь рьяно… да и вообще, скорее как раз таки чисто ради успокоения той самой совести.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Не забудь по дороге купить колу и чипсы. – отдал я распоряжение, надевая ранец.

- Может тебе еще праздничный салют устроить? – съязвил друг.

- А может мне напомнить, как ты встречал меня, когда я впервые исчез из лаборатории… - произнес я, прекрасно помня то состояние Сергея, несмотря на то, что минуло столько лет.

- Колу без сахара, как ты любишь и чипсы со вкусом бекона? – лилейным голосом уточнил приятель.

Ну да, не мудрено что он перевел тему, я до сих пор жалею, что не увидел выражение его лица, когда я в прямом смысле слова испарился из лаборатории. Вот мы с ним стоим разговариваем, а потом раз – и от меня остался только быстро развеявшийся дым с горьким привкусом. Когда я на следующий день приехал в лабораторию, то застал ученого с красными глазами и заикающимся голосом, он тогда явно всю ночь не спал. Эх, ночь… А я задолбался вспоминать где находиться эта треклятая лаборатория, потому как за сто лет забыл город.

Первое перемещение было для меня самым страшным, когда я оказался на двести миллионов лет назад, то решил что уже никогда не вернусь в цивилизацию, но всё оказалось иначе. К сожалению точка перемещения и точка возвращения всегда разные. Обратно в двадцать первый век я возвращаюсь всегда в одном и том же месте – Виллиарская равнина. Мы уже приходили туда с приборами, и обнаружили нечто невероятное! Самую настоящую аномальную зону.

Здесь, скорее всего возникает логичный вопрос, разве нельзя совершить прыжок в прошлое сразу с равнины? Ответ нет, нельзя.  Почему-то в том месте можно лишь вернуться, а вот переместиться назад – невозможно. Мы пробовали сделать это, но аппарат напрочь отказывается там работать, причем радиус блокирования достаточно велик. Впрочем, то место, где мы сейчас находимся даже более выигрышно. Мы и аппарат вывезли из лаборатории специально, пряча в старом лодочном сарае, где его меньше всего будут искать. Научные исследования неизбежно привлекают внимание окружающего мира, а в нем есть не совсем добросовестные граждане, которые жаждут заполучить подобные технологии в своих корыстных целях. В случае нападения на лабораторию, мы более ничем не рискуем, весь теоретический материал был перенесен на жесткие диски и спрятан в другом месте, никоем образом не связанным с лодочным сараем.

- И захвати мятных леденцов. – добавил я надевая рюкзак.

- С каких пор ты их стал любить? – удивился Сергей.

- Да я их и не люблю, просто вдруг подумалось, что захочу по возвращению. – произнес я и рассмеялся, на что приятель махнул рукой, мол я совсем чокнутый. Ну а что, серьезно, откуда я могу знать чего захочу через сто лет.

Единственное что я знаю, это то, что буду безумно скучать по Марии…

- До встречи. – сказал Сергей, который уже явно желал поскорее от меня избавиться. Не удивительно, ведь стоит мне переместиться от сюда, как он отправиться на другой конец области, чтобы встретить меня по возвращению.

- See you! - произнес я, и нажал кнопку на рюкзаке.

Резкая вспышка света пронзила до боли глаза, а потом наступила темнота….

Глава 2. Альберт.

Наши дни

-А-а-а-ай…. – простонал я от боли, и открыв глаза увидел перед собой чистейшее голубое небо.

Человеческое тело такое хилое, не понимаю, как люди живут в нем всю жизнь. Всегда после перемещения в прошлое все болит, а сегодня особенно. Приподняв голову я понял что лежу на каменной скале. Что ж, вот и причина моего состояния найдена. В прошлые разы мне везло куда больше, и я приходил в сознание на мягкой траве.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Ай! – вновь ойкнул я, когда сел и увидел разодранную на руке кожу. – Блин, что-то в этот раз посадочка была жестковата.

Поднявшись на ноги, я огляделся и не увидел рядом ни ранца перемещения, ни своей сумки с вещами, по-видимому, в момент прыжка в прошлое мои вещи отделились от меня. Ни беда, такое уже случалось, а учитывая куда меня угораздило приземлиться, то думаю это даже хорошо, иначе бы аппарат рисковал просто разбиться о каменную скалу.