Вторая единственная - Ляна Вечер

— Прекрасно! Замутила с мужиком, который тебе в отцы годится! Может, он ещё и женат, а?! — забрасывает меня обвинениями. — Ты хоть представляешь, что с твоей матерью будет, когда она узнает?! Тётю Олю в тот же день на скорой в райцентр увезут! С инфарктом! — нагнетает.

— Стоп! — хлопаю ладошкой по столу. — С чего ты взяла, что я с ним замутила?!

— Даря, я похожа на дуру?! — возмущается сестра. — Сорокапятилетний мужик пришёл чинить кран молодой девке! Жена его знает об этом?!

— Блин, какая жена?! Нет у Раждэна жены! — тоже перехожу на крик.

— Правда? — Люба резко меняет настроение — улыбается едва заметно. — Он разведён? Или вдовец? А дети есть?

— Какие ещё дети? — сижу в полном шоке. — Нет никаких детей.

— Квартира своя?

— Вроде бы, — пожимаю плечами.

— Золото, а не мужик! — довольно заключает сестра.

— Ты же сказала, что он старый, — растеряно моргаю.

— Дарюш, это для тебя он старый, а мне пойдёт.

И тут до меня доходит, что это был техничный развод. Вагинальные страдания сестры переключились с Серёжи на Раждэна. Но это гиблое дело. Только Любе об этом неизвестно.

— Без шансов, Люб, — качаю головой.

— Курочка моя, у меня шансов больше, чем у кого-либо. Я знаю, что нужно мужчине, и могу ему это дать, — поправляет волосы, грудь. — Если ты не будешь вставлять палки в колёса, я его быстро в бараний рог скручу, — рассуждает мечтательно. — Кем он там работает?

Я уже соврала Любе, что Раж мой коллега. Наше секретное учреждение — официально архив, где хранятся никому не нужные бумажки. Крайне неперспективное место для кандидата в Любины мужья. Осталось только придумать Раждэну должность.

— Раж работает дворником у нас в архиве, — откидываюсь на спинку стула, жду разочарования сестры.

— Врёшь! — грозит мне пальцем. — Я породистого кобеля от двортерьера отличить могу. У него бабла хватает.

— Это ты по запаху перегара поняла? — хмыкаю.

— Он был странно одет, от него пахло алкоголем, но я вижу глубже, — черпает рукой воздух. — Настоящие богачи часто выглядят немного бомжевато. Это сейчас в тренде.

Погодите, я челюсть со стола подниму. Не перестаю поражаться Любиной фантазии.

— У тебя с Ражем ничего не получится, — пытаюсь вправить сестре мозг. — Он пережил тяжёлое расставание с женщиной и не готов к новым отношениям.

— А кто говорит про отношения? — Люба смотрит на меня как на дуру. — Можно просто трахаться. Главное — залететь от него.

— Чего?! — у меня глаза на лбу. — Сестрёнка, у тебя крыша поехала?

— У Серёгиной бабы получилось. Чем я хуже?

Вопрос риторический. Я не собираюсь продолжать этот разговор.

— От меня ты чего хочешь? — вздыхаю устало.

— Сведи нас, а? — сестра оживляется. — Пригласи Раждэна ещё раз. Мол, надо с краном разобраться. Ты куда-нибудь уйдёшь, а я его встречу. В халатике, под которым только я, — у Любы едва губы не рвутся от улыбки.

Щаз, ага! Теряю тапки!

— Нет, — встаю из-за стола. — Я сводничеством не занимаюсь принципиально.

Оставляю сестру в кухне в одиночестве. Она кричит, что я предательница, и вообще она со мной месяц разговаривать не будет. Собака лает, ветер носит. Я спать.

