Осмеянная. Я вернусь и отомщу! (СИ) - Анна Кривенко

непонятными словечками, и выражение лица у Микаэля было весьма довольным, в то время как его соперник — высокий худощавый парень в довольно поношенном костюме и с загорелым лицом крестьянина — медленно багровел от злости.

Что происходит?

Кажется, я прошептала это вслух, потому что какая-то незнакомая девчонка тут же охотно шепнула на ухо:

— Они соревнуются. Лучший ученик лекарского класса — Алексий Гиль — поспорил, что знает больше целительских заклинаний, чем новенький… Микаэль, кажется. Просто Алексий посчитал, что Микаэль слишком заносчив, потому что тот сегодня отличился на всех занятиях, постоянно вызывая внимание на себя. Его похвалил каждый учитель, а нашего отличника это задело. Вот они и сцепились…

Я напряженно выдохнула. Что ж, братишка в своем репертуаре: с его-то феноменальной памятью запомнить несколько сотен заклинаний — это раз плюнуть. Но вот только… выскочек однозначно не любят, а неприязнь некоторых одногруппников он однозначно уже заслужил.

Посмотрела на Микаэля с жалостью. Таким образом он пытается компенсировать своё несовершенство, доказывая, что ноги — ничто, а ум — всё. Но ни к чему хорошему это не приведёт, увы. И всё-таки он ещё слишком юн, чтобы понимать это. Не вся мудрость этого мира уже осела в его симпатичной голове…

Наконец Алексий Гиль раздражённо махнул рукой и, признав таким образом своё поражение, быстро прошмыгнул через толпу. Микаэль просиял, а я заметила, что бо́льшая часть парней зыркнули на него с неприязнью. Большинство девчонок, коих было очень много вокруг, смерили брата равнодушным взглядом, и только две-три ученицы улыбнулись, признавая его несомненный талант…

Толпа быстро рассосалась, и я осталась стоять с братом одна.

— Отлично я его уделал! — приглушенно бросил брат, поворачивая руками колеса коляски и подъезжая ко мне. — Этот парень рвал на себе рубашку, доказывая, что он выучил заклинания последующих курсов! Позёр! Да он едва второй осилил…

Я не стала ничего говорить, хотя сердце обливалось кровью. Просто улыбнулась в ответ и, не удержавшись, наклонилась и поцеловала Микаэля в щеку.

Его лицо удивленно вытянулось.

— Эй, ты чего? — прошептал он с непониманием. — Я бы подумал, что ты за меня рада, но такой странный кислый вид наводит на размышления…

— Поехали обедать, — произнесла я, пристраиваясь у него за спиной и собираясь толкать коляску. — Просто тяжелый день…

Микаэль пожал плечами и откинулся на спинку.

— Я не голоден. Иногда человеку не нужна обычная пища, если насыщена его душа… — философски изрек он, заставив меня усмехнуться.

— Боюсь, насыщен сегодня только ты, а моя душа стала еще голоднее, чем раньше… — ответила я сама себе, а перед глазами вспыл образ Эрика.

Вот бы он на своей шкуре узнал, что такое отвержение! Тогда я была бы довольна. Но как это устроить???

Хотя есть одна безумная идея…

Глава 14

Муки Эрика…

Эрик

Пока парни из комнаты весело играли в карты, Эрик напряжённо жевал губу и размышлял. Смотрел в потолок, подперев голову руками, и не слышал ни взрывов смеха, ни азартных выкриков, ни треска бумажных карт.

Его мыслями владела наглая девица, которая вызывала в нём всё большее недоумение и… страх?

В этом трудно было признаться, но Вероника Лефевр остро напоминала ему недавнюю утопленницу, и от этого становилось жутко. Мало того, что их звали одинаково, так ещё и внешне богатая аристократка чем-то походила на Веронику Шанти.

Жизнь Эрика разделилась на «до» и «после» именно тогда, когда он лицом к лицу встретился с этой Шанти. Тысячу раз пожалел, что не сдержался и выплеснул на неё своё накопившееся негодование. Ведь она в итоге покончила с жизнью…

Мучительно прикрыл глаза, снова погружаясь в депрессию. Состояние больше походило на беспредел безнадеги и мрака, чем даже на чувство вины. Несмотря на то, что он не считал себя виновным в ее смерти напрямую, Эрик ощущал, что впервые в жизни принял неверное решение, не придя к ней на помощь.

Но ведь она была такой настырной и бесстыдной — эта Шанти! Её откровенные записи, достойные пера отъявленной куртизанки, стали последней каплей в чаше его переполнившегося терпения, и он вспылил. Вылил на неё своё презрение, желая, чтобы аморальность ученицы была жестоко наказана.

Правда, наказывать её начали остальные студенты, но ведь это было лишь ребячеством, не более того! С чего бы из-за такой ерунды прыгать с крыши или топиться в пруду??? Ну не могла же она в самом деле расстаться с жизнью только оттого, что он не ответил ей взаимностью???

Едва не застонав от вновь нахлынувшего мрака, Эрик сжал зубы и попробовал переключиться на Веронику Лефевр.

Эта девушка в корне отличалась от Шанти. Да, внешнее сходство удивляло, но взгляд, стать и главное — отношение к нему — всё было абсолютно противоположным. Парень не мог понять только одного: это она со всеми такая бука или только с ним?

Впрочем, плевать. После случая с Шанти он зарёкся даже смотреть в сторону учениц. Если ему захочется женщину, он отправится в бордель, если нужна будет невеста, её подберёт отец и даже спрашивать не будет. А все эти студентки его определенно достали, да так, что уже тошнит от томных взглядов и откровенных заигрываний.

Конечно, парень сделал выводы из случившегося и больше не собирался прилюдно унижать сумасшедших поклонниц: одного прецедента хватило. Поэтому на данный момент он был максимально холоден с противоположным полом, давая понять, что ни у кого нет и шанса.

Однако Вероника Лефевр почему-то привлекла его внимание.

Он и сам не знал, что именно его зацепило — сходство с утопленницей или её высокомерие, но девица в последнее время почему-то не выходила из головы.

Возможно ли, чтобы его захватило мистическое впечатление, как будто в её лице на него смотрит погибшая дурочка???

Бред!

Эрик пожурил сам себя за крамольные мысли. Он становится параноиком, не иначе…

— Эй, Эрик, давай с нами! — вырвал его из размышлений голос Джойда. — Отвлекись уже!

Эрик не стал ворчать, как обычно, и молча присоединился к игре. Просто хотел забыться хотя бы ненадолго, потому что мучительные мысли не давали покоя ни днем, ни ночью.

Одна партия была сыграна в полном молчании, но болтливый Джойд долго не продержался и начал, шутя, задавать Эрику лукавые вопросы:

— Пошел слух, что эта Лефевр — та еще штучка! Холодная, как кусок льда, но ведь это делает её ещё более привлекательной, правда? Этакая ледяная королева. Одним только взглядом может создать снегопад! Уф-ф! Люблю таких. А это правда, что она сегодня