Жена некроманта (СИ) - Романова Архелая

— Хватит! — я хлопнула ладонью по стулу, добавив немного магии. Стол подпрыгнул, дерево треснуло в нескольких местах. Упс, перестаралась. — Всем замолчать!

Минуту в столовой царила тишина. Леди Глэдис покорно захлопнула рот, Цилла, уже имевшая горький опыт, последовала примеру матери, а вот леди Мойра…

— Да как ты смеешь? — взревела старуха басом. Я испугалась: а вдруг действительно сейчас в обморок грохнется? — В моем доме затыкать мне рот!

— Полли, отведи леди Мойру в свои покои, — попросила я сиделку вежливо. — Ей нездоровится.

— Только подойди, и я тебя уволю, — пригрозила старуху своей помощнице, которая уже сделала к ней шаг.

Вздохнув, я поднялась из-за стола и резко выбросила вперед ладонь. Стул, на котором восседала Мойра, жалобно скрипнул и двинулся к выходу. Достопочтенная леди мгновенно заверещала.

— Стой! Остановись! Что ты делаешь! Анфрой, прекрати немедленно!

Все домочадцы, склонив головы, без тени сочувствия смотрели на вредную старуху, не обращая внимания на крики. Я при помощи магии оттолкала стул к дверям из столовой, и подала знак Полли, чтобы та открыла дверь. Но сиделка не успела и шагу сделать, как двери распахнулись сами, и на пороге возник силуэт моего мужа.

— Что здесь происходит? — Энтони обвел всех присутствующих мрачным взглядом, и остановился на леди Мойре. — Бабуля? Что с тобой?

— Твоя жена хотела меня убить, вот что! Она сущее наказание!

Глава 7

Уже битый час я сидела в кабинете Энтони, выслушивая гневные нотации в свой адрес. Старуха, жалуясь любимому внучку на меня, хорошо постаралась: красочно живописала как я «раздробила стол в щепки», «оскорбляла ее последними словами», «угрожала выгнать из дома» и, как апофеоз всего, «хотела убить при помощи магии».

— Рини, ты хоть понимаешь, какой вред можешь причинить? — устало спросил Тони, когда выдохся кричать.

Я, молчащая на протяжении всей его тирады, еле слышно прошептала:

— Ты думаешь, я способна кого-то убить?

— Боги, — взвыл Энтони, — я не о них говорю, а о тебе! Рини, ты не должна использовать свою магию еще по крайней мере неделю! Ты можешь причинить вред себе!

Я невольно умилилась, уставившись на свои ладошки. Так Тони переживает обо мне? Как-то это не вяжется с его нежеланием появляться в замке и холодным отношением.

— Не вздумай больше пользоваться магией, — поучительно выговаривал муж, совсем как отец. — Я тебе запрещаю.

— Я уже вышла из того возраста, когда мне что-то запрещали, — недовольно пропыхтела я. — И к тому же… Твоя бабушка очень остра на язык, и постоянно затевает ссоры. Мне не по душе жить в такой атмосфере.

— Бабушка делает это не со зла, — пробормотал Энтони. — Это просто дурная привычка. Сколько раз я просил: просто не обращать внимание на ее выходки!

Ага, легче сказать, чем сделать. Я прикусила язык, изо всех сил стараясь не ляпнуть лишнего. Успокоившись, Тони обошел стол и приблизился ко мне, присел на корточки, взяв мои руки в свои.

— Рини…

— Да? — нежным голоском откликнулась я, пока все внутри меня пело от счастья. Вот он, тот самый момент! Сейчас мы окончательно помиримся, и станем наконец счастливой семьей, и ко мне вернется прежний Энтони Баллард, в которого я без памяти влюбилась!

— Ты, — начал было говорить мой супруг, но замолчал и внезапно без всякого предупреждения поцеловал меня. Почувствовав чужие губы, я сначала растерялась, но потом с пылом ответила, склонив голову для удобства и не забыв обхватить мужа двумя руками.

— Рини, — простонал Энтони в перерыве между долгими поцелуями, — ты меня в гроб загонишь…

Странный, однако, юмор у некромантов. Руки мужа подхватили меня, подняв в воздух, а сам он решительно зашагал в сторону нашей спальни. И тут…

Мертвый камень с громким звуком выпал из кармашка моего платья, гулко стукнулся о ковер и сиротливо замер. Энтони, замерев на мгновение, аккуратно повернул голову и задумчиво уставился на камешек. Я жалобно зажмурилась. Ну, сейчас начнется.

