Невеста-попаданка для двух драконов - Мила Дуглас
— Контроль над погодой, — с легкой усмешкой сказал Ксев. — Очень эффектно, брат. Очень по-королевски. Показать грубой силе природы, кто тут главный. Он щелкнул пальцами, и между ними вспыхнули три маленьких, переливающихся всеми цветами радуги дракончика из чистого света. Они протанцевали в воздухе и исчезли.
— А я… я могу сделать так, чтобы ты видела что угодно. Даже то, чего очень хочешь, но боишься себе признаться в этом.
Лия смотрела то на одного, то на другого. Ледяной контроль и ослепляющая иллюзия. Две формы силы. Две ловушки.
Обратный путь к замку был проделан в тяжелом, насыщенном молчании. Казалось, воздух между ними троими сгустился до состояния желе. Когда они подошли к дверям её покоев, оба остановились. Вопрос висел в воздухе, невысказанный, но предельно ясный.
— Ну что, Истинная, птенчик ты наш, — тихо начал Ксев, — приглашаешь нас на… продолжение обучения?
Дэриан не сказал ни слова, но его взгляд был красноречивее любых слов. Он уже мысленно здесь был. И, судя по его лицу, уже знал, чем всё закончится.
Лия посмотрела на них: на уставшее, напряженное лицо наследника и на хищную, ожидающую улыбку его брата. Внутри всё кричало от усталости, от переизбытка эмоций, от желания и от страха. Она глубоко вздохнула.
— Нет, — сказала она четко. — Сегодня — нет. Дайте мне… просто побыть одной. Я устала от вас. От этой игры. От всего. Просто оставьте меня в покое.
Она увидела, как в глазах Ксева мелькнуло разочарование, а затем — принятие. Дэриан же… его лицо осталось непроницаемым, но в уголках губ дрогнула какая-то тень. Не злости. Скорее, чего-то вроде удивления. Как будто ему впервые в жизни сказали «нет» в таком контексте.
Она вошла в комнату и закрыла дверь, прислонившись к ней спиной. Слышала, как их шаги, сначала нерешительные, потом твердые, затихли в коридоре.
Утром её разбудил стук. Ожидая служанку с завтраком, Лия открыла дверь — и замерла. На пороге стоял Дэриан. В руках у него был небольшой, изящный букет из полевых цветов (немного помятых, будто их рвали в спешке) и тонкая книга в кожаном переплете.
— Лия, — произнес он. Его голос был не таким, как обычно. Без привычной ледяной брони. В нём звучала… неуверенность. — Я… возможно, я начал не с того в наше первое знакомство.
Он протянул ей цветы и книгу.
— Это… стихи. Не наши. Старые, из мира людей. Я велел разыскать в архивах. И цветы… они не из оранжереи. Они настоящие, я с утра нарвал на лугу.
Лия молча взяла подарки. Цветы пахли природой и свободой. Книга была потрепана на уголках.
— У меня не было… много женщин, — сказал он, глядя куда-то мимо её плеча, словно признавался в самом постыдном. — И те, что были… это был скорее миг, проба пера. Или удобство. Я… привык, что если я чего-то хочу, мне это достается. Без вопросов. Без этого…
Он сделал жест, пытаясь поймать неуловимое слово.
— …Без этого сопротивления. Без необходимости что-то доказывать. Кроме своего статуса.
Дэриан наконец посмотрел ей в глаза. И в его ледяных, обычно таких нечитаемых глазах, было что-то новое. Раскаяние? Сомнение? Искреннее желание понять.
— Я ошибался. С тобой… это не работает. И я… не знаю, как работает.
Он замолчал, будто сказал слишком много. Потом, уже тише:
— Ты танцевала тогда. Для нас обоих. Но я… я не видел. Я только чувствовал. И это сводило меня с ума. Сейчас… я прошу. Пой и танцуй. Только для меня. Если захочешь.
Лия смотрела на него, сжимая в руках помятые цветы и старую книгу. Внутри всё перевернулось. Ненависть, злость, страх — всё это никуда не делось. Но к ним добавилось что-то ещё. Что-то опасное и щемящее. Жалость? Нет. Скорее… интерес. Интерес к этому новому, уязвимому, сбитому с толку Дэриану, который стоял перед ней не как принц, а как мужчина, впервые столкнувшийся с тем, что не может получить желаемое силой приказа.
— Я… подумаю, — сказала она наконец. Её собственный голос прозвучал хрипло. — Спасибо. За цветы. И за книгу.
Он кивнул, коротко, почти по-военному, и ушел.
Лия закрыла дверь, прижала цветы к лицу и глубоко вдохнула их аромат.
— Вот ведь! — прошептала она в лепестки. — Так даже хуже. Когда он такой… это в тысячу раз опаснее. Ладно, властный, холодный. А тут…такой классный.
Но ей, чёрт возьми, нравилось. Нравилось, что он сомневается. Нравилось, что Дэриан ищет новые пути, когда появились обе метки на ее теле. Нравилось это странное, щемящее чувство власти над тем, кто всегда властвовал сам.
Она открыла книгу. На первой странице было написано: «Тому, кто ищет ответы, когда их не хватает. Твой Дэриан». Лия медленно улыбнулась.
Глава 11. Грот, иллюзии и мокрые рубашки
Найти уединенный грот с водопадом для отдыха было такой исключительно идеей Ксева. Лия даже не удивилась, когда он, прихватив бутылку чего-то крепленого и фрукты, заявил:
— Надоели эти каменные стены. Поедем на природу, дышать свободой. Или хотя бы делать вид, что мы свободны как ветер.
Дэриан, к ее изумлению, не отказался. Он молча последовал за ними, наблюдая за братом с тем выражением лица, с каким смотрят на неконтролируемую, но потенциально полезную стихию. Как на ливень после засухи.
Грот оказался волшебным. Не в переносном, а в буквальном смысле: Ксев, идущий впереди, провел рукой по входу в пещеру, где росли мхи, и каменные стены замерцали мягким внутренним светом, будто в них заключили сотни лампочек. Вода падала в небольшое озерцо, звук был не оглушительным, а успокаивающим.
— Иллюзия? — спросила Лия, очарованная.
— Совсем немножко, — улыбнулся Ксев. — Я просто… добавил красок. Всё остальное — настоящее. Вода, камень, тишина. И невероятно красивая ты!
Дэриан фыркнул от слов брата и скинул с себя камзол, оставшись в простой белой льняной рубашке, и сел на плоский камень у воды. Он не создавал красоты. А был её частью — суровой, настоящей, как сам грот. Стихия. Рубашка быстро стала прозрачной от влажного воздуха, обрисовав мощный рельеф плеч и спины.
Лия чувствовала себя на взводе. Напряжение последних дней, это безумное влечение к двум полюсам одного магнита, накопившаяся усталость от борьбы — всё искало выхода. И это место, скрытое от мира, будто давало разрешение.
Она не
