Александр Бромов - Дорога к себе

— Разреши, — рассмеялся Герхард, — бабка из него получилась великолепная, а если ему самому понравилось — пусть остается, но Волкам скажи, чтобы незаметно усилили за ним надзор. Ступу починили?

Лас кивнул, показательно чмокнул Элерин в щеку и погладил по волосам:

— Умничка ты наша, но он тебя сделал.

Кто ж знал, что идея императрицы использовать преступников для создания сказочных персонажей, окажется настолько успешной?

— Вот представьте, что вы год просидите говорящим пнем или цветком, или подсвечником в заколдованном замке. Будете вы потом воровать или убивать? — с жаром доказывала она. — И еще один плюс — никаких расходов.

Преобразование для наглядности проходило перед зеркалом, и память заключенным сохраняли, накладывая при освобождении Печать молчания. Отбывшие срок люди выходили из Логова Кощея не сказать, чтобы просветленные, но четкий стимул жить честно у них появлялся. Попадались, конечно, и закоренелые в нежелании исправляться. У оборотней, патрулирующих территорию, был один нелюбимый маршрут, пролегающий мимо прибрежных матерящихся скал. Стояли они у рифов на достаточном расстоянии друг от друга, сбежать не могли, сговориться тоже, подкупать стражей было нечем, но кто ж сказал, что они не старались?

Коренные жители Жемчужины часто наезжали летом в Логово на пикники и просто так, побродить. Природа на архипелаге была прекрасная, погода мягкой, а собеседники — интересными. Когда еще тебе с неподражаемой выразительностью расскажут столько новых сказок, зарабатывая баллы хорошим поведением? Зимой сказочное место заливали проливные дожди, леса прочесывали ураганные ветра, а море — злые шторма, после которых даже говорящие скалы начинали задумываться о смысле жизни с удвоенной силой.

Искусственно созданным был только Змей Горыныч, все остальные сказочные персонажи, которые создатели Логова откопали во всевозможных сказках — преступниками и, в основном, людьми с Земли. Даже избушка на курьих ножках иногда менялась, и тогда хозяйка с неделю жила в шалашике, пережидая, пока прикованный за ногу к дереву заключенный перебесится и возьмется за ум.

Сама баба-яга до превращения была киллером высшего класса, молодым, удачливым и нахальным. Ловили его целенаправленно почти полгода и приговорили к пяти годам заключения в дереве, но перед процедурой он оскорбил Элерин, плюнув при этом ей в лицо, и разъяренная ийет заменила приговор, одарив мужчину уникальным шансом побыть в шкуре женщины. Кто ж думал, что человек найдет себя в новом образе?

Единственных, кого не было на архипелаге — это говорящих животных. Даже после полугодового пребывания в звериной шкуре возвращение к нормальной жизни было практически невозможно — инстинкты брали свое.

А вот Кощеем в шутку прозвали старого мага ийет, согласившегося присматривать за хлопотным хозяйством. Тот посмеивался, но подгонять свою атлетическую внешность под устоявшийся стандарт не торопился, стабильно каждое утро и вечер выходя на пробежки.

— Завтра? — хитро покосился на уходящего императора Андерс.

Найири постарался погасить ухмылку:

— Ближе к обеду.

— Ну, удачи тебе, — пожелал ему воздушный. — Расскажешь.

Селеста еще раз проверила вещи и документы, застегнула сумку и затянула в хвост темно-русые волосы, отросшие за годы учебы. Когда пять лет назад она согласилась на помощь руководителя группы «Демонов», то совсем не ожидала, что музыкант отнесется к этому с полной серьезностью. Он помог ей поступить в академию без диплома художественной школы, но от денег девушка твердо отказалась, прекратив так и не начавшиеся толком отношения. Да и какие там отношения? Так, встречались, катались ночью и целовались. Ашурт, не смотря на ее запреты, часто звонил, интересуясь делами, но помощь больше не предлагал. Да и она бы не согласилась, хотя с деньгами поначалу было очень трудно, но потом ей повезло с оформлением солярия и от заказов не стало отбоя.

Золотой диплом в кармане, в августе она уже приступает к работе, а сейчас их, восемь лучших выпускников страны, в том числе и Николет, ждет премиальная поездка от правительства на Жемчужину. Десять дней в совершенно чужом мире: пять — у ашуртов и пять — на побережье йёвалли. Здорово было бы побывать еще и в Орхане, но туры туда стоили баснословно дорого — сказочная империя знала себе цену.

Инопланетный порт оказался странным: всего лишь накрытый прозрачным куполом уютный скверик с расставленными в беспорядке креслами у затейливых фонтанчиков. Вместо стен — подстриженные волнами заросли с разноцветными помпонами цветов, и упругое зеленое покрытие под ногами. Туристов встречало ласковое полуденное солнце, кудрявые облака, теплая летняя погода и высокая светловолосая девушка-гид в традиционной одежде дома Воздуха: белая свободная кружевная блузка, брюки, заправленные в низкие мягкие сапожки и безрукавка без боковых швов и пуговиц, прихваченная по талии впереди шелковым шарфом, оставляя заднее полотнище свободным.

В легкое шоковое состояние туристов ввел почти трехметровый синий мужчина в полуоблегающем плотном комбинезоне, разговаривающий у стойки с администратором. Одной парой рук он облокотился на столешницу, во второй держал небольшой серебристый кейс. Рядом переминалось на коротких ножках животное, похожее на ребристую дыню с глазами улитки. Когда в очередной раз инопланетный зверь переступил на месте, туристы имели сомнительное удовольствие наблюдать, как его верх выскользнул из-под ребер и уткнулся носом в покрытие.

Гид поторопилась дать опешившим землянам необходимые пояснения, и дальнейшую эпопею они досматривали уже спокойнее. После нескольких безрезультатных попыток втащить скользкую сумку-контейнер обратно традиционным способом, мини-платформа прижала ее к стойке и подлезла снизу, надежно зафиксировав креплениями со всех сторон.

Больше ничего необычного в порту не произошло, если не считать вышедшего из кабины гипер-перехода дородного мужчины в ярких восточных одеждах в окружении четырех самых настоящих янычаров с самыми настоящими ятаганами. Дремавшая у кустов громадная в зеленоватых разводах птица, которую земляне поначалу приняли за стилизованную статую, шумно встрепенулась, встопорщив отливающие металлом перья, и плавно поплыла навстречу прибывшему, откидывая колпак кабины. За то время, что люди, постоянно оглядываясь на мужчину, шли к своему катеру, перья необычной машины слились в гладкое покрытие, а сложенные крылья расправились. Птица поднялась вертикально вверх, пустила по куполу мелкую рябь и растаяла в голубом небе, оставив землян стоять с открытыми ртами: одно дело видеть все это в новостях, и совсем другое — своими глазами.