Любимая жена-попаданка для герцога - Ульяна Соболева

объяснила я. —Видите, как она блестит? Это значит, что она хрупкая. Как ваша репутация, если вы её разобьете.

Василиус, восседающий на ящике с моими травяными запасами как рыжий император на троне хаоса, ухмыльнулся во все тридцать два зуба.

— знаешь, что мне больше всего нравится в этом переезде? — промурлыкал он, умываясь лапой с видом существа, абсолютно не обременённого логистическими проблемами. — То, что мы перебираемся в "проклятые руины". Очень символично для нашей текущей ситуации.

— Заткнись, — буркнула я, проверяя упаковку с моими самыми ценными образцами плесени. — И слезай с моих трав. Ты их примнёшь своим аристократическим задом.

— Мой зад исключительно демократичен, — невозмутимо ответил кот — Он одинаково давит на всех. Без предрассудков и классовых различий.

В этот момент ко мне подошла Агнесса, неся в руках свиток, который выглядел так, словно на него наступил целый эскадрон кавалерии.

— Миледи, — запыхавшись, сказала она, — лорд Корвен просил передать план маршрута. Мы должны разделиться на три группы, чтобы не привлекать внимания, и встретиться у старого моста через Серебряный ручей.

Я развернула свиток и уставилась на каракули, которые с большой натяжкой можно было назвать картой.

— Это что, план маршрута или схема кишечника больного медведя? — спросила я, поворачивая пергамент под разными углами. — Где тут север? Где дорога? где хоть что-то узнаваемое?

— А вот эта закорючка — это река, — неуверенно ткнула пальцем Агнесса. — Или змея. Или трещина в пергаменте. Честно говоря, я тоже не очень понимаю.

Чудесно. Мы собираемся пересечь половину королевства, ориентируясь по карте, которая выглядит как произведение искусства пьяного картографа с нарушением зрения.

— Где Райнар? — спросила я, решив, что пора подключить к решению проблем кого-то с военным опытом и, hopefully, лучшими навыками чтения карт.

— обсуждает с лордами план безопасности, — ответила Агнесса. — Что-то о дозорных, тайных сигналах и запасных маршрутах отступления.

Конечно, обсуждает. Потому что нет ничего лучше, чем превратить простой переезд в военную операцию. Скоро он будет требовать пароли, явки и конспиративные позывные.

— Миледи! — к нам подбежал один из лучников с выражением лица человека, который только что увидел летающую корову. — Там... там какая-то проблема с баронессой.

— С какой баронессой? — я нахмурилась. У нас что, появились новые аристократические пациенты, о которых я не знаю?

— Жена барона Элриха, миледи. Леди Морвена. Она... она отказывается ехать в телеге с сеном. Говорит, что это ниже её достоинства.

Я закрыла глаза и медленно сосчитала до десяти. Потом до двадцати. Затем вспомнила несколько особенно красочных выражений из своего прошлого и мысленно применила их к ситуации.

— Где она сейчас? — спросила я тоном человека, готового к дипломатическим переговорам. Или к убийству. Пока что я не определилась.

— У большого дуба, миледи. Она. э.. сидит на походном стуле и требует паланкин.

Паланкин. В тайной операции по перебазированию подпольного сопротивления.

Следующее что — она потребует оркестр и розовые лепестки на дороге?

— Агнесса, ты остаёшься следить за упаковкой лекарств, — приказала я. — Если кто-то ещё попытается использовать мои колбы как молотки, лично превращу его в пациента. Василиус, с тобой.

— 0, я не пропущу это представление, — довольно промурлыкал кот, спрыгивая с ящика. — Битва титанов: практичная лекарь против капризной аристократки.

Ставлю на тебя, но с небольшим коэффициентом.

Мы нашли леди Морвену именно там, где сказал лучник. Она действительно сидела на походном стуле, который кто-то предусмотрительно вытащил из её багажа, и выглядела так, словно позировала для портрета под названием "Благородная дама в изгнании". Рядом с ней стояла её горничная — девочка лет шестнадцати, которая выглядела так, будто хотела провалиться сквозь землю.

— Леди Морвена, — вежливо поздоровалась я. — Слышу, у вас есть некоторые опасения относительно транспортировки?

— Герцогиня Вайнерис, — она поднялась с королевским достоинством, которому позавидовала бы сама королева. — Я глубоко ценю всё, что вы для меня сделали, и готова следовать за вами куда угодно. Но ехать в телеге с сеном, как какая-то крестьянка... Это просто невозможно.

Я посмотрела на "оскорбительную" телегу. Чистое сено, мягкие подушки, даже импровизированный навес от солнца и дождя. По местным стандартам — это был практически королевский экипаж.

— Понимаю ваши чувства, — сказала я дипломатично. — Но, боюсь, паланкин в нашей ситуации невозможен. Мы пытаемся путешествовать незаметно.

— Но Боже мой, можно же что-то придумать, — она сделала жест, словно ожидала, что решение материализуется из воздуха. — Может быть, закрытую карету? Или хотя бы повозку с приличными сиденьями?

Василиус издал звук, который можно было интерпретировать как кошачий смех.

— А может, ещё красную дорожку и фанфары? — предложил он. — чтобы уж совсем незаметно добраться до места?

К счастью, леди Морвена не поняла кошачьего сарказма, решив, что это просто мяуканье.

— Леди Морвена, — я попробовала другой подход, — вы понимаете, что нас ищут королевские солдаты? Что любая роскошь может выдать нас?

— Конечно, понимаю, но…

— И вы понимаете, что если нас поймают, то всех нас ждёт эшафот? Включая вашего мужа, который поклялся в верности герцогу Райнару?

Её лицо слегка побледнело.

— Да, но…

— Тогда позвольте мне объяснить ситуацию проще, — я приблизилась к ней и понизила голос. — Мы не на прогулке. Мы не в отпуске. Мы беглецы. И выбор у нас простой: либо мы добираемся до места живыми и незамеченными, либо нас всех вешают на центральной площади. Что для вас важнее — комфорт или жизнь?

Леди Морвена молчала, явно не ожидавшая такой прямолинейности.

— Я… я понимаю необходимость, — наконец сказала она. — Но не могли бы вы хотя бы добавить в телегу ещё подушек?

Я едва не закатила глаза.

— Агнесса! — крикнула я. — Принеси для леди Морвены все подушки, какие найдешт.

— Уже бегу, миледи! — отозвалась девушка.

— И накидку! — добавила леди Морвена. — У меня очень чувствительная кожа, она не переносит прямых солнечных лучей!

— И накидку, — согласилась я, мысленно добавляя ещё одну проблему к нашему и без того внушительному списку.

Следующий час прошёл в устранении подобных "кризисов". Граф Торвальд требовал, чтобы его оружие везли отдельно от остального багажа ("мой меч не должен соприкасаться с хозяйственными принадлежностями”). Сын одного из купцов отказывался идти пешком ("Я не крестьянин"). А кто-то