Страдания и Звёздный свет - Каролайн Пекхам

Гораций жестом велел нам пройти через дверь, и мы вошли в ванную комнату, которая больше походила на крытый бассейн, чем на что-либо другое. Здесь царила тропическая атмосфера, воздух был наполнен туманом, который поднимался шлейфами из зелено-голубого бассейна в центре, вода стекала по ветвям огромного дерева, стоявшего в центре бассейна. Лианы цеплялись за стены, и на мгновение я перенеслась обратно во Дворец Пламени, чувствуя, что снова стою в джунглях, где воздух густой, а жара давит.

— Десять минут, — рявкнул Гораций, а затем захлопнул дверь перед нашими носами.

Для Ориона была оставлена чистая одежда, но, как обычно, для меня ее не было. Орион много раз настаивал, чтобы я надевала его рубашки, но тени всегда превращали все, что я надевала, в пепел через некоторое время, поэтому я отказалась от них и сейчас. Кроме того, на рубашках всегда были зеленые Драконы или лозунги о том, какой Лайонел великий, а я не хотела, чтобы это дерьмо ко мне прикасалось. Орион половину времени оставлял свои рубашки без внимания именно по этой причине.

Я зашла в воду, и Орион разделся, спрятав книгу среди складок своей новой одежды, прежде чем затащить меня в воду. Она была восхитительно теплой, но это тепло не шло ни в какое сравнение с тем жаром, который я ощущала в животе, наблюдая, как Орион идет за мной, обнаженный, в тумане, сверкающем на его бронзовой коже.

Я продвигалась все глубже в бассейн, пока не погрузилась почти полностью, затем скользнула под воду и поплыла к нему, выныривая снова. Он крутился, чтобы поймать меня, вода плескалась вокруг его талии, пресс был напряжен, темные волосы спускались ниже пупка и исчезали под поверхностью бассейна.

Я прикусила губу, любуясь им и чувствуя, как тени снова отступают, и дышать стало немного легче, когда их давление исчезло из моей груди. На мгновение мне показалось, что Теневого Зверя здесь нет, хотя под моей кожей не было прикосновения магии, и я чувствовала себя ужасно смертной, стоя перед ним. Но, по крайней мере, я оставалась собой.

Он придвинулся ближе, накручивая на палец прядь моих волос, запятнанных тенями, и я посмотрела вниз, обнаружив, что они снова темно-синие. Мой пульс участился от того, что его прикосновение восстановило ту старую часть меня. Даже если это было временно.

— Вот ты где, — сказал он, придвигаясь еще ближе. — Тени пытаются спрятать тебя от меня, но они забывают, что я Вампир.

— А Вампиры лучше всех играют в прятки, — сказала я с улыбкой.

— Значит, ты слушала, — сказал он.

— Я очень внимательная ученица, — я ухмыльнулась, и он ухмыльнулся в ответ.

Мои соски все еще были твердыми, и капельки воды стекали по моей обнаженной плоти, его глаза следили за движением каждой из них, его желание обладать мной было очевидным.

Он придвинулся достаточно близко, чтобы мое дыхание стало прерывистым, и кинжал жара пронзил меня до глубины души. Он был моим началом и концом, созиданием и разрушением в гармонии, и я не думала, что настанет момент, когда я закончу влюбляться в него.

— Тогда досчитай до десяти и попробуй найти меня, — сказала я.

Его рот дернулся в улыбке, и он кивнул.

Я подняла его руку, закрывая ему глаза. — Не жульничай.

— Мне не нужно жульничать, — сказал он с низким смешком в горле, который послал еще одну волну желания через меня.

Он начал считать, и я скользнула под воду, уплывая прочь через бассейн и огибая большое дерево в его центре. Я открыла глаза и прищурилась сквозь воду, заметив отверстие в стволе, которое позволило бы мне забраться в него.

Я усмехнулась, сильно пнув ногой и пробравшись сквозь нее, а затем всплыла на поверхность. Я могла стоять, вода омывала мою талию, а мои губы невольно приоткрылись от голубых огоньков, расставленных тут и там внутри, отчего вода отражалась от коры, рябила и переливалась. Пещера была довольно большой, достаточно большой, чтобы несколько человек могли стоять здесь, если захотят.

Орион внезапно всплыл рядом со мной, и я задохнулась от удивления, увидев, как быстро он победил, его ухмылка гласила «я же тебе говорил». Он быстро подошел ко мне, прижал меня к стене и закинул мою ногу себе на бедро.

— Хм, это кажется знакомым… — он окинул взглядом пульсирующий свет, и мои щеки покраснели от воспоминания о том, как он затащил меня на дно бассейна Акрукс.

— Моя память туманна, тебе придется напомнить мне, — сказала я, задыхаясь, и он посмотрел на меня сверху вниз, его глаза были окутаны тенью, и в них таился дьявол.

— В твоем платье была прорезь вот здесь, — он провел пальцами по моему бедру так же, как в ту ночь, и за его прикосновением тянулся огненный след. — И я хотел тебя так же яростно, как сейчас, — его рот скользил по моему, дразня меня, пока я пыталась прильнуть к нему и вспомнить то время, когда единственной опасностью, которой мы подвергались вместе, была возможность быть пойманными за этим занятием.

Его пальцы скользнули дальше по моему бедру, и я вспомнила момент, как он остановился в ту ночь, зная, что мы не можем зайти дальше, иначе мы навсегда изменим наши отношения. Тогда я должна была понять, что это невозможно остановить. Мы были двумя силами, которым суждено было объединиться, и ничто в этой вселенной не могло удержать нас друг от друга.

— Я так чертовски сильно этого хотел, Блу, — его рука проникла между моих ног, и он обнаружил, что я готова для него, когда его пальцы скользнули в меня. — Ты не представляешь, сколько раз я думал о том, чтобы заполучить тебя вот так.

— Ты дрочил на меня? — я задыхалась, цепляясь за его плечи, пока он медленно двигал рукой, посылая огонь по моей плоти. Его пальцы были такими толстыми, они входили в меня и идеально изгибались, чтобы ласкать то чувствительное место внутри меня. Это было раем, а ведь все только начиналось.

— Постоянно, — полусмеялся, полурычал он, затем просунул язык между моих губ и поцеловал меня со всей дикой страстью мужчины, который целовал меня в том бассейне. Я вспомнила, как это было запретно, и притянула его еще ближе, купаясь в осознании того, что даже если все остальное рухнуло, мы оказались вместе, когда весь мир говорил нам, что мы не можем.

Я уже разрывалась от его прикосновений, дрожала в его руках, мои стоны становились отчаянными, пока он надавливал ребром ладони