Новогодняя симфония дракона - Кария Гросс

- П-п-простите, я не хотела, - тут же опомнилась я, осознавая, что только что случилось. Теперь я поняла, почему Катрина стояла на коленях. В гневе маэстро страшен.

Я мысленно дошивала тараканьи тапки и мышиные носочки. И прокладывала войлоком все дверные проёмы.

- Не ешьте меня, я прошу вас! - прошептала я, сморщившись и обняв себя двумя руками.

Глава 25

Меня обдало жарким дыханием. Писец приобретал фееричный размах.

«Подогревает! Не любит есть холодненькое!», - пронеслась в голове заботливая мысль.

Я приготовилась к тому, что последним моим словом, которое услышит этот мир, будет: «П#%*ц!».

Но смерть пока не наступала. Я внезапно я услышала глухое недовольное рычание, а потом такой порыв ветра, что меня вжало в стену. Несколько мощных порывов заставили меня прижаться и распластаться по стене.

Я осмелилась приоткрыть глаза, видя, как огромный дракон взлетает на башню. Есть хорошая новость. Усилия, потраченные на открытие глаз, явно стоили увиденного. Я нервно ощупала себя, чувствуя такое облегчение, словно только что приняла душ, поныла психологу и наплакалась подругам.

- Ох, - выдохнула я, кашляя и потирая шею. - Меня уже ничем в этом мире не удивишь. Кроме моей работы!

Я уже поняла, что обидеть гения может каждый. Не каждый при этом сумеет сохранить самообладание и жизнь. У меня, например, в животе что-то похожее на бабочек. Они просто бьются внутри меня, явно надеясь подняться в воздух и унести меня подальше от этого чудовища.

Почему-то я икала. Видимо, от нервов.

Ослик отправился вниз. Он был невозмутим и спокоен. Словно такое случалось у него каждый день. И сегодняшний день далеко не исключение!

Я завидовала ослику со страшной силой, понимая, что он целенаправленно куда-то идет. Видимо, за новым хозяином.

Мне же ничего не оставалось, как вернуться в замок.

В первый раз в жизни я закрывала дверь так, словно от ее скрипов зависит моя жизнь.

- Обычно скрипачи безобидные, - едва слышно ворчала я, ступая на носочках по каменным плитам. Даже сейчас я казалась себе очень громкой. Опасно громкой.

Дойдя до кухни, я выдохнула и поставила чайник. Сейчас я собиралась с нервными клетками, прислушиваясь к мелодичной скрипочке.

- Теперь я понимаю, - проворчала я, думая, куда деть мясо. – Почему он лучший музыкант. «О, знаете, мне кажется, вы сфальшивили в начале… Правда? Да вы что? Хрям!».

- Ой, - я поежилась и засопела. Сейчас я планировала приготовить себе ежики, которые я очень любила. Аппетитные мясные тефтельки томились на сковородке, а я думала о том, как наброшусь на них и как съем!

Красивые шарики лежали на тарелке, а я уселась их есть, как вдруг послышался звон колокольчика.

- Спасибо, сволочь. Приятного аппетита, - проворчала я сквозь зубы. – Сам-то поел…

Я направилась в сторону музыки. Мне было страшно. Честно, я в жизни так не боялась. Сейчас мне казалось, что сейчас он меня точно сожрет. Припомнит, как я тут грюкала и топала. И сожрет.

Маэстро, как ни в чем не бывало, стоял на балкончике своих роскошных покоев. Снег влетал в его покои, шторы надувались, как паруса. Вроде бы ничего не предвещало беды.

Он резко повернулся ко мне, а я уже по его лицу поняла, что настроение у него так себе.

- Анна, - послышался холодный голос. – Принеси мне ужин.

Я прокашлялась. Таким тоном он со мной никогда не разговаривал. Было в этом тоне что-то странное. Колючее. Острое. И очень холодное.

- Но вы же, вроде бы, поели? – мягко спросила я, понимая, что зря я это сделала. Лучше бы я молчала. Я уже тайно прикусила язык.

- Анна. Ужин, - заметил Маэстро. – Будь так любезна…

Я кивнула.

- Немедленно! – коротко и отрывисто произнес он.

Я бросилась бежать, понимая, что Маэстро сегодня вообще не в духе. И спорить с ним себе дороже. Один вон уже поспорил.

Я вбежала на кухню, глядя на свои тефтельки – ежики.

- Так, - прошептала я. – Красиво! Чтобы было красиво!

Руки дрожали, а я не знала, как все это оформить.

Глава 26

Мне еще не доводилось делать вип-ежики. Обычно у меня получались просто ежики, иногда с майонезиком.

- Так, - массировала я виски. – Что делают в дорогих ресторанах?

«А! Караул! Нас точно съедят!», - визжало что-то внутри. – «Он просто ищет, до чего бы докопаться! А сейчас, когда распробовал человечинку, так за тебя примется! А-а-а! Караул!».

Несколько раз я тряхнула головой.

- Так, в дорогих ресторанах еду несут на огромной тарелке! – выдохнула я, вспоминая, как однажды обедала в таком. На огромной квадратной тарелке в половину стола мне принесли кусочек мяса размером с карманное зеркальце. На нем лежал кружочек зажаристой картошки и ломтик помидорчика, а сверху было все забрызгано соусом и посыпано кунжутом. Да за такие деньги, которые озвучены в меню, мне должны были принести макароны в тазике, половину туши, зажаренной на вертеле, и при этом станцевать для меня стриптиз.

Но официант подал мне этот плевок изысканности с таким видом, словно делает мне огромное одолжение.

Называлось все это заковыристо. Что-то вроде «филе молодого дракона из правого бедра на два сантиметра выше сустава, в обрамлении помидора, который растет на южном склоне Везувия, и картошечкой, которая проросла из очистки, добытой с боем у королевского повара Букингемского дворца, пророщенной лично министром по сельскому хозяйству в золотом цветочном горшке и выкопанной в лунную ночь, когда Луна была в Козероге».

- Так, соус! – выдохнула я, беря остатки майонеза, выливая его в соусницу и штрихуя им тарелку. Потом я схватила какую-то зелень, раскрошив ее вокруг, посыпала семенами кунжута, которые нашла в баночке. А потом на листок салата водрузила три ежика. Четвертый ежик я просто зажлобила.

Мне показалось мало, и я посыпала семечками еще и ежиков.

Нет, а что? Солидно!

Я посмотрела на изюм и решила, а чем высокая кухня не шутит? И положила сверху изюминки.

Я взяла огромную тарелку и понесла ее хозяину, на ходу