Кейти МакАлистер - Крадущийся вампир, затаившийся клык

Я придержала язык. Я как раз не верила, что они были варварами, но что-то происходило; какое-то негативное чувство угрожающе пробегало сквозь всех вампиров, что были там, когда мы пошли каждый своим путем в Исландии. Почему вампиры были в ссоре с Кристоффом? Почему его брат и кузен обращались с ним таким образом?

Кристофф тяжело опустился на кресло рядом со мной. Я сильно чувствовала его ногу в нескольких скудных дюймах от моей, осознавала теплоту его тела, его запах, который дразнил мой нос и заставлял желать пробежать руками по его обнаженной плоти…

Кристофф взглянул на меня, его глаза странно горели.

— Отвечая на ваш вопрос, Пия, вы и Кристофф были доставлены сюда, чтобы ответить на несколько обвинений в преступлениях, которые недавно вышли на свет, начиная с исчезновения Алека Дарвина, — сказал Кристиан, его голос был осмотрительно нейтральным.

Я вытаращилась. Напрямую глазея на него, открыв рот.

— Что?

— В дополнение к этому, — продолжил он, поглядывая на листок бумаги перед собой, — вы так же обвиняетесь в гибели Зори известной как Анники Белвуар и наконец, Кристофф обвиняется в присвоении нескольких миллионов фунтов, законно принадлежащих наследникам Темных уничтоженных Братством.

Моя челюсть отпала, когда я перевела взгляд с Кристиана на Кристоффа. Слова крутились в моей голове, в отвратительной мешанине замешательства и неверия. Мы были обвинены в убийстве Анники, предыдущей Зори? В том, что что-то сделали Алеку? В краже денег?

Кристофф невозмутимо сидел, его лицо было непроницаемо, но я могла чувствовать гнев и разочарование вращающиеся внутри него.

— Как вы ответите на эти обвинения? — Спросил Кристиан.

Я покачала головой, настолько ошеломленная обнаружив как тяжело связно соединить слова.

— Это все бесстыдное заблуждение, — наконец сказала я. — Я никого не убивала, и, разумеется, не Анники. А что касается Алека…вы были там той ночью, когда он ушел от меня. Вы сами сказали, что он и Кристофф покинули Исландию, не сказав мне не слова.

— Я был и делал, — сказал Кристиан и снова его голос был тщательно лишен всех эмоций. — Но обнаруженные доказательства, указывают, что вы имели последующие…ээ…сношения с Алеком и что он исчез вскоре после своего самого последнего визита к вам.

У моего мозга были сложности в отношениях с удивительными вещами, которые он рассказал мне.

Я взглянула на Кристоффа. Он наблюдал за мной глазами, которые были на несколько оттенков бледнее, чем обычно.

— Бесполезно отрицать обвинения, — сказал мне Кристофф. — Я делал так в течении двух недель, но они не слушали.

— Они думают, что у меня был роман с Алеком, — сказала я, неспособная обойти этот пункт. — Они считают, что даже после того как мы узнали, что я была твоей Возлюбленной, я осталась с Алеком.

Кристофф лишь смотрел на меня. Ужас пополз вверх по моей коже, когда я поняла истину.

— Ты тоже так думаешь.

— Ты прояснила, что предпочитаешь его мне, — тихо сказал он.

Я открыла рот для протеста, что я могла бы быть мало ли чем, но не того сорта женщиной, которая имеет двух возлюбленных одновременно. Однако прежде чем я смогла, Кристиан остановил меня.

— Тогда вы отвергаете все обвинения? — Мягко спросил он, делая запись на листе бумаги.

Я перевела взгляд с него на лица других в комнате. Элли выглядела сочувствующей. Вампиры разглядывали нас с выражениями в диапазоне от явно умеренного безразличия Кристиана, к открытой враждебности Себастьяна, беспокойству Ровена встретившегося со мной глазами и каменному выражению лица Андреаса, которое и подавно ничего не выражало.

Мои глаза переместились на Кристоффа, все еще так же сидевшего рядом со мной, очевидно прошедшего через огромные личные мучения за последние несколько месяцев и так же, несомненно, слишком тупоумному и упрямому, чтобы потрудится попросить меня о помощи.

Гнев вскипел во мне, гнев на тупость мужчин, гнев на вампиров, которые были также либо легковерными или глупцами, и гнев на себя пытавшуюся спрятаться на последние два месяца. Я хотела дать Кристоффу срок нужный ему, чтобы подойти вплотную к нашей ситуации, но все что я сделала, это позволила ему поверить, что была холодно безразлична к нему.

Отлично, то время закончилось.

— Я действительно само собой отрицаю их! — Сказала я, поднимаясь на ноги, хлопая рукой по столу подчеркивая свое оскорбление. — Я не знаю, каково это доказательство, которое вы утверждаете, показывает, что мы сделали что-то дурное, но я могу уверить вас, что не буду сидеть здесь и позволять вам состряпать на меня дело! Кристофф может быть согласен играть в бытие мученика, но я, безусловно, черт возьми, нет!

— Я не играю в бытие мученика, — возразил Кристофф, подскочив вверх и свирепо глянув на меня.

— Нет? А как ты назовешь собственное решение голодать почти до смерти, ха?

Его челюсть на мгновение напряглась.

— Я говорил тебе — как только мы Воссоединились, если бы я взял сколько-нибудь твоей крови, мы были бы связаны на оставшуюся часть наших жизней.

— И это настолько ужасно, что ты просто не мог выдержать мысли об этом?

— Вопрос реально не… — начал говорить Кристиан.

— Нет! — Крикнул мне в ответ Кристофф. — Я думал о тебе, черт возьми! Ты хотела Алека.

— О, в самом деле? — Я сделала шаг ближе к нему, пока мы почти коснулись. — Что на счет тебя? — Спросила я, тыкая его в грудь.

— Пожалуйста, не могли бы мы держаться ближе к рассматриваемому делу, — сказал Кристиан.

Мы оба проигнорировали его. Кристофф схватил мои пальцы, так как они снова ткнулись в него.

— Что насчет меня?

— Ты — тот, кто так безумно любил свою покойную подругу, что едва может сдержаться, чтобы быть со мной. О, да, невероятно горячий секс это прекрасно и хорошо расслабляет время от времени, но когда доходит до такой маленькой вещи, как быть благодарным мне за спасение твоей души, не говоря о твоей жизни, тогда это совсем другая история, не так ли?

— Я не знаю как кто-то еще, но я, не та, кто недооценивает значение невероятно горячего секса, — мягко сказала Элли.

— Ты же не помогаешь, — прорычал Кристиан.

Глаза Кристоффа едва ли не плевались голубыми искрами на меня.

— Ты сказала, что не любила меня!

— А ты сказал, что хотел убить меня! — Парировала я.

— Ты сделала совершенно ясным то, что хотела ухаживаний Алека.

— Что как очевидно неверно! — Сказал я, оскорбленная и невероятно возбужденная в то же самое время. Я просто хотела схватить его голову и выцеловать дыхание прямо из него.