Дожить до рассвета (СИ) - Морозова Мария

Я пробежалась глазами по списку. Золотые цепочки, серьги с жемчугом, аметистовый браслет… Как-то скромно. Самым дорогим было бриллиантовое кольцо с шестикаратным камнем. Воры не знали, что хозяин прячет самое дорогое в сейф? Или просто не успели до него добраться?

Что-то здесь не сходится. Это не похоже на обычный разбой, когда грабитель просто вламывается и хватает все, что плохо лежит. Если Харнод прав насчет мастера нитей, здесь работал высококлассный спец. А такие люди всегда все очень тщательно планируют и выверяют, чтобы получить наибольший куш при наименьших затратах. Тем более, его не спугнули, он сам ушел, удовлетворившись весьма скромной добычей.

Отдав список Мелвину, я подошла к эксперту.

— Что скажете?

— Вскрыли очень аккуратно, — отчитался тот, и покосился на гнома. — Я бы даже сказал, ювелирно. Если бы не пара сбоев в структуре, можно было бы даже решить, что открывали родным ключом.

— Значит, все-таки нити.

— Конечно.

— Ключи Златостукса изъяли? — спросила негромко, чтобы гном не услышал.

— Да. Я осмотрел. Там все как положено, с плетением, с защитой от копирования и кражи.

— Понятно. Что еще?

— Внутри никаких следов злоумышленника. Он явно действовал в перчатках. А вот на витринах все видно. Их ломали уже грубее. Посмотрите сами.

Я осторожно шагнула внутрь светлого помещения, где сейчас были включены лампы. Да, здесь невозможно не заметить, что что-то не так. Две стеклянные витрины, стоявшие у дальней стены, были вскрыты. На толстом противоударном стекле остались глубокие царапины вокруг замков. Остатки украшений небрежно валялись по углам, будто грабитель просто запустил руку внутрь и схватил то, что попалось первым. Интересно…

— Действительно грубо, — пробормотала я, присев на корточки и всматриваясь в следы на стекле. — Господин Златостукс, а у вас есть страховка?

— Есть, — душераздирающе вздохнул тот. — В гномьей страховой. Я пока получу у них компенсацию, десять раз состариться успею. Крючкотворы.

Я тихо хмыкнула, слушая, как гном хает своих же сородичей. Но то, с какой нелюбовью бородатые подгорные обитатели расставались со своими деньгами, уже давно вошло в анекдоты. Пожалуй, для мошенничества со страховкой господин ювелир выбрал бы кого-то попроще.

— И все же. Вы действительно ничего не слышали?

— Ничего, — вдруг начал злиться гном. — Уже десятый раз повторяю, сожри вас иврис. Сплю крепко, работников отпустил домой.

— Спокойнее, — я нахмурилась.

— Как спокойнее?! — разъярился ювелир. — Вы лучше ищите мои драгоценности, чем глупые вопросы задавайте.

— Господин Златостукс…

Мелвин тронул гнома за руку, собираясь призвать к порядку, но тот неожиданно размахнулся и врезал ему в челюсть. Мой инспектор увернулся, но удар все равно свалил его на пол, пройдя по касательной. К чести Мелвина, он не стал ждать нового, а сорвал с пояса фиксирующую сеть и набросил на ювелира. Тот вытянулся, подавился собственных вдохом и кулем рухнул на мостовую.

— Так… — мрачно произнесла я. — Ты цел?

— Говорила мне мама идти в библиотекари, — фыркнул Мелвин, поднимаясь и отряхиваясь.

— Двери городской библиотеки всегда открыты, — пожала плечами.

— Знал, что гномов злит, когда кто-то претендует на их сокровища, но чтоб настолько… — пробормотал криминалист, собирая свой чемоданчик.

Из-за угла выбежали двое патрульных, которых вызвал Мелвин. Я еще раз огляделась, прикинула время и приказала:

— Мелвин, Харнод, заканчивайте здесь. Господина ювелира в Управление, пусть посидит в камере. Я сама с ним поговорю.

Патрульные подхватили парализованного гнома, который только и мог, что еле шевелить ногами, и повели в Управление.

