Требуется невеста, или О на С 2 (СИ) - Чернованова Валерия Михайловна

По дороге на работу Камила озвучивает мой график, но я её не слышу. Пытаюсь сосредоточиться на голосе помощницы, а вместо этого перед глазами маячит Светлая за столом какой-нибудь кафешки, с Ксанором и Мариселой.

Почему-то эта картина выбешивает даже сильнее, чем поцелуй в аэропорту. Нет, я так скоро свихнусь. Надо действовать, причём немедленно. Ксанор и моногамия — несовместимые понятия, это просто не в его природе. Значит, надо встряхнуть его. Напомнить, кто он.

Пока Эления ещё глубже не увязла во всём этом дерьме с помолвкой.

В офисе я продолжаю думать над своей идеей и уже предвкушаю, как Светлая порвёт с моим братом. Вряд ли сильно расстроится — ей плевать на Ксанора. А чудовище не сможет обвинить её в разрыве, потому что сам будет во всём виноват.

Это просто идеальный план.

Собираюсь уже вызвать Камилу, чтобы подобрала подходящую приманку для брата, как в кабинет врывается Фелисия. Я даже слегка обалдеваю, потому что Сольт, без спроса влетающая ко мне, как ведьма на метле, — это аномальное явление.

Нервно простучав каблуками по полу, Фелисия кладёт передо мной сейт и требовательно произносит:

— Гаранор, я хочу знать, что это такое!

Над экраном расплывается голограмма: я рисую вместе с Мариселой в дешёвой забегаловке. И, кажется, моей невесте это не нравится.

Откинувшись на спинку кресла, мысленно ругаюсь.

Только приступов ревности мне сейчас не хватало.

— Что именно? — интересуюсь, пристально вглядываясь в лицо Сольт. Что это, румянец злости, или у неё до сих пор держится температура? — Ты не рано с кровати поднялась?

— Не уходи от вопроса! — обиженно восклицает невеста.

— Сначала ответь на мой, — говорю ей вкрадчиво, не сводя с неё взгляда.

Фелисия поджимает губы. Выключив сейт, скидывает с плеч пальто, опускается в кресло и начинает вываливать на меня свои бессвязные претензии:

— Ты столько времени был с Мариселой… Обедал с Эленией… Почему вместе с вами не было Камилы? А где были твои люди?! Сивилла из меня все соки утром выпила своими ядовитыми шуточками. Мне кажется, что таким поведением, Гаранор, ты ставишь меня в неловкое положение.

Всё ясно… Фелисию покусала эта йоргова трия, сука Сивилла.

— Это кажется тебе или твоей сестре?

Обида на лице невесты уступает место растерянности.

— Дело не в этом…

— А в чём? Фели, у меня скоро выборы.

— При чём здесь выборы?!

— При том, что мои рейтинги начали резко обваливаться. Из-за моей… хм, немного резкой реакции на предложение брата.

— Значит, ты был с ними из-за рейтингов… — бормочет Фелисия, а потом вскидывает на меня негодующий взгляд: — Но, Гаранор! Так же нельзя!

— Ладно, тогда у нас было романтическое свидание, — улыбаюсь, и Фели невольно улыбается мне в ответ.

Она заметно расслабляется. С лица сходит лихорадочный румянец, пальцы больше не сжимают подлокотники кресла, с силой в них впиваясь.

— Нехорошо использовать сонорину Лэй и её малышку, — повторяет она тихо.

— Фели, я политик, — напоминаю невесте.

Убедить её в том, что я просто использовал Лэй, оказывается проще, чем убедить в том же самом себя. Внушить себе, что всё ради победы, и мне совсем не нравилось проводить время с ней и Мариселой. И что меня совсем не тронуло внимание этого маленького вертлявого чуда с такими же синими глазами, как и у её матери.

Не знаю, что за ублюдок мог от них отказаться. Бросить больного ребёнка… Убил бы сволочь.

— Гаранор, ты меня слышишь? — врывается в мои мысли голос Фелисии. — Может, поужинаем вместе?

— Хорошо, буду у тебя в девять, — киваю рассеянно.

— Я думала о каком-нибудь ресторане. Например, могли бы слетать в «Аторру»…

Я поднимаюсь и, обойдя стол, опускаюсь на его край перед Сольт.

— Боюсь, для «Аторры» ты ещё недостаточно окрепла. Лучше поужинаем у тебя дома.

