Как улучшить дракона. Если он тот еще ящер - Таня Драго

Финн понимающе кивнул и жестом подозвал трактирщика:

— Хозяин, нам бы отдельную комнату на полчаса. И обед на троих.

Трактирщик — полный мужчина с пышными усами — подмигнул:

— Конечно, господин стражник. Верхняя комната свободна. Я пришлю туда еду.

Финн бросил на стол несколько монет, и мы поднялись по узкой лестнице в небольшую комнату с круглым столом и несколькими стульями. Окно выходило на оживлённую улицу, наполняя помещение солнечным светом.

Как только дверь закрылась, Финн повернулся ко мне, его взгляд стал жёстче:

— Итак, "подруга" Нилли, — сказал он, скрестив руки на груди. — Кто вы на самом деле? Ваша осанка, ваша речь... Вы не из простых.

Я переглянулась с Нилли, и она виновато пожала плечами:

— Прости, госпожа. Финна не так-то просто обмануть. У него глаз намётан на такие вещи.

Я вздохнула и выпрямилась, позволяя своей естественной осанке вернуться:

— Вы правы, господин Финн. Я не та, за кого себя выдаю.

Я сняла платок, позволяя косе упасть на спину:

— Меня зовут Лиралин Раднал. Я дочь ринтана Кариса Раднала.

Глаза Финна расширились на секунду:

— Чем я могу помочь дочери ринтана Кариса? — спросил он официальным тоном, и в его голосе я уловила нотку настороженности.

Прежде чем я успела ответить, дверь открылась, и вошла служанка с подносом, на котором стояли три глиняные тарелки с тушёным мясом и овощами, корзинка хлеба и три оловянные кружки с элем. Запах был восхитительным — простая, но сытная пища.

Когда служанка ушла, я решила действовать напрямую:

— Господин Финн, я не буду ходить вокруг да около. Моя семья в беде. Вам, наверное, известно о разрыве моей помолвки с халидэлом Латором?

Финн кивнул:

— Весь город говорит об этом. Драконы публично унизили дом Радналов.

— Да, — я отломила кусочек хлеба, но не стала есть. — И теперь мы должны найти способ выжить без союза с Авельтанами.

Я быстро изложила нашу ситуацию — финансовые проблемы, необходимость вернуть подарки драконам, отсутствие доходов... и моё предложение использовать проявившийся дар для создания и продажи улучшенных предметов.

— Но по законам Атала, — заключила я, — женщина не может владеть бизнесом без мужского покровительства. А мой отец не может выступить в этой роли из-за своих долгов.

Финн слушал внимательно, не перебивая. Когда я закончила, он отпил из своей кружки и задумчиво посмотрел на меня:

— И вы хотите, чтобы я нашёл вам подставное лицо? Мужчину, который будет числиться владельцем, но фактически оставит управление вам?

— Именно так, — кивнула я. — Кого-то честного, кто не захочет обмануть нас, но достаточно нуждающегося в деньгах, чтобы согласиться на такое... необычное предложение.

Финн усмехнулся:

— Вы понимаете, что то, что вы предлагаете, находится в серой зоне закона? Не совсем незаконно, но и не совсем легально?

— Понимаю, — согласилась я. — Но иногда приходится искать обходные пути, когда законы несправедливы.

— И что я получу за помощь? — спросил он прямо.

Этот вопрос не удивил меня. Я уже подготовила ответ:

— Десять процентов от прибыли для вас в качестве благодарности за посредничество. И гарантированную работу для Нилли с хорошей оплатой, когда наш бизнес встанет на ноги.

Финн покачал головой:

— Я не возьму денег за помощь сестре. Но мне нужно убедиться, что ваше предложение стоит риска.

Он поднял свою оловянную кружку:

— Вы говорите, что можете улучшать предметы. Докажите.

Я улыбнулась. Этого я и ожидала. Я протянула руку:

— Можно?

Финн передал мне кружку. Я взяла её обеими руками, закрыла глаза и сосредоточилась. На этот раз я представила нечто особенное — не просто серебряную кружку, а настоящее произведение искусства. Я мысленно рисовала узор из переплетающихся дубовых листьев и желудей, символизирующих силу и выносливость, добавила тонкую гравировку по ободку — старинные руны защиты, которые каким-то образом всплыли в памяти Лиралин. Ого! У меня есть Лиралин? И как же, позвольте, так?

Но сомневаться не было времени.

Тепло прошло через мои руки в металл, и я почувствовала, как олово меняется, становится благороднее, тяжелее. Когда я открыла глаза, в моих руках был изысканный серебряный кубок с объёмным узором из дубовых листьев и рунами по краю. Эль внутри тоже изменился — стал глубже по цвету и аромату, словно выдержанный годами.

Я протянула кубок Финну:

— Вот доказательство.

Финн принял кубок, и его глаза расширились от изумления. Он осторожно провёл пальцем по серебряному узору, поднёс к глазам, чтобы рассмотреть руны, затем сделал глоток:

— Боги всемилостивые, — выдохнул он. — Это... это уже не эль. Это нектар.

Нилли хлопала в ладоши, как ребёнок:

— Я же говорила тебе, брат! Госпожа Лиралин может творить чудеса!

Финн ещё раз внимательно осмотрел кубок, затем поднял на меня взгляд — теперь в нём было уважение:

— Сколько такой кубок мог бы стоить?

Я пожала плечами:

— Ну… это стоит уточнить, конечно. Но, думаю, оплата была бы золотом.

Финн присвистнул:

— Золотом... это впечатляет. — Он задумчиво покрутил кубок в руках. — И вы можете создавать такие вещи регулярно?

— Да, — кивнула я. — Это не истощает меня, как обычную магию. Наоборот, я чувствую прилив сил после использования дара.

Финн откинулся на спинку стула, глубоко задумавшись. Мы с Нилли ждали, не прерывая его размышлений. Наконец он наклонился вперёд:

— Я, возможно, знаю подходящего человека. Но должен вас предупредить — он не из тех, кого легко убедить.

— Кто он? — спросила я с надеждой.

— Ринтан Тиар Валмор, — ответил Финн. — Обедневший дворянин с безупречной репутацией.

Я нахмурилась:

— Почему обедневший дворянин согласится стать подставным лицом для нашего бизнеса?

Финн покачал головой:

— Я не говорил, что он согласится. Сказал только, что он может подойти.

Он отпил из своего преображённого кубка и продолжил:

— Ринтан Валмор потерял всё своё состояние, когда выступил против несправедливого указа королевского советника. Он был единственным из знати, кто открыто осудил повышение налогов для простых ремесленников. В результате его земли были конфискованы, а сам он лишился всех придворных должностей.

— И чем он теперь занимается? — спросила я, заинтригованная.

— Работает независимым арбитром в торговых спорах, — ответил Финн. — У него репутация неподкупного и справедливого судьи. Купцы уважают его, простые люди любят. — Он сделал паузу. — Я лично знаком с