Через час, когда закончилось ежедневное совещание с начальниками отделов, я велела препроводить господина ювелира в допросную, выждала десять минут и направилась туда же. Гном сидел за столом в небольшой комнатке без окон и не выглядел ни злым, ни агрессивным. Значит ему хватило времени успокоиться и как следует все обдумать.

Что ж, господин Златостукс, послушаем, что вы расскажете интересного. Но для начала — маленькая провокация. Странное поведение гнома натолкнуло меня на одну очень интересную мысль.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я села на стул напротив, смахнула невидимую пылинку с рукава и улыбнулась.

— Господин Златостукс, как вы себя чувствуете?

От моей «дружелюбной» улыбки, которая на неподготовленных личностей производила поистине неизгладимое впечатление, гном вздрогнул.

— Все в порядке, — пробормотал он не очень уверенно.

— Славно, — улыбнулась еще ласковее. — Значит, я отпускаю вас.

— Что? — искренне удивился задержанный.

— Мы принимаем во внимание то подавленное состояние, в котором вы находились, — невозмутимо ответила я. — В конце концов, ограбление — это такой стресс. Поэтому мы не будем применять к вам никаких санкций и держать в столь неуютном месте, как тюремная камера. Все показания с вас уже сняты. Так что можете быть свободны.

— Что? — глубоко посаженные глаза гнома забегали. — Свободен?

— Именно так.

Гном немного подумал, потом вдруг дернулся, будто намереваясь наброситься на меня. Но силовая плеть удержала его на месте, заставив плюхнуться обратно на стул.

Я спокойно наблюдала за этими экзерсисами.

— Да вы… — воскликнул ювелир, поерзав на стуле. — Вы ни на что не способная дура.

Подняла левую бровь, продолжая выжидающе смотреть на задержанного.

— Глупая блондинка, — уже не так уверенно продолжил тот.

Просто кивнула, принимая замечание о цвете волос как данность. Как-то слабовато у него с фантазией. Я слышала, что гномы могут выдавать такие обороты, от которых вянут уши даже у привычных к ругани портовых работников.

— Вы… — гном не выдержал моего взгляда и сбился, теряя весь запал. — Да я вас… Вы…

— Уважаемый господин Златостукс, — начала говорить, медленно, вкрадчиво, чтобы тот понял, как сильно попал. — Вы зря надеетесь на то, что я оставлю вас в камере за оскорбление должностного лица при исполнении.

— Ну как же… — совсем растерялся он.

— Я сейчас вызову дежурного и выставлю вас из Управления. Поэтому единственный шанс остаться здесь — это рассказать, от кого и почему вы решили спрятаться за нашими толстыми стенами.

— Прятаться? Я… — побледнел гном. — О чем вы вообще?

— Что ж, — захлопнула папку с материалами Мелвина и начала вставать. — Раз я ошиблась, вы свободны. Вас наверняка уже ждут.

— Стойте, — заорала жертва моего произвола и вцепилась в стол.

Улыбнулась довольно и опустилась на стул, всем своим видом выражая готовность слушать.

— Расскажу… — забормотал бедняга. — Все расскажу. Только спрячьте меня.

— Прошу, — раскрыла папку, достала чистый лист бумаги и активировала самописное перо. — Что случилось этой ночью? Драгоценности ведь взяли для отвода глаз? И вы знаете, что было настоящей целью грабителей.

— Драгоценности никто не крал. Это я их спрятал.

— Даже так… Продолжайте.

И гном продолжил. История получилась весьма занятная. Три дня назад к господину ювелиру пришел человек. И за небольшое, но приятное вознаграждение попросил подержать у себя некий сверток. А ровно через три дня, то есть сегодня вечером, отдать этот сверток другому человеку, который сошлется на первого и покажет медальон, как у него.

Гном, естественно, спрятал сверток в сейф. И вчера вечером, когда он укладывал туда же жемчужины своей коллекции, тот был на месте. А вот сегодня утром исчез. Проверив защиту на своем, без всяких сомнений, надежном и монументальном сейфе, гном понял, что ее кто-то вскрывал, и перепугался.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Давешний посетитель производил впечатление человека серьезного и вряд ли поверил бы, что пакет действительно был украден, а не заныкан самим господином Златостуксом. И тот решил устроить так, что в ограбление поверят. Сломал собственные витрины, спрятал часть украшений подешевле (все же гном был существом бережливым) и вызвал патрульных.