— Дома может быть Сивилла, — вздыхает Фелисия.

Мысленно матерюсь и, послав трию туда, где она явно давно не бывала (иначе откуда в ней столько яда), говорю:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Как-нибудь переживу. А ты вообще не должна была сегодня вылезать из постели.

— Я просто разволновалась. — Фелисия поднимается и прижимается ко мне, явно напрашиваясь на объятия.

— Зря, — заверяю её (а ещё самого себя) и быстро целую в лоб. В последнее время целовать её в губы не получается. Как и обнимать её, до неё дотрагиваться. У нас уже давно не было секса. С тех самых пор, как я… познакомился с Эленией.

Эта мысль на какое-то время выбивает меня из колеи. Больше месяца я не касался своей невесты и даже не задумывался о том, чтобы затащить Фелисию в постель. Не до того было. Много работы, много нервотрёпки. Много мыслей о Светлой. Из-за неё, из-за этой своенравной синеглазой девчонки, во мне не осталось никаких желаний, кроме одного: я хочу заполучить Лэй любой ценой.

Интересно, если пересплю с ней, меня отпустит?

Вряд ли.

Вряд ли мне хватит одного раза. И даже отношений на пару месяцев, боюсь, мне будет мало.

После ухода Фелисии в кабинет заглядывает Камила. Я вызываю её, чтобы сварила мне брула (до начала совещания ещё осталось несколько минут), но вместо просьбы о бруле зачем-то спрашиваю:

— Чисто теоретически, насколько бы уменьшились мои шансы на победу в выборах, реши я продолжить свою холостяцкую жизнь?

Спрашиваю и тут же понимаю, насколько это бредовый вопрос. Камила прикрывает за собой дверь, быстро подходит ко мне и начинает озвучивать то, что я и так прекрасно знаю. Знаю и понимаю. Отказ от Сольт будет равносилен политическому суициду.

— Для грассорцев семья — это святое, и лидер Грассоры обязан быть семьянином. Вы сделали правильный выбор, решив связать свою судьбу с дочерью из семьи, которая ежегодно жертвует миллионы на благотворительность и благополучие своей страны. Сольтов любят и уважают. Сонорину Фелисию любят и уважают. И средний класс, и элита. Если вы вдруг решите отменить помолвку, чисто теоретически…

Это станет самым идиотским поступком в моей жизни.

Уже практически.

— Не бери в голову, — отмахиваюсь.

— Сонор Хорос, всё в порядке? — внимательно смотрит на меня секретарша.

— Всё просто отлично. Меня уже отпустило.

Но отпускать Лэй, вручать её Ксану, как подарок, я не собираюсь.

— Камила, у меня для тебя будет поручение, — говорю, поднимаясь с кресла. — Найди мне девушку… лучше Светлую, но в принципе подойдёт любая модель, актриса, певица… В общем, девица должна быть красивой и без вопросов сделать то, о чём её попросят.

Помощница осторожно кивает:

— А о чём её могут попросить?

— Переспать с моим братом. — Стянув со спинки кресла пиджак, надеваю его и выхожу из кабинета, не дожидаясь, пока Камила переварит мою просьбу и набросится на меня с уточняющими вопросами.

Глава 8: Эления

Эления

— Хорошая девочка. — Врач улыбается и треплет Мариселу за щеку. — Видно, что совсем не капризная.

Моя бесценная мелочь тем временем вертит в руках игрушку-головоломку, которую ей вручили в приёмной, прежде чем пригласить нас в кабинет к доктору.

Судя по тому, что он выключает все приборы, осмотр окончен, и я с замиранием сердца жду вердикта.

— У вас очень сильная малышка, сонорина Лэй. — Врач снова поворачивается ко мне. Это высокий, крепкого телосложения мужчина с тёмными волосами, на висках уже обильно тронутыми сединой. — Думаю, недели через три, максимум месяц, можно будет проводить операцию. Главное, чтобы за это время больше не было приступов.

— К сожалению, мне не под силу их контролировать. — Я горько усмехаюсь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Вчера вечером это опять случилось. Дины со мной не было. Был Ксанор, но он, кажется, испугался ещё больше моего. В итоге пришлось сначала делать укол Лите, а потом убеждать Тёмного, что всё в порядке. Вернее, не в порядке, конечно же, но скоро будет.