Очарованная - Тиффани Робертс

class="p">Система фильтрации воздуха работала достаточно хорошо, чтобы за несколько секунд нейтрализовать запах, но этого небольшого дуновения было достаточно, чтобы желудок Айви скрутило. Она увела Диего подальше от беспорядка, сжав губы и сказав своему желудку: Не сейчас, черт возьми!

Она напоила всех, почти опустошив два бурдюка, которые они с Кетаном захватили с собой, помогла некоторым из них занять более удобные позы, убрала беспорядок на полу и стала ждать. Информация, которой она должна была поделиться с ними, была прямо здесь, собранная в плотный, увесистый комок страха в ее груди, но она пока не осмеливалась ничего сказать. Пока они будут готовы слушать.

И когда это будет? Даже спустя столько времени мне еще трудно все осознать.

— Они пропустили мою смену? — спросил Уильям Рид. — Я должен был… Я поменялся с Джонсоном. Предполагалось, что я его заменю.

Он сидел в глубине своей криокамеры, упершись локтями в колени и прижав ладони к вискам, рассеянно проводя пальцами по коротко подстриженным черным волосам. На его темной коже выступили капельки пота, но он казался гораздо более оживленным, чем Элла. Хотя он был одет в ту же белую майку и трусы, что и все остальные, на его рубашке над сердцем был синий логотип Инициатива Родной Мир.

Он был частью команды.

— И разве нам не следует пройти медицинское обследование прямо сейчас? — спросил Диего. — Кажется неправильным, что мы просто сидим здесь вот так.

— У меня такое чувство, что моя голова вот-вот расколется надвое, — сказала Лейси Андерсон. Она сидела у стены, склонив голову и обхватив ее руками, ее длинные рыжие волосы рассыпались перед ней.

— Я думаю, что моя уже сделала это, — ответила Келли Райт, лежа на полу рядом со своей капсулой, ее копна длинных черных кудрей разметалась вокруг головы. — Если ты найдешь какие-нибудь кусочки серого вещества, разбросанные по полу, это мое.

Ахмья тихо рассмеялась, но это быстро перешло в стон. Она сидела в своей криокамере, обхватив ноги руками и опустив голову на колени.

— Не смеши меня. Это больно.

— Это нормально? — спросила Элла. Ее одежда была влажной от пота, и она дрожала.

Айви вытащила одно из одеял из своего рюкзака и развернула его, подходя к Элле.

— Это нормально. Я прошла через то же самое.

— Я вроде как ожидал большего, когда проснусь, — сказал Коул. Он единственный из только что проснувшихся выживших осмелился снова подняться на ноги, хотя и не отходил от своей капсулы больше чем на пару шагов. — Неужели нам ни хрена не нужно делать?

Он махнул рукой в сторону соседней криокамеры, которая все еще была закрыта.

— И почему эти ленивые засранцы еще не встали?

Комок в груди Айви скрутился и увеличился. Она накрыла Эллу одеялом, и та прижала его к телу.

— Серьезно, чувак? — спросил Диего. — Мы все проспали шестьдесят лет. Они не ленивее тебя.

Уильям прищурился, окинув Айви взглядом.

— Тебя перевели из другой стазисной комнаты? Я думал, Алисия Хилстад была нашим назначенным медтехником.

— Она не медтехник, — сказала Келли. — Она одна из нас. Я имею в виду, не из команды. Я помню ее по тренировкам. Айви, верно?

Несколько человек обратили на нее свое внимание.

— Да, меня зовут Айви. Айви Фостер. И я… я не член команды.

Лейси наклонила голову и прищурила зеленые глаза.

— Предполагается, что у нас что-то вроде зрительных галлюцинаций? Почему кажется, что на ней паутина?

Брови Коула низко опустились.

— Если ты не член команды, какого черта ты нас будишь?

Айви смущенно провела ладонями по бокам своего шелкового платья.

— Я должна объяснить вам всем кое-что действительно важное, но мне нужно, чтобы вы сохраняли спокойствие, хорошо?

— О Боже, — простонала Элла.

— Это не к добру, — сказал Диего, проводя руками по своим коротким черным волосам.

Глубоко вздохнув, Айви сложила руки перед собой и уставилась в пол.

— Мы не на Ксолее. Мы… не смогли попасть туда.

Хотя все, казалось, ахали, шептали или бормотали что-то в ответ, все ответы были схожи по тону — одновременно недоверчивые и отчаявшиеся.

— Это… этого не может быть! — воскликнула Лейси.

Айви повернулась лицом к закрытой криокамере рядом с ней.

— Остальные не проснулись, потому что… мы — все, кто выжил.

Коул нахмурился, подошел ближе к соседней капсуле и заглянул вниз. Его глаза вспыхнули, и он отшатнулся, наткнувшись на открытую криокамеру.

— О, черт!

— Что? — Келли с трудом поднялась на ноги, чтобы заглянуть внутрь одной из запечатанных капсул. Она прикрыла рот рукой, подавляя тихий вскрик, а ее темные глаза округлились. — О Боже. Это гребаный труп?

— Я была единственной, кто мог разбудить вас всех, — продолжила Айви, с трудом выговаривая слова, — и мне пришлось это сделать. Сомниум теряет энергию. Если бы я оставила вас в ваших криокамерах, вы все были бы мертвы через два года.

— Это просто… это невозможно, — сказал Коул, заметно встряхнувшись, прежде чем повернуться к Айви. — Пять тысяч человек, верно? Как мы можем быть всем, что осталось от пяти тысяч человек? Это… это своего рода учения или что-то в этом роде, верно? Тест? Инициатива просто хочет посмотреть, как мы справляемся под давлением?

Айви покачала головой.

— Я не знаю, как это произошло, но корабль потерпел крушение. То, что вы видите здесь, — она махнула в сторону закрытой двери, — там по-другому. Все еще хуже.

— Как ты проснулась? — спросил Диего.

Айви потерла ладонью руку.

— Кое-кто… другой разбудил меня. Уроженец этого мира.

— Т-так мы не одни? — спросила Ахмья, ее глаза блестели от слез.

— Где они? — спросила Келли.

— Я скоро познакомлю вас с ним, — сказала Айви. — Я просто подумала, что лучше всего… подождать.

— Вы что, ребята, блядь, не слышали, что она сказала? — потребовал Коул, целеустремленно шагая вперед. Ему не потребовалось много времени, чтобы потерять равновесие, и он едва удержался на ногах у своей криокамеры, откидывая волосы с лица, открывая покрасневшие от напряжения щеки. — Туземец. В этом мире. Гребаный инопланетянин.

Его слова тяжело повисли в воздухе, и Айви внезапно осознала присутствие Кетана по ту сторону двери — и снова она засомневалась, правильно ли это было. Кетан не проявлял к ней ничего, кроме доброты и терпения с тех пор, как она проснулась. Она сделала все возможное, чтобы ответить ему тем же.

Но не все были настолько непредубежденными. Она сама, конечно, не была такой, поначалу. И она не знала этих людей, не знала, какие они, не могла предположить, как они отреагируют на него.

Это тяжелое молчание нарушил Уильям, который с тихим ворчанием поднялся на ноги. Он не