Кровавые ягоды калины - Анна (Нюша) Порохня

ты у них спроси, - это было сказано таким голосом, что я струхнула.

Прохор выжидающе уставился на нас и Танька пропищала:

- На болоте чудовище, оно детей жрет...

- Этого не может быть! - взревел Прохор. - Мы его еще три года назад в болоте запечатали! Приехали сюда, чтоб стеречь его! Чтоб не выбрался он из под печати нашей!

- Но он выбрался, - я переводила взгляд с него на Корнея и боялась еще больше.

- Как?! - почти прорычал Корней. - Как он выбрался?! И кто вы такие, что третесь здесь?! За ягодами на болото, говорите ходили?!

Я посмотрела на Прохора и замахала руками, понимая, что сейчас они начнут обвинять нас:

- Нет! Нет! Это не мы! Это прапрадед мой! Он его поднял и теперь детей ему носит!

- Значит прапрадед твой, говоришь? - мне показалось, что меня сейчас задушат. - Ты что, головой повредилась?! Сколько лет тебе, что прапрадед твой живой?!

- Ну это совсем грубо! - возмутилась Танька. - Какое тебе дело, сколько нам лет!

- А ну-ка быстро говорите кто вы и что знаете! - Прохор был вне себя от ярости. - Я сказал, быстро!

Заикаясь и перебивая друг-друга, мы изложили им все, что произошло с нами, начиная с того момента как разбили ларец в церкви. Лица колдунов менялись с ходом нашего повествования и его концу, на них было написано много чего...

- Значит из будущего вы? - угрожающе спросил Корней. - С какого года, простите?

- Две тысячи восемнадцатого, - ответила я и он закивал головой:

- Ну ясно все. Я так и думал.

- Подожди-ка, Корней, - Прохор обошел нас, разглядывая как зверушек. - Не спеши их в сумасшедшие записывать... А откуда вы знаете, что силы наши к рассвету слабеют?

- Так сказали же! - раздраженно воскликнула Танька. - Нам, все это тетка рассказала!

- Тетка значит, - Прохор уставился на нас своими глазищами. - Врете вы все. Что замыслили, а?

- А я тебе говорила! - повернулась я к Таньке. - Не поверят они!

- Да правду мы говорим! - Танька смотрела на них, надеясь, что их осенит. - Сходите на болото и сами все увидите!

- На болото нас заманиваете? - прошипел Корней. - Не выйдет!

- Корней! Я тут корзинку свою забыла...

Мы с Танькой обреченно прикрыли глаза и застонали в унисон. Принесла тебя нелегкая!

- А вы что здесь делаете? - красивые дуги Лидочкиных бровей, удивленно изогнулись. - Вы же в церковь собирались.

- А кто это? - Прохор в ожидании ответа сверлил нас глазами. - Ты знаешь их?

Колдуны явно хотели вывести нас на чистую воду.

- Конечно знаю, - живо откликнулась Лида, будто знала она нас не несколько часов, а по крайней мере несколько лет. - Они у брата моего живут, он говорит, что рассказали бабы эти, что сами с Аексеевки, от голода ушли. А на самом деле, врут они.

- А зачем тогда он их у себя держит? - недоуменно поинтересовался Корней. - Может они прохиндейки какие.

- Зачем-зачем, - оборотень-Лида так натурально зарумянилась и взмахнула длинными ресницами. - Не пристало мне, девушке молодой, о таких вещах говорить. Да и по хозяйству помогают. Уж говорила я ему, чтоб гнал их, но мужик он упертый, на страстях помешанный, вот и...

У меня рот открывался все шире и шире, пока я не почувствовала как в него стал залетать теплый ветерок. Вот тварь!

- А к вам они зачем пожаловали? - Лида отошла от нас, будто боясь замараться. - Лгуньи.

- К нам? - Корней одарил нас таким взглядом, что у меня ноги похолодели. - Да мимо они шли, вот и заговорили. Пойдем Лидушка, я тебе корзинку отдам.

Они ушли, а Танька наконец выдавила из себя:

- Вот крыса! Ты слышала, что она наплела?!

- Идите-ка вы отсюда, по добру по здорову, - прорычал Прохор и подтолкнул нас. - Еще тут объявитесь, пеняйте на себя.

Нам ничего не оставалось делать, как в быстром темпе ретироваться, опасаясь не быть побитыми или того хуже, порченными.

- Прекрасно! - горько вздохнула я. - Мало того, что они нам не поверили, а еще теперь считают какими-то прош...

- Тихо-тихо! - прервала мою речь Танька. - Вот этого не надо! Это не самое плохое в нашем случае. Эта выдра расскажет Григорию, что видела нас на заимке и вряд ли он обрадуется.

- Скажем, что после церкви пошли в лес прогуляться, - предложила я. - А зачем она нас так опустила-то при них? Догадывается?

- Сомневаюсь, может увидела соперниц? Дорогу себе расчищает? - предположила Танька. - Гадкая тварь. Одно слово - не человек.

Настроение у нас было испорчено напрочь, все наши попытки разрулить ситуацию зашли в тупик и теперь оставалось надеяться на чудо.

Но в этот день чудес нам не светило...

Не успели мы выйти из леса, как увидели Плясова, Леньку и Лиду, ехидно улыбавшуюся при виде нас.

- А как это она здесь оказалась? - прошептала Танька. - Вот уже нечисть...

Григорий был просто разъярен. Его большие кулаки сжимались, отчего белели костяшки пальцев. На минуту я даже испугалась, что он меня ударит, но он видимо не рискнул, боясь, что кто-нибудь увидит.

- Что вы делали на заимке? - от его голоса веяло жуткой злобой. - Отвечайте!

- Мимо шли, - стараясь говорить спокойно ответила я. - После церкви, прогуляться захотелось.

- И неожиданно повстречали ее жителей? - ехидно оскалился Ленька.

- Она ведь тоже их неожиданно повстречала, - Танька кивнула на Лиду. - Сестра ваша.

- А это вас совсем не касается, - с угрозой в голосе произнес Григорий. - Идите домой, там поговорим.

Лида заулыбалась еще отвратительнее и я не удержалась и одарила ее презрительным взглядом.

- Я тебе глаза вырву и съем, - еле слышно сказала она, я услышала, но не обернулась.

Итак, дела становились все хуже.

Мы вернулись в дом и даже не успели собраться с мыслями, как Ленька, притащившийся следом, схватил Таньку за руку.

- Ты пойдешь со мной. Хватит по чужим дворам ошиваться.

- Никуда я не пойду! - Танька попыталась было вырвать руку, но его цепкие пальцы сжались еще сильней.

- Пойдешь! - он потащил ее за собой и