* * *

Нарыл дома какую-то симку, телефон и заказал доставку из ресторана. Рёбрышки бараньи под кисло-сладким соусом. Много. Лежу на диване перед теликом в трусах чешу жирными пальцами сытое пузо. Морально разлагаюсь. А по-другому под такие передачи, какие крутят по телику, не получится. Теперь я знаю, что пьющая семья с пятью детьми, которых тягают из детдома в детдом, может быть счастлива. Хэппи-энд, ёлки! Э-э, чо?.. Не, на фиг этих алкоголиков. Переключаю на фильм. Пусть трындит на заднем фоне.

С выпивкой я завязал. Толку никакого. С бабами тоже покончено. Остаётся только жрать и тупить в телевизор. Я теперь из своей конуры не вылезу. Тут и сдохну.

Телефон звонит. А я смотрю на мигающий экран и не верю. Я этот мой номер точно никому не давал. Наверное, мошенники. Разводить будут.

— Я вас внимательно, — быкую сходу.

— Это я тебя внимательно, — доносится из трубки глухой бас. — Узнал?

Какие люди! Узнал, конечно. Сурен — бета Самвэлла, богатым не будет. Понятия не имею, где он взял этот номер. Да, в принципе, плевать.

— Любимая! Я узнаю тебя из тысячи! — ржу.

— Ты выпил? Или под кайфом?

— Трезвый я. Чо хотел?

— Я хотел свернуть тебе шею, но Самвэлл решил, что сам тебяубьёт.

— Как он, кстати? Бодр или одной ногой уже у Луны? — язвлю крайне больно для беты.

— Альфа в больнице. Но его жизни ничего не угрожает. А вот твоему никчёмному существованию скоро придёт конец.

— Ближе к телу, — мне становится скучно.

— Самвэлл поправится и придёт навестить тебя. Ты смоешь свою ошибку кровью.

— О-о, жду! Чайник ставить побежал. Давай, не хворай, — гогочу и сбрасываю звонок.

На самом деле мне не весело. Звонок Сурена заставил меня вспомнить Жанну. Сука!

Бросаю пакет с рёбрами в стену, вскакиваю с дивана и ломаю пополам плазму. Всё, кина не будет. В бар пойду. Всё настроение испортил, гандон штопаный!

Надеваю джинсы, майку, кожаную куртку и кроссовки. Красавчик с трёхдневной щетиной на роже. Вообще огонь! Сегодня все шлюхи мои. Бесплатно ноги передо мной раздвигать будут. Факт.

Сарказм в мыслях, на сердце тяжесть — выхожу из подъезда. Тачка какая-то модная припаркована. Не припомню в нашем дворе такую.

— Здравствуй, зверюга, — из машины выходит Тамара. — Я к тебе.

— Доброй ночи, — стою ошалевший. — Как вы меня нашли?

— Так я тебе всё и выложила, — улыбается. — Куда собрался?

— Бухать, — говорю как есть.

— Тогда я, пожалуй, составлю тебе компанию. Если ты не против, конечно.

— Не поздновато для свидания с не самым порядочным оборотнем? — смотрю на наручные часы.

— Радость моя, мне скоро шестьдесят, прости хоспади. Я уже большая девочка, могу гулять с плохими мальчиками хоть до утра.

— Тогда в гномий бар? — пожимаю плечами.

— Прыгай в тачку, — задорно подмигивает мне и садится за руль.

Интрига прям. Зачем она меня нашла? Чего хочет? Вечер сюрпризов. Надеюсь, этот будет приятным.

Хозяин бара встречает нас с распростёртыми объятиями. Любит гном, когда я прихожу. А сегодня ещё и гостью ему привёл.

— Мне как обычно, — делаю заказ.

— А мне травяной чай, — Тамара закрывает барную карту и кладёт её на стол.

— Эх, а я думал, собутыльницу нашёл, — пытаюсь шутить.

— Я за рулём не пью. И тебе даже без руля не советую.

За словом в карман не лезет дама. И, кстати, на шестьдесят не выглядит. Максимум на полтинник. Ухоженная, статная. В компании такой женщины напиваться как-то