Магический детокс или новогодний сюрприз для ведьмы - Виктория Дениз
Закрыл глаза.
Снилось что-то непонятное. Горы — он никогда не видел гор, но откуда-то знал, что это горы. Снег. И теплое чувство — нить, тянущаяся от него к чему-то далекому, невидимому, но совершенно точно существующему.
Когда Морди проснулся, Старая сидела за столом и что-то писала. Рядом лежало письмо — вечерняя сова опять принесла. Старая улыбалась, но уголки глаз блестели.
— Сегодня начались ритуалы, — сказала она коту, хотя он не спрашивал. — Первый день. Самый трудный.
Кот посмотрел на эту странную женщину и моргнул. Медленно, одним глазом, потом другим. На кошачьем языке это означало примерно: «Мне все равно, но продолжай, если тебе от этого легче».
— Если все пройдет хорошо, — Старая почесала его за ухом, — она вернется другой. Счастливее. И может быть, не одна.
Морди не знал, что значит «не одна». Но что-то в голосе Старой ему не понравилось. Какое-то предупреждение о переменах, а кот не любил перемен.
Он спрыгнул со стола, подошел к двери и сел. Уставился на нее, как делал каждый вечер.
Дверь не открылась.
Пушистый подождал еще немного, потом вздохнул, тяжело, по-кошачьи, и ушел к своей миске.
Глава 8
Глава 8
Утром следующего дня Виола проснулась поздно — почти в десять. Эмоциональное истощение вчерашнего дня дало о себе знать. Она встала, умылась, оделась и вышла в гостиную.
Рейнар сидел у камина с книгой, но, судя по тому, как он уставился в одну страницу, не читал.
— Доброе утро, — сказала Виола осторожно.
Мужчина поднял голову.
— Доброе. — Его голос был хриплым, усталым. — Как спалось?
— Плохо. А тебе?
— Так же.
Неловкая пауза.
— Я… пойду позавтракаю, — сказала Виола.
— Я уже. Можешь идти спокойно.
Она кивнула и направилась к выходу, но у двери обернулась.
— Рейнар?
— Да?
— Вчера… спасибо. За то, что обнял меня. Мне это было нужно.
Что-то мелькнуло в его глазах.
— Мне тоже.
Они смотрели друг на друга несколько секунд.
Потом Виола вышла, тихо закрыв за собой дверь.
В столовой уже почти никого не было — завтрак заканчивался. Виола налила себе чай и взяла хлеб с маслом, устроившись за дальним концом стола.
— Можно присесть?
Она подняла голову. Рядом стояла женщина лет пятидесяти с седеющими волосами, собранными в аккуратный пучок, в элегантном сером платье. Добрые карие глаза, мягкая улыбка.
— Конечно, — Виола кивнула на стул напротив.
Женщина села, держа чашку чая.
— Меня зовут Элианор, — представилась она. — Вы, должно быть, новенькая? Я не видела вас раньше.
— Виола. Да, приехала несколько дней назад.
— Как вам центр?
— Хороший, — Виола не знала, что еще сказать, поэтому ответ прозвучал сухо и односложно.
Элианор улыбнулась понимающе.
— Простите. Вижу, что вы напряжены. Если не хотите разговаривать, не надо. Просто подумала, что компания вам бы не помешала.
Виола посмотрела на нее внимательнее. В женщине было что-то успокаивающее, материнское.
— Спасибо. — девушка сделала глоток чая. — Вы давно здесь?
— Вторую неделю. — Элианор кивнула. — Приехала с мужем.
— Вы тоже проходите восстановление?
— В некотором роде. — Элианор помолчала, потом добавила: — Мы женаты тридцать лет. У нас была прекрасная семейная жизнь. Двое детей, дом, работа. Но в какой-то момент мы потеряли друг друга. Каждый был занят своим — я своей практикой, он своими исследованиями. Разговаривали только о бытовых вещах. А потом осознали, что смотрим друг на друга как на незнакомцев.
Виола слушала, затаив дыхание.
— И что вы сделали?
— Решили попробовать вспомнить. — Элианор улыбнулась. — Кем мы были, когда влюбились. Что связывало нас тогда. Поэтому и приехали сюда. Без магии, без работы, без отвлечений на какие-либо дела. Только мы вдвоем и время подумать.
— И помогает?
— Да. — Элианор посмотрела куда-то вдаль, в окно. — Оказалось, мы не потеряли друг друга. Просто забыли, для чего мы вместе. И вот сейчас наконец-то… вспомнили, почему влюбились.
Виола почувствовала комок в горле.
— Это прекрасно.
— Это трудно, — поправила Элианор. — Но стоит того. — Она перевела взгляд обратно на Виолу. — У вас тоже кто-то есть здесь?
Виола не сразу ответила.
— Есть. Мой бывший жених. Мы… застряли в одних покоях.
— О. — Элианор не выглядела шокированной, скорее сочувствующей. — Это непросто.
— Мягко сказано.
— Но, может быть, это шанс?
— На что?
— На то, чтобы закончить правильно. Или начать заново. — собеседица пожала плечами. — Жизнь редко дает вторые шансы. А если дает, грех не воспользоваться.
Виола посмотрела в свою чашку.
— Я не знаю, хочу ли я второго шанса. Слишком много боли было.
— Понимаю. — Элианор допила свой чай и встала. — Но подумайте вот о чем: боль была потому, что любовь была настоящей. Если бы не было любви, не было бы и боли. — Она улыбнулась. — Удачи вам, Виола. И не бойтесь чувствовать. Это единственный способ исцелиться.
Женщина ушла, оставив Виолу наедине с мыслями.
После завтрака Виола вернулась в номер. Рейнар все еще был там, теперь стоял у окна, смотрел на заснеженный лес.
— У нас встреча с Ридсаром в час дня, — сказал он, не оборачиваясь.
— Я помню.
— Второй ритуал. Ритуал воспоминаний.
— Да.
Пауза.
— Думаешь, будет легче, чем вчера? — спросил он.
Виола подумала.
— Не знаю. Но хуже вряд ли может быть.
Рейнар повернулся к ней, и на его губах появилась слабая улыбка.
— Не сглазь.
Она улыбнулась в ответ — первая настоящая улыбка за несколько дней.
— Постараюсь.
В час дня они снова были в кабинете Ридсара.
Мастер встретил их с одобрительным кивком.
— Садитесь. Как вы себя чувствуете после вчерашнего?
— Выжатыми, — честно ответила Виола.
— Это нормально. — Ридсар достал свой блокнот. — Ритуал честности — всегда самый тяжелый эмоционально. Но вы справились отлично. Я видел вчера… вы услышали друг друга. По-настоящему. Это важно.
Рейнар кивнул.
— Что дальше?
— Сегодня — Ритуал воспоминаний. — Магистр открыл блокнот на нужной странице. — Вчера вы говорили о боли, о разрыве. Сегодня нужно вспомнить, что было до этой боли. Что связывало вас. Почему вы любили друг друга.
Виола почувствовала, как что-то
