Нелюбимая жена ректора академии - Юлия Марлин

на все магические артефакторы подавления и даже зелья забвения, по-прежнему преследует его навязчивым сном.

Алисия засела в сердце раскаленной занозой.

Доводит звериную ипостась до изнеможения, рвёт ему жилы, причиняет бесконечное беспокойство.

– Я не при чем. Метка… Я не знаю, почему она пропала, клянусь, моей вины в этом нет, - сжавший в комок в то хмурое утро, Алисия обнимала себя за плечи и, не смея подняться из кресла, переводила огромные зеленые глаза с него на свекровь и пыталась найти исчезновению знака истинности логическое объяснение.

Мать была непреклонна.

Обманщица. Шарлатанка. Интриганка, обманом привлекшая звериную ипостась лорда земель.

– Брось эту лживую гадину в темницу, сын, - процедила сквозь зубы леди Торнот старшая.

На самом деле она не была ему матерью. Мачеха. Отец женился на ней, когда Коннору стукнуло двенадцать лет. Тем не менее, упрекнуть женщину в неисполнении материнских обязанностей было нельзя. Леди воспитывала пасынка как умела. И тогда, в то утро, она рьяно отстаивала запятнанную репутацию младшей правящей ветви.

– Брось ее в темницу! Ты женился на Истинной не для того, чтобы исполнять желания или любить. Она должна родить тебе наследника, сын. Ты прекрасно знаешь разницу между детьми, рожденными от обычных женщин и Истинных. Знаешь, какую власть нашей семье подарит такой наследник. Но она… - мачеха ткнула в ошеломленно замершую Алисию, - обманщица. В ней больше нет необходимости. Избавься от этой женщины.

Сжав кулак, Коннор саданул по стене. С такой силой, что в камне осталась неглубокая вмятина.

Алисия оправдала свою репутацию.

Лживая, гулящая, коварная.

Глупо было все эти годы о ней вспоминать. Она чудесно устроилась и новой жизнью довольна.

Коннор сжал кулаки и разжал. Гнев, переплетенный с громадным первым резервом, страшная сила. Шторм бесился в крови, жег ладони. Жаждал вырваться на свободу и сжечь половину спящего городка.

Устав бороться с мыслями о ней и близнецах… так неуловимо похожих на породу семейства Торнотов, дракон прошел к секретеру, достал бутылку, плеснул в стакан янтарной жидкости и залпом осушил.

Алисия родила детей от другого .

И постель уже давно делит с другим .

Пора без сожалений ее забыть.

Глава 12

До утра я ворочалась под одеялом и не могла выбросить реплику портала из головы.

От слабости меня потряхивало, в горле стоял противный ком.

Я отчего-то ни капли не сомневалась, что кража резервов у студентов лишь начальный этап подготовки. Что-то вроде тестирования, попытки наладить устойчивость запрещенного портала, а вот главной целью были Эрин и Ларк.

Кому понадобилось осушать моих невинных близнецов?

Кто пытается украсть их самую могущественную в Империи магию?

Неужели кому-то стало известно, кто их отец?

Я резко приняла сидячее положение и ожидаемо схватилась за голову.

– Богиня.

Покинув замок дракона, я хоть и была разбитой, униженной и оболганной женой, здравого рассудка – не утратила и вела себя предельно осторожно. На первой же почтовой станции расплатилась с дочерью хозяина драгоценными сережками, какие на счастье не успела снять после брачной церемонии, купила платье, обувь, верхнюю одежду, поела в таверне и публичным дилижансом добралась до торгового городка. А уже потом укатила на север, где подыскала работу.

Я никому никогда не рассказывала о браке с Коннором. Ни разу не произнесла фамилию Торнот. И детей родила уже здесь, в Этфоре. Среди новых магов-знакомых и коллег.

Не верю, что кто-то из них нарыл правду о моем столь тщательно забытом прошлом и теперь использует эти знания против наследников древнего могущественного драконьего рода.

– Мама, мама, с добрым утром!

В спальню с веселым хохотом вбежали дети. Ларк прыгнул прямо на кровать, Эрин с Пушком на руках осторожно присела на край.

Так, Алиса, возьми себя в руки.

Без паники.

Детям совершенно не нужно видеть твоё отчаяние, испуг и недоумение. Первый резерв крайне чувствителен к любым магическим колебаниям и смене настроения.

– С добрым, - пробурчала, скорчив веселую гримаску, и вымученно улыбнулась, - а кто это у нас еще не умывался?

– Я.

– Я! – Воскликнули близнецы.

– Бегом в ванную комнату. Эрин, солнышко, оставь Пушка в кресле, он подождет. А я пока приготовлю нам завтрак.

Магистр Блум явился ровно в восемь тридцать. Спасибо небу, напрашиваться на завтрак не стал и молча дождался, пока я и дети оденемся, а затем сопроводил до Академии.

Детских садов в Империи Вердена не существует, тут о таком вообще прежде не слышали. С детьми аристократов, начиная с четырех лет, занимаются гувернёры. Вплоть до поступления в высшие учебные заведения. Дети нетитулованных, как правило, до шести лет предоставлены сами себе, а затем они обязаны учиться в школах.

Мисстрес Болейн, директор Сантильской школы, охотно примет Эрин и Ларка, но только через год. И пока я вынуждена или нанимать гувернанток, или просить посидеть с близнецами подруг, или оставлять их в игровой комнате при Академии под присмотрами фамильяров.

– Алисия, - Блум уверенно подхватил мою руку, поднес к губам и поцеловал. – Увидимся в обед в столовой.

– Да, хорошо.

За размышлениями я не заметила, как мы пересекли утренний заснеженный город, очутились на территории учебного заведения и завели детей в игровую. Эрин и Ларк, удобно расположились на ковре среди игрушек и веселились, наблюдая за пушистым белоснежным комочком.

Такие домашние, нежные, беззащитные.

Горло стиснули когти удушья.

После вчерашнего портала в моей квартире – оставлять детей совсем одних смертельно опасно. Но и в лазарет им путь запрещён. Ректор ясно дал понять, чтобы прекращала подобную практику.

Черт с ним с ректором.

Пусть командует в своём Военном Корпусе, а тут Магическая Академия!

– Мои хорошие, идемте в лазарет. Хочу вам кое-что показать, - я решительно махнула детям идти за мамой.

– Но мама, - Ларк нахмурился, - а если дядя ректор начнет ругаться?

– Пошлём его на… небо за звёздочкой, - выдала первое, что пришло мне на ум. И нервно хихикнула. Странная мысль. – Да, точно.

– А если он не захочет за звёздочкой? – Насупилась Эрин, поднимаясь с ковра и подхватывая Пушка.

– Куда он денется?

– А если, правда, не захочет?

– Пошлём за луной или солнцем. В мире огромное множество всяких бесполезных вещей. Главное – ничего не боятся.

Я подмигнула близнецам.

Они рассмеялись.

Ой, зря я была настолько самоуверенна.

Не успели мы втроем войти в лазарет, хохоча и обсуждая – за чем еще можно