К чести супруга, он не стал швырять меня на пол, а поставил на ноги и отошел на несколько шагов, предварительно подняв мертвый камень. Когда я разлепила веки, супруг сверлил меня пристальным взором, а в глазах его застыл холод.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Виринея! — рявкнул он. — Как ты это объяснишь?

— Пока никак, — честно ответила я. — Но могу позже.

— Позже? Ты издеваешься?

— Никак нет, — отрапортовала я, делая шаг назад и с опаской наблюдая, как супруг стискивает челюсти от злости.

— Ты все-таки украла камень!

— Нет!

— Тогда как он оказался у тебя?

— Я забрала его у того, кто украл, и хотела отдать тебе, но тебя не было, и я пошла обедать, а потом леди Мойра начала скандалить, — затараторила я. Энтони нахмурился.

— Еще раз по порядку. Ты забрала камень у вора? И кем же он оказался?

— Не могу сказать, — виновато пожала я плечами.

— Виринея! — взревел муж. — Что ты мне зубы заговариваешь! Взять артефакт могла или ты, или бабушка! Ты обвиняешь мою бабулю?

Ага, обвинишь такую бабулю, как же. Я отрицательно замотала головой.

— Нет, это не леди Мойра.

— Тогда кто?!

— Не могу сказать! — в отчаянии крикнула я.

Дверь в кабинет наглым образом открылась, и в проеме показалось обеспокоенное лицо Амеллин. Мгновенно оценив ситуацию, она многозначительно сказала:

— О!

И потом глупо добавила:

— У вас все в порядке?

— Нет, — заорал взбешенный Тони. — Моя жена — воровка!

Я топнула ногой, сдерживаясь, чтобы не разгромить весь кабинет.

— Меня это достало! — заорала я в ответ. — Как ты смеешь так оскорблять меня! Я не брала этот камень, я хотела его вернуть! Но видно, надо было просто вышвырнуть его куда подальше!

— Не надо было брать чужое!

— Я не брала, глупый ты болван, — заверещала я, взяв высокую ноту. Энтони поморщился, а Амеллин заткнула уши руками.

— Думаю, вам надо успокоиться, — дипломатично ответила подруга, хватая меня за локоть и таща из кабинета. — Реликвия нашлась, а уж кто что взял и когда, потом разберетесь.

Мелли ловко увела меня в свою комнату, где я тут же в волнении принялась бегать вокруг кровати. Подруга молча наблюдала за моими метаниями, пока я не остановилась у окна и решительно не объявила:

— С меня хватит, Мелли. Я уезжаю.

— Куда? — нахмурилась Амеллин неодобрительно.

— Как куда? Домой, к отцу, — развела я руками.

— Но твой дом здесь.

— Я не чувствую себя дома там, где меня обвиняют в воровстве, — отрезала я. — Я поеду в столицу, в свой замок. Как только Стела созреет, пусть сама все расскажет Энтони, и тогда ему будет стыдно! И он приползет ко мне на коленях, прося прощения, а я, — я задохнулась от гнева, — а я не прощу!!!

— Ага, — кивнула головой Мелли и сказала: — Но Энтони уезжает завтра утром, и вернется через три дня вместе с Финном. Давай дождемся его, и поедем втроем, хорошо?

Я задумчиво закусила губу. Идея поехать с Финном неплоха, потому что на дорогах много опасностей, а он сильный маг, который наверняка защитит нас. К тому же, если отец узнает, что я ехала без сопровождения, то сильно разозлится.

— Ну хорошо, — сдалась я. — Я подумаю над твоим предложением.

Остаток вечера я провела в комнате Амеллин — даже ужинать не спустилась. Впрочем, по словам подруги, Энтони за столом тоже не было, как и леди Глэдис — ей стало дурно. Перед тем, как лечь спать, (ночевать я тоже планировала у Мелли), подруга отправилась на прогулку, поскольку ей не хватало свежего воздуха, а я залезла под одеяло, свернувшись в клубок.

— Не уходи далеко, — крикнула я Мелли.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Та кивнула и тихонько прикрыла за собой дверь. Тоскливо посмотрев вслед подруге, я сиротливо всхлипнула и зажмурилась, жалея себя. Ну, почему все так складывается? Энтони всерьез считает меня воровкой, и, надо сказать, его доводы не лишены логики. Если бы только Стела набралась смелости признаться… Хотя я тоже не могу ее винить — девочка боится, что брат откажется от нее также, как и отец, поэтому не может признаться в преступлении. Надо дать